Начало путешествия (СИ) - Мошков Андрей - Страница 17

Хмыкнув, доктор вернулась к своей работе.

— Царапины не глубокие, заживут. А это что? — в миску с кусками горелой плоти полетел коготь Ирбиса, застрявший в одной из царапин.

— Прикуси опять, — протерев иглу, и опять засунув орку в рот деревяшку, она вновь принялась за шитье. В начале было заштопано место укуса, а затем и некоторые из наиболее глубоких царапин. Времени это заняло немало. Окончания процедуры лечения парень не увидел.

— Рыжий, на допрос! — крикнул пришедший стражник, и Ирбиса вывели из камеры.

Подъем вверх по лестнице, минутная ходьба по коридорам, и юношу привели в небольшую комнатушку со столом у правой стены, с двумя приставленными стульями.

— Садись сюда, и жди. Офицер сейчас придет, — сопровождающий указал на стул, стоящий спинкой ко входу. Зверолюд спорить не стал. Усевшись где было велено, парнишка только теперь обнаружил свисающую со стены короткую цепь с кандалами. Моментально возникла мысль: «Сейчас наденут, что бы не убежал…»

Но нет, стражник просто вышел, закрыв за собой дверь. Мальчишка остался в комнатушке один. Из зарешеченного окна, прямо в лицо светило солнце, а с улицы приглушённо доносился городской гул. Долго скучать не пришлось. Минуты через две, в помещение вошёл мужчина в офицерской форме.

Выложив на стол пачку листов бумаги, и чернильницу с пером, сел напротив парня, с ходу приступая к допросу. В задаваемых вопросах ничего особенного не было: — Как зовут?

— Дайн, — не задумываясь, зверолюд представился дорожным именем, как делал почти всегда в своем путешествии.

— Сколько полных лет?

— Пятнадцать лет…

— Расовая принадлежность?

— З-зверолюд…

— Четко отвечай на вопросы. Откуда родом будешь?

Ирбис, как мог, описал городок рядом с его родным лесом.

— У меня подорожная есть! Была… В вещах осталась, — напоследок добавил молодой путешественник.

— Где вещи?

— Отобрали…

— Значит нет подорожной. Семья, дети есть?

— Мама с папой, и брат с сестрой. Д-детей нет… — с удивлением и запинкой ответил юноша на вопрос о детях.

— Зачем напал на дворян?

— Я не нападал! Я там случайно оказался, на ночь остановился… — Ирбис рассказал офицеру, все это время записывавшему ответы паренька, как было на самом деле.

— Интересная сказка. Сколько вас было?

— Я всех не видел с дерева…

— Сколько? Число назови.

— Больше двадцати их было…

— Скольких сам убил?

— Я не убивал никого. Я не нападал ни на кого! Просто на дереве сидел. Ждал, когда все уйдут.

— Чего вы от дворян хотели?

— Я не знаю… И я не с бандитами!

— Не ори. Знаешь на кого напали? — юноша отрицательно помотал головой.

— Кого из нападавших знаешь? Имена.

— Кажется зеле… орка зовут Сигурн.

— Всё? — зверолюд согласно кивнул.

— Кто у вас главный?

— Не знаю. Я не с ними.

— Кого ты сожрал?

— Никого…

Вопросы продолжались, повторяясь в разных формулировках. Допрашивающий офицер спрашивал об одном и том же на протяжении получаса. Единственным новым вопросом было: — Владеешь какой-либо магией?

— Нет, у меня не получается… — расстроенно ответил Ирбис, думая о магии природы, которая ему совершенно не давалась. О двух своих, вполне успешно практикуемых магических способностях, мальчишка не вспомнил. Причина была глупой: в их названии не было слова "магия". Да и воспринимались они иначе, как нечто естественное. Во всяком случае на смену формы не приходилось тратить по два часа, в отличие от попыток прорастить семечко. Достаточно было "По-настоящему захотеть", и тело начинало меняться. Ну не разбирался парнишка в сложных классификациях магии, придуманных разумными. Наконец допрос был закончен. Офицер позвал стражника: — Этого в камеру, и веди следующим… Человека. Ах, да, пусть этот… — он заглянул в только что написанное, — Даин, умоется. Рожа просто кошмар.

