Поломанный (СИ) - Черкасский Михаил Иосифович - Страница 15

На столе завибрировал мобильник.

— Слушаю, Эльдар Шахмурадович. Да я же только начал! Конечно, есть подвижки. Что? Да, скоро буду.

— Вот сука. Троцкий я, значит! Ага, сейчас плащ кожаный накину и на броневике приеду с красногвардейцами домину твою загородную раскулачивать! — Возмущался я после неприятного разговора с начальством. Телефон в свою очередь был театрально кинут на стол.

Меня жутко бесило, когда коверкали мою фамилию. Кому понравится, когда обращаются к тебе при этом, обращаясь не к тебе. Хватает и того, что я всю жизнь для всех Алекс или Алексей, но не Алексис. Ладно, когда я сам так представляюсь, умышленно, но так демонстративно! Бесит! По настоящему имени меня не называют, фамилию тоже коверкают. А где я вообще? Меня что, нет? Или перед вами стена из говна и мяса стоит, рот открывает?

Давно я так не заводился.

Красная папка лежала возле кровати со всеми моими поросятками. Обычно я работаю ударными темпами и оборотов не сбавляю. Но сейчас во мне будто тумблер переключили. Азарт пропал. Желание ходить по чужим квартирам и вылизывать задние проходы неудачников совершенно отбило. Всё это мне кого-то напоминало. И тут мне стало страшно… по-настоящему страшно. За какие-то несколько секунд чуть было не случилась истерика — в себе нынешнем я узнал себя же! Только образца пятилетней давности! Жалкого, оставшегося там, в старой жизни, со своей матерью, мёртвым отцом, друзьями и херовыми отношениями.

Я снова чувствовал себя уязвимым, разбитым, поломанным… Несколько лет я наблюдал за тем, как мой отец медленно доводил себя до смерти употребляя алкоголь на завтрак обед и ужин, а мать, то и дело подливала масло в огонь, постоянными скандалами, слезами и истериками. Старший брат, изрядно мотавший нервы своим криминальным образом жизни только пользовался смутой и в нужный момент стравливал родителей, а когда им было не до него, обчищал кошельки, воруя последние деньги и пропивая их в тот же вечер. При чём домой возвращался, ка ни в чём не бывало, а ещё и сам не гнушался устраивать потасовки, хватался за ножи и держал в страхе всю семью. И где-то в этом всём был я и мои неудавшиеся отношения. Я не буду вдаваться в подробности той жизни, но я не мог её больше терпеть. После смерти отца я какое-то время пытался тянуть всё на себе и чуть не загнал в могилу самого себя. Пытался всё исправить, взять под контроль. Но в итоге я просто всё бросил и сбежал. Я возвёл внутри себя огромную непробиваемую стену похуизма и безразличия, через которую достучаться до меня было невозможно. Но теперь всё, что я так долго строил дало огромную трещину и постепенно разваливалось на куски.

Надо срочно что-то делать! Надо возвращать себя на место. Я порылся в шкафчике и достал остатки фенозипама. Не спрашивайте, где я его взял, скажу одно — особых усилий прикладывать не пришлось.

Нужно изгнать подступающее депрессивное настроение. Не дать прошлому, от которого я так долго прятался, достать меня. Я закинул в рот пару таблеток, запил водой и быстро засобирался, пока меня не накрыло спокойствием. С непривычки меня может просто вырубить — признаться с двумя таблетками сразу я погорячился.

Меня слегка расслабило. Злость к начальнику улетучилась.

******

— Здравствуйте, Эльдар Шахмурадович! — Зашёл я без стука в кабинет директора.

— Троцкий, да ты совсем охуел! Тебя стучаться не учили?! Ты че лыбишься? Какого хера нам звонят и спрашивают про тебя! Какой сука мэр? Какая программа? Ты чё там им втирал?

— Я дизайн от мэра предлагал рассмотреть в качестве компенсации его дебилизма… — Я начал нести какую-то околесицу, сознание поплыло, я рухнул на пол и уснул — накрыло меня конкретно.

Мне на лицо был вылит стакан воды (хорошо, что опять псина не обоссала). Когда я открыл глаза, рядом стоял начальник, а за уже окном стемнело.

— Лёха, ну что с тобой? У тебя проблемы какие-то? Ты, давай, расскажи. Я, конечно, зол на тебя, но чтобы ты так раньше косячил не замечал. Ты же мой бульдог! Хватку никогда не теряешь. А сейчас ни рыба ни мясо, да ещё и обдолбанный в хламину.

— Извините, — держась за голову, я приподнялся на диване. Оказывается, пока был в отключке, меня перенесли в комнату отдыха и, по всей видимости, заперли, чтобы никто не заходил.

— Вова, тут тебя весь день караулил. А ты спал как убитый — уже думали скорую вызывать, да как-то палить тебя не хотелось. Да и пульс ровный был. Вован сказал не беспокоиться, сразу допер, что ты под чем-то.

— Прав ваш Вован. Не спал последние дни. Бошка совсем поехала, вот и закинулся успокоительными. Успокоило как надо.

— Слушай, я надеюсь, ты не все сделки запортачил?

— А сколько звонков было и от кого?

— Кривопаловы и Подпальные звонили. Странным им показался разговор. Решили убедиться правда ли то, что ты им наплёл. Анечка ответила на звонок и глазками своими хлоп-хлоп. На меня смотрит, что сказать не знает. А её процессор моментально перегружается, если задача хоть немного сложнее, чем кофе принести. Ну не для этого она у нас в офисе, сам понимаешь. Сиськи в мозги не превратить.

— Шеф, я разберусь, не волнуйтесь. С остальными все прошло гладко. Эти хрюшки были…

— Ладно, проехали, перебил шеф, — Мне еще твоими свиньями голову засрать не хватало. Короче, я в твой хлев не лезу, пока с него вонять не начнёт. Так что ты это, приберись как следует, чтобы копыта в говне не тонули у хрюшек твоих.

— Да, конечно, разберусь, ой, приберусь, ну вы поняли.

— Эльдар Шахмурадович, вы просили напомнить… — Заглянул в дверь Вовочка.

— Да-да, иду. — Оборвал его начальник и ретировался из комнаты отдыха, а потом и из офиса.

Через какое-то время я вышел в коридор. Все работники давно рассосались по домам. Освещение практически везде отключили, только вдалеке, на ресепшене, всё ещё горела лампа. Я пошел по широкому коридору; по обеим сторонам мелькали двери кабинетов, но была одна странность, коридор не кончался. Точнее, я шёл, но с места не двигался, словно хомяк в колесе. Оглянувшись вокруг, я обнаружил, что всё покрылось черной субстанцией, а стены шевелятся волнообразными движениями. Как тогда — на потолке в квартире.

— Всё ты в жизни правильно сделал, да? Весь такой успешный? — Раздался металлический низкий голос.

— Кто здесь? Что тебе от меня нужно? — Ответил я, дрожащим от страха голосом.

— Тебе что нужно? — Последовал встречный вопрос.

— Уж, извини, но это ты меня преследуешь и покоя не даёшь. Кто ты или что вообще? Что мне сделать, чтобы ты от меня отъебался наконец?

— Не переживай, я сам всё сделаю! — я сразу почувствовал, что мои ноги в чём-то увязли. Опустив голову, я увидел, чёрное человекообразное существо, которое затягивало меня в вязкую темноту всё глубже и глубже.

— Помогите! Помогите! — Я орал во всё горло.

Существо повалило меня на лопатки и стало проникать чёрными лапами прямо внутрь меня. Я чувствовал, как ковыряются в моих органах.

— Где же он? — Исходил голос от существа, роющегося у меня в органах. — Где же он?

А я тем временем терял сознание.

Вдруг включился свет, и я упал на землю. По всей видимости эта тварь подвесила меня в воздухе.

— Лёша! Лёша! Что случилось? С тобой всё в порядке? — Я увидел над собой пучеглазую и большегрудую Аню — секретаршу Эльдара Шахмурадовича.

— Анечка, все в порядке! Просто голова закружилась, — я думаю истинную причину ей знать не стоит.

— Давай поднимайся! — Эта милая блондинка своими миниатюрными ручками пыталась поднять меня с пола.

— Спасибо, дорогая, я сам, — прокряхтел, вставая с пола.

— Шеф сказал, что ты себя неважно чувствуешь, попросил присмотреть за тобой! — Мы пошли по коридору, и Аня, по обыкновению, продолжала что-то лепетать.

— Я как раз документы сканировала. Знаешь, меня так загрузили этими бумажками, сканирую с утра до ночи, а возле этого копира ещё так жарко…