Воспоминания рыжего барда (СИ) - Лисса Анна - Страница 5

Кион снова повернулся к красотке, не забывая про придурочное и глуповатое выражение на лице. Хозяин магазина уже помог блондинке надеть бирюзовое ожерелье и девушка сейчас глядела на себя в зеркало, стоящее рядом. Кион неожиданно для себя оказался прав — украшение и правда выгодно подчеркивало ее красивые глаза. Бард украдкой глянул на рыцаря, но на его