Обидевшегося, но молчащего мальчишку отвели к бочке с водой. Он наконец-то смог умыться, особо не рассматривая свое кривое отражение. Юный зверолюд так и не узнал, как кровожадно он выглядел с окровавленной пастью. Пленника вернули в камеру, а взамен забрали мужчину. Старушки-доктора с сопровождением уже не было, а бледный орк сидел на лавке с закрытыми глазами. Ирбис присел на пол в сторонке, побаиваясь приближаться к зеленокожему.

— О чем спрашивали? — неожиданно спросил сокамерник.

— Аа? — удивлённо, и немного испуганно воскликнул парнишка.

— Вопросы какие были. Как проходил допрос?

Юный зверолюд открыл было рот, чтобы ответить, и тут же его захлопнул.

— Ну, чего молчишь, без языка вернули?

— Н-не скажу… В-вы опять сбежать попробуете, а об-бвинят во всем меня. Вот… — осмелившегося на отказ верзиле, паренька потряхивало от страха.

— В моем то состояние? — орк закатил глаза. — Плевать.

Больше они не разговаривали. Человек был возвращен в камеру почти через час. Последним на допрос увели орка.

— Слышь Рыжий, я сказал им, как всё было. Ну то, что ты не из наших.

Встрепенувшийся юноша был удивлен и обрадован.

— Спасибо! Эм… А как вас зовут? Меня Дайн, — на радостях, решил он наконец-то поинтересоваться личностью соседа, да и сам представился. Все же этот мужчина оказался не таким уж и плохим. Во всяком случае, он несколько раз добровольно помогал парню.

— Перси. Персиваль. Но все зовут меня просто Перси.

Время шло, парочка сокамерников постепенно разговорилась. Темы их беседы были общими, в основном болтали об интересных местах, охоте, и деревенской жизни. Оба заключённых почти ничего не рассказывали о себе. Исключением стала история, подвигшая человека на ограбление. Ничего, в общем то, особенного: —… предыдущий год выдался неурожайным. Семья, впроголодь, кое-как пережила зиму. Побоялся, что до нового урожая еды и денег не хватит. Вот и вышел на большак… Хотели выкуп за дворяночку получить.

Спустя час, вернулся орк со свежими ссадинами на лице. А ещё через некоторое время принесли обед: овсяную кашу на воде, и без соли. Остаток дня тянулся медленно и без каких-либо происшествий. Приводили новых заключённых, даже в их камеру подселили парочку гномов, хотя поздним вечером их уже выпустили. Все это время мальчишка проводил молча сидя на лавке, или беседуя с новым знакомым. Голова все ещё побаливала, как и хвост, которым было страшно лишний раз пошевелить.

«Когда выпустят, может домой вернуться? Мама точно хвостик вылечит… Она сможет…» — возникали мыслишки бросить все, и вернуться к родным. Но их юноша старался гнать прочь, не желая отказываться от только начавшегося путешествия. Ночью удалось поспать, лёжа на полу, и завернувшись в рваный плащ. С лавки паренька выгнал зеленокожий. А утром злополучного орка куда-то увели. Больше он в камере не появлялся. В обед Ирбиса повторно вызвали на допрос.

Комната была все та же, и там уже ждали юного заключённого. Помимо вчерашнего мужчины офицера, стоявшего у стены, за столом сидела женщина средних лет в офицерской форме. Да и на столе, помимо вчерашних письменных принадлежностей, лежала какая-то книга в металлической обложке.

— Садись, — скомандовала женщина-офицер. Ирбис послушно сел перед ней. Она раскрыла книгу, оказавшуюся не книгой вовсе. Скорее это был ящичек. Офицер поставила его перед собой так, что на юношу смотрела обложка, а содержимого видно не было. Одевать кандалы на мальчишку снова не стали, вряд ли ими вообще пользовались.

— Назови свое имя, — произнесла она, раскладывая перед собой листы бумаги.

— Дайн.

— Назови свое настоящее имя.

— Дайн… — повторил свое дорожное имя упорствующий в этом принципиальном вопросе Ирбис.

— Твое прозвище "Рыжий"?

— Нет.

— Твой возраст?

Вопросы повторяли предыдущий допрос. Стоявший у стены мужчина, никак не реагировал на происходящее. Сегодня спрашивала только женщина, а мальчишка ей отвечал.

— Был ли у тебя злой умысел при нападении на карету дворян?