По мирам (СИ) - Иванченко Ирина В. - Страница 31

дело нас надолго не задержит. А с Игорем мы потом встретимся. Обсудите вы с ним ваши

Проводницкие дела. Я же сейчас от вас ничего не требую, Евгения! – буквально взмолился маг.

– Я заплачу вам столько, сколько попросите! Только давайте уже приступим!

– Сколько попрошу?– хищно улыбнулась Женя. – Это другое дело. Приступим

обязательно. Что там у нас?

Графу просто не спалось спокойно без одного артефакта, о котором он узнал,

наткнувшись на полуистлевший манускрипт в лавке торговца древностями. Манускрипт

прилагался. С величайшими предосторожностями их милость доставила из кабинета старинную

бумаженцию в ларце, и сунула Жене под нос. Женя подняла недоуменный взгляд на

нетерпеливо перебирающего конечностями мага

– И что?

– Ну вы же Проводник?! – у несчастного начинало сносить крышу.

– Связи не вижу…

– Игорь в таких случаях обычно по манускрипту нашел бы место. А на месте мы

нашли бы артефакт. Мы с ним всегда так делаем. – Собрав все свое терпение, пояснил граф.

– Ааа… Попробую… – Для Жени это было внове. Да она совсем недавно и

представить себе не могла, что подобное возможно. Но вот перед ней стоит человек, ну хорошо,

не совсем человек, и утверждает, на полном серьезе, что по куску, не то ткани, не то бересты,

можно выйти на мир, в котором их ждет-поджидает артефакт могучей силы. Но если уж они с

Игорем не первый раз подобное делали, отчего бы и не попробовать?

Чтобы не шокировать их милость окончательно, Женя забрала из рук графа ларчик

с манускриптом и с важным видом уединилась в его спальне. Что сделал бы Игорь на ее месте?

Наверняка свалил бы по тихому, пока ветер без камней… Женя честно попыталась. Помахала

амулетом, попрыгала, позавывала на разные лады. Безрезультатно. Ну и техника! Даже на

Дорогу уйти не получилось. Или из Жени Проводник пока не очень. Или ей достался порченый

амулет. Или все разом! А скоро граф отчета потребует. И как знать, будет ли он столь же мил и

ласков…

Что там сенсей Игорек рассказывал о медитациях? Женя осторожно открыла

ларчик, понюхала манускрипт, чихнула. Пах он какими-то химикалиями. Закрыла глаза. Надо

как тогда… с Игорем… на Дороге… ведь получалось же!

Слабый росток неведомого проклюнулся из глубины души. Женя вдруг почувствовала,

что совершенно точно знает, куда надо идти. Причем как можно скорее!

– Господин граф! – отчаянно завопила она, боясь, что малейшее промедление убьет

Знание Пути напрочь, – скорее!

–Что?! Что случилось?! – взъерошенный маг был тут как тут. Не иначе сидел под дверью.

– Я знаю, где это, надо скорей! А то мало ли… Может нас опередят…

– Евгения… – тяжело вздохнул он, уже привычным жестом потер виски и пошел

собираться в дорогу.

Женя впервые участвовала в подобном поиске. Лихорадочное ощущение взятого следа

просто сводило ее с ума. Казалось, что граф копается в своем хранилище артефактов целую

вечность. Наконец, он собрался. Дорожная куртка, вещмешок, плащ.

– Лошадей берем? – поинтересовалась Женя.

– Нет. Лошадей разумнее будет раздобыть на месте. А может, они вообще не

понадобятся. Я рассчитываю прийти, взять и уйти, – граф ласково улыбнулся Жене. – Лошадей

ведь кормить надо.

– А нас?… – заикнулась было Женя.

Но их милость стиснул женин локоть, довольно сильно, для хрупких на вид пальцев.

– Вперед! – скомандовал маг над самым жениным ухом. Словно стальной капкан

челюстями лязгнул. Женя автоматически махнула своим амулетом и от неожиданности все

получилось!

Их смяло в неаккуратный комок и протащило сквозь какие-то колючие кусты.

Приземление несколько затянулось. Зеленые колючие насаждения росли немного под откос.

Немилосердно подскакивая на ухабах, парочка прокатилась по ним кубарем и, подняв фонтан

брызг, замерла на мелководье.

– Шлезьте ш меня, – простонала Женя, отплевываясь от листьев, воды и графского

плаща.

– Нда, с Игорем это выходило всегда более цивилизованно…что ли, – пробормотал маг,

поднимаясь на ноги и протягивая ей руку. – Как вы себя чувствуете? – осведомился он со

вздохом.

– А можно я еще полежу?

– Я бы не советовал, мало ли какая живность в этом водоеме обитает.

Господин граф размял пальцы. Бережно и любовно помассировал кисти рук. Задумчиво

оглядел с ног до головы мокрую как мышь Женю и сотворил Знак очищения. Женя

возмущенно заклацала зубами от холода. Затем последовало Сушильное Заклятие.

– Не экспедиция, а цирк на выезде, – мрачно пробурчал граф, круто развернулся на

каблуках, пропахав при этом в сыром песке две борозды и решительно двинулся к

видневшимся вдалеке островерхим крышам какого-то приморского городка.

– Фу-ты, ну-ты, можно подумать у Игоря всегда с точкой выхода все в порядке, -

обиженно крикнула ему вслед Женя. – Вы радуйтесь еще, что не на крышу ратуши вышли, или

в бордель, или в бандитский притон… Да мало ли мест в городе?!

Спина их милости ясно выражала отношение к степени жениного профессионализма…

Жара быстро вынудила Женю снять джинсовую курточку. Она бы и джинсы с

удовольствием сняла. Да на нее итак аборигены подозрительно косились. Ибо местные

женщины все как одна носили длинные белые одеяния, напоминающие помесь греческой

туники с арабской паранджой. Графу что, снял свою куртку, закатал рукава рубахи, и от

местных только цветом штанов отличается и сапогами. Женя представила, каково ему сейчас в

сапогах и мстительно хихикнула. В кроссовках все же не в пример легче. Правда, магия тому

была причиной, или же графское упрямство, выглядел он свежим, словно майский розан,

снисходительно Жене улыбался и только спрашивал через каждые два-три шага

– Уже пришли? Уже скоро?

О, если б Женя сама это знала! А городок ей понравился. Чем-то Одессу напоминал.

Черепичные крыши, каменные дворики, разноцветные дома, взбирающиеся на холмы и

утопающие в виноградниках, разноцветные камни мостовых… Прелесть какая… Где-то здесь

должен быть храм. Хотя бы заброшенный! Хотя бы под землей! Женя кружила между

каменных двориков, каких-то заросших плющом закоулков, словно сбившаяся со следу гончая.

За спиной топал теряющий терпение граф. Ходить по жаре под палящим солнцем и самому

носить свои пожитки ему, по-видимому, уже изрядно надоело. Из-под кроткой мины

ангельского терпения начинал проглядывать волчий оскал. Спасло их как ни странно почти

чудо. Плотная толпа народу валила вдоль по улице увешанная гирляндами цветов. Женю с

графом засосало толпой словно пылесосом. Женя не очень любила марши протеста и прочие

подобные культурно массовые увеселения. То есть наблюдать со стороны сколько угодно, но

вот принимать активное участие – увольте! Граф, судя по его трепыханиям, и судорожным

попыткам выплыть на обочину, тоже был ярким индивидуалистом. Их милости не повезло.

Волею толпы он оказался притиснут к могучему бюсту почтенной матроны в гигантском

цветастом платке. Матрона пылала цветами и щеками и от соседства так запросто отказываться

не собиралась. Она даже возложила на графа свою могучую длань. Женя от души

посочувствовала бедняге и сосредоточилась на том, чтобы держаться поближе к краю колонны.

Распевая веселые гимны, толпа вынесла нашу парочку прямиком к храму и понемногу втащила

внутрь. Судя по шуму и гаму, в храме происходило какое-то празднество. Вся эта пестрая толпа

текла через храм, оставляла на специальных столах свои приношения и покидала его через