По мирам (СИ) - Иванченко Ирина В. - Страница 5

кушаком и сунул ему в рот носок. Вахидов носок… с левой ноги… Женя злорадно улыбнулась.

– Класс!!! Да это похуже смерти будет…А ты садист, Игоречек!

– Ладно уж.. Двинули…

Женю ноги не держали. Она повисла на Игоревой руке и зажмурилась. Подташнивало…

Легкое головокружение – и они на месте. Вокруг ровная, как стол, Степь. И Дорога на две

стороны… Хочешь вперед, хочешь назад. Жене хотелось рухнуть ничком в пыль и отрубиться.

Но Игорь потянул за собой.

– Давай посидим немного, – Женя едва поспевала ноги переставлять.

– Ты не насиделась еще?! Если мы не успеем отсюда уйти – нас поймают.

– Кто?

– Он меня видел, это плохо.

– А чего ж ты его не убил?

– Ты попробуй при случае, девочка… – и глаза его стали такими, что Женя заткнулась и

безропотно продолжила путь.

**

Солнце лениво катилось по небу наливным яблочком по голубой тарелочке.

Неутомимый Игорь пылил себе метрах в трех впереди. Измученная Женя спотыкалась за ним

из последних сил.

Наконец, он таки порешил, что пора бы и на привал. К тому же слева по курсу в Степи

появилось странное приземистое сооружение.

– Смотри! Колодец! – верзила обернулся и остановился, поджидая

– Да?! Как интересно! – с ненатуральным энтузиазмом пропыхтела Женя.

– Самое время оглядеться… Как там с погоней дела обстоят.

Женя обернулась, приложила ладошку козырьком.

– Не видать, – сообщила она Игорю.

– Просто ты не тем глазом смотришь, – верзила снисходительно улыбнулся. – Пошли в

тенечке поваляемся.

С блаженным вздохом Женя вытянулась на густой плотной траве, зеленеющей в тени

колодца. Игорь же уселся по-турецки, закрыл глаза и замер.

– Что ты делаешь? – лениво поинтересовалась Женя.

– Смотрю.

– Себе в желудок, что ли?

– Фи! Чего я там не видел? Как кишки друг за другом с дубинкой гоняются?.. Нас вот-вот

догонят! Пытаюсь увидеть погоню, а ты мешаешь. Лучше сядь вот и попробуй сама!

– Это как? – заинтересовалась Женя.

– Ну, ты Проводник, или к бабушке едешь?!

– Считай, что к бабушке. Давай, объясняй подробно.

– Это – Дар. Знающий Путь может видеть людей, которых ищет. Или которые ищут

его… Это не сложно, если тебе доступна медитация.

– А если нет?

– Значит, учись медитировать.

Женя послушно села по-турецки, скосила глаза к носу, высунула кончик языка и

загудела на одной ноте:

– Мммммм…..

Дикий взгляд опешившего Игоря она не заметила по вполне понятным причинам.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Медитирую, – мрачно отозвалась Женя, продолжая фокусировать взгляд на кончике

носа.

– Ты ляг поудобнее… – мягко предложил верзила. – Глаза закрой и постарайся ни о чем

не думать…

Женя послушно выполнила инструкции и… накрепко уснула.

Когда она проснулась, был вечер. Неподалеку горел костер. Игорь колдовал над

котелком, булькающим над огнем. Потянуло вкусным ароматом. Голодный спазм поднял Женю

на ноги и толкнул к костру.

– Проснулась? – улыбнулся Игорь.

– А что, за нами уже никто не гонится? – зевая, поинтересовалась Женя и плюхнулась

возле костра, алчно сопровождая взглядом пассы Игоря над котелком.

– Гонятся, сапога им в печенку, – вздохнул Игорь. – Ты ешь давай, пока не отобрали.

Война войной, а обед по расписанию.

Женя с энтузиазмом подключилась к уничтожению ароматного и аппетитного варева.

– А ты неплохо готовишь, – сообщила она верзиле, облизывая ложку.

– Ну, дык, – он согласно кивнул. – А теперь мы посмотрим, как ты моешь котелок.

– Это произвол! Мужской шовинизм! – возмутилась Женя.

– Не хочешь? – ласково улыбнулся верзила. – Не мой, золотко! Только я в грязном варить

не буду, и мыть его тоже не буду… Захочешь кушать, ты решишь эту проблему. Так ведь,

детка?

Мыть котелок Жене абсолютно не хотелось. Но верзила – человек слова. Сказал – не

будет, значит так тому, и быть… Готовить ей тоже не хотелось. Хотя… Женя победно

улыбнулась: он ведь вдвое больше. Значит, и кушать захочет вдвое быстрее. А тогда и

посмотрим, кто возьмется готовить!

Женя демонстративно отодвинула котелок двумя пальчиками.

– Веками мужчины пытались запереть женщину на кухне. Со мной такой номер не

пройдет.

– Прекрасно! – Игорь кивнул. Легко поднялся и, подхватив котелок, направился к

колодцу.

Женя с опаской проводила его взглядом. Сейчас вот зачерпнет водички и выльет ей за

ворот. С него станется! Нет. Передумал. Посуду мыть взялся… Что и требовалось доказать!…

На завтрак был сухой кусок хлеба. Женя подумала-подумала и сунула его в карман

джинсов. На черный день.

Игорь раскинул разноцветную гальку – дорогу смотрел. Ничего не сказал. Только

порылся в бездонном своем вещмешке и извлек небольшой брезентовый сверток, перетянутый

ремнями. Развернул на коленях. Женя с интересом присела рядышком. Железки какие-то,

пружины и нечто, напоминающее ружейный приклад.

– Что это?

– Арбалет, – охотно пояснил он. – Может сайгака какого подстрелю. Сухарей-то на пару

дней, не больше.

– А… мы что, здесь надолго?

–Солнце! Ты не рада моей компании?! – язвительная ухмылочка тронула его губы. –

Ничего, детка! Привыкнешь! Я вообще мужик, что надо! Тебе понравится! – он непередаваемо

подмигнул.

– Не сомневаюсь, – как можно суше ответила Женя. Ну вот! Еще один претендент на

честь и свободу! – Но мне нужно домой. Мама уже, небось, и ФСБ на ноги подняла…

– Ничего не выйдет, – руки Игоря проворно собирали из кучки деталей точеное хищное

тело оружия.

Женя против воли смотрела, как движутся эти руки. Загорелые, грубые, в тонких

полосках застарелых шрамов, со сбитыми костяшками пальцев… Шрамы… Странные. На

сухих жилистых запястьях. Женя коснулась пальцем теплой кожи…

– Аиньки, – отозвался он.

– Ты что, страдал суицидальными наклонностями?

– Вены резал? – уточнил он. Ну и ухмылочка! В дрожь кидает! Она у него такая… Сразу

становится неловко смотреть ему в глаза. Серые, бесстыжие, с издевочкой! А на носу –

веснушки. Плохо различимые под загаром.

Женя отодвинулась. Так. На всякий случай. С ним невозможно чувствовать себя

спокойно. Все время что-то тревожит. Как репей под задним карманом штанов…

– Ну и почему резал? Несчастная любовь? – поддела его Женя.

– Разве может любовь быть несчастной? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Значит, ты это делал просто так, из удовольствия?

– Ну, зачем же для удовольствия, существуют другие пути, – Игорь протянул руку. Женя

съежилась. Он снял что-то с ее волос. Показал на ладони. Сухая веточка… – Я работал на

одного волшебника. Что такое магия на крови, знаешь?

– Конечно. Например, когда девственниц того, – Женя чиркнула себя по горлу ребром

ладони.

– Я похож на девственницу? – фыркнул он.

– Ну… не совсем, – замялась Женя. – Но ведь был же когда-то.

– Это было очень давно.

– Ой-ой-ой, какие мы, Бандерас рядом и не ночевал!

– Когда магу нужна была кровь, я резал себе вены, – просто продолжал Игорь. Арбалет

он уже собрал, и теперь его длинные пальцы нежно ласкали точеное тело убийственной

игрушки.

– Сколько тебе он за это платил? – поморщилась Женя.

– А он и не платил, – Игорь безмятежно пожал плечами. – Я был рабом. У меня на шее

был симпатичный такой ошейник. Чуть дернешься не туда, куда нужно – враз шею сломает…

– Рабом? – Женя поежилась. Рабом – это серьезно. Помнится, в школе по истории

проходили… – Ну и что с ним стало, с магом этим?

– А что с ним станется? Жив здоров. И еще лет пятьсот протянет не чихнувши. Маги, они

живучие, детка, – в ухмылочке Игоря, кривившей четко очерченные губы не было напряжения.