Дурное начало (СИ) - Минаков Константин Геннадиевич - Страница 15

Поначалу особо не отреагировав, блондин кивнул, и только затем вскинулся, попытавшись возразить.

— Но… Я… Почему? Ведь…

— Все просто. Сейчас ты самый молодой Серый страж. У тебя впереди жизнь, в то время как у многих остался едва ли полный год времени. Да, именно так, не перебивай. Некто должен продолжать. Некто свежий, открытый к новому, чистый. По крайней мере от грехов прошлого, если не настоящего. Ты должен выжить и сохранить договора. Башня Ишала — отличный шанс для этого. Звучит не благородно, по-местечковому. Какому герою приказывают просто выжить? Но уверяю, это, может статься, сложнейшая героическая задача в жизни Алистера. Умереть от рук врага легко. Продолжить жить… Впрочем, поймешь. После. Могут потребоваться годы — но это придет.

Алистер все равно попытался возразить, но стоило тому открыть рот — Дункан отрицательно покачал головой.

— Это не предмет обсуждения. Это приказ. Алим — хотел бы, чтобы ты пошел вместе с ним. Это — просьба. Считай, что таким образом уравновешиваю шансы — Серых стражей в десять раз больше.

Эльф позволил себе короткую ухмылку, но кивнул, дав согласие. Затем Командор Серых обернулся к Морриган, на что та немедленно фыркнула.

— В няньки записать хотите, сладкой приправой «самого безопасного места на поле боя» полив. Не стоит. Ситуация проще — слово вашего наследника меня до конца представления хранит. И раз на это полагаюсь, то и в пределах длины клинка надлежит оставаться, прежде чем в лесу растворится.

— Значит, договорились. Совет — поешьте, снова поспите. Другую нужду справьте, коли найдете с кем или где. После обеда зайдите за договорами и двигайтесь обживать башню. Подниматься высоко.

Хлопнув мужчин по плечам и кивнув Морриган, старый Серый Страж не спеша удалился по делам, оставив троицу в мрачном безмолвии. Говорить никому не хотелось…. Да и сказать оказалось нечего.

* * *

Не считая массивного основания, к которому вел собственный подъем в три-четыре десятка ступеней, башня Ишала состояла из четырех просторных этажей. Широкие пролеты единственной лестницы, соединяющей ярусы, подразумевали не то размах, не то предназначение для подъема крупногабаритных грузов. На последний этаж некогда вели узкие каменные ступени из центра третьего этажа. Одна из немногих непрактичных вещей внутри этого шедевра инженерного искусства, не пережившая прошедших эонов. Солдаты, переносящие наверх дрова, без затей заменили обломки зодчества Империи примитивной крепко сколоченной приставной лестницей.

Четвертый этаж являлся местом поразительным. Поразительно высоким. С поразительным видом. Поразительно неуютный в непогоду. Фактически — открытая площадка, над которой, на четырех толстых колоннах, возлежал купол тяжелой полусферы крыши с уходящим вверх узким позеленевшим шпилем. От того по крыше вился замысловатый геометрический рисунок из той же, покрытой густой патиной, меди. Затем рисунок спускался к каждой из колонн. Сжав те крутой спиралью, полосы металла толщиной в руку исчезали в камне стен башни. Ничто, кроме колонн, не ограничивало площадку. Только шероховатый каменный пол с четырьмя желобками для воды, сменяющийся пропастью. В центре, левее от квадратной дыры в полу, десятки связок наколотых дров, кувшины с маслом и огниво. Всего в достатке — дабы у разжигающего болела голова об одном, как укрыться от огня.

И вид… Суммарная высота Остагара над низинами и башни над твердыней дарила ощущения близкие к эмоциям птиц. И уж точно позволяла затем похвастать друзьям в кабаке — «а я бывал под самыми облаками».

Как и посоветовал Дункан — троица отправилась к башне около четвертого часа пополудни, просто на всякий случай прихватив недельный запас армейского пеммикана. После подъема легкой одышкой страдал только Алистер. На удивленный взгляд воина, эльф пожал плечами и коротко обрезал.

— Жизнь в башне повыше этой.

А Морриган дополнила.

— Да и доспех на тебе одном.

Девушка немедленно расположилась за колонной, обращенной к низинам. Бесстрашно свесив с края ноги, чародейка откинулась назад и прикрыла глаза. Одарив девушку опасливым взглядом, Алим занял соседнюю опору, но сев изнутри. А Алистер, сбросив вещи и щепетильно проверив будущий костер, начал бродить по кругу, осматривая окрестности с каждой из четырех сторон.

Спустя час или полтора безделья, лагерь внизу ожил. Палатки стали организованно исчезать, вещи перетекать к повозкам, люди выстраиваться в прямоугольники по трое. Вскоре начался организованный исход в сторону леса. Но пока одни уходили, другие перетаскивали баллисты с южных стен на северные и тащили запасные бревна к частоколу.

Наблюдая некоторое время за людской массой, Морриган, ни с того ни с сего, обратилась к задремавшему эльфу.

— Кто та, чье место предпочел ты занять?

Алим открыл глаза, повернулся, чтобы в поле зрения оказался северный горизонт, и некоторое время молча наблюдал за вялым движением облаков. Спустя четверть часа, придя, наконец, к внутреннему согласию, эльф ответил.

— Сестра.

К легкому удивлению чародейки, несмотря на вальяжную скорость обмена фразами, Алистер не потерял общую линию беседы. Сразу после прозвучавшего ответа с противоположной стороны площадки донеслись приглушенные проклятия мужчины.

— Не знала, что ныне в круге родственникам разрешение жить вместе дают. Ссылка думала, как и в прошлом, единственный исход.

Хмыкнув, маг поежился и, не без грусти в голосе, ответил.

— Все так, как всегда. Мы… Исключительный случай.

— Вот как… И она?

— Интересует, что могло привлечь внимание Дункана?

— Именно так.

Алим нахмурился и пару минут раздумывал, прежде чем сформулировать цельный ответ.

— Думаю… дело в таланте. Сестре удивительно легко даются заклинания, проецирующие рунические конструкции на объем. Могу только предполагать, что со знаниями Дункана, это позволило бы получить огромное тактическое преимущество в бою.

Кивнув, Морриган бросила взгляд на катящееся к горизонту светило и закрыла глаза…

* * *

Рука протянулась, чтобы тихонько потрясти девушку за плечо. Но, за миг до прикосновения, жёлтые глаза распахнулись и встретились с недоуменным взглядом эльфа.

— Смотри.

Морриган перевела взгляд с мужчины на утопающий в сгущающейся темноте вид. Сотни, тысячи огней факелов четко очерчивали концентрирующуюся на опушке леса массу противника. В глаза немедленно бросалось, что распределение огней не хаотично. В движении тех виделся строгий порядок, а уже выстроившиеся ряды слишком явно походили на порядки организованной армии, чтобы поверить в случайное совпадение.

Стоящий в трех шагах справа Алистер парой слов выразил мысль, на разный лад посетившую головы присутствующих.

— Не Орда. Армия. Кто бы ни стоял за этим, ему удалось обернуть в собственную пользу каждую нашу слабость. И речь не только об организованности. Смотрите, справа.

Рука мужчины указала на правый фланг. С востока, вдоль скал, разделявших Коркари и низины, приближалась новая колонна. Огоньки мигали и надолго пропадали из-за обилия деревьев. Но даже так — подкрепление, о котором никто не ведал, выглядело сравнимым с уже прибывшими силами. Ситуация смотрелась мрачно.

С дрожащим от волнения голосом, Алим обратил общее внимание на себя.

— Началось.

И правда, первый строй противника, сохраняя стройную линию, вышел из леса. Порождения бросили к ногам факелы и медленно, но неотвратимо покатились единой линией в направлении частокола. Спустя четыре шага из леса появился второй строй, и картина повторилась. Третий, четвертый. Оставленная позади черта огня скрадывала детали наступающих, обращая тех в одну жуткую массу, освященную из-за спины багровыми отсветами. Пускай обмундирование порождений не выглядело выполненным по единому образцу. Невпопад подобранное оружие, разношерстная броня. Но созданная атмосфера, сверхъестественная упорядоченность и не свойственная тем тишина подавляли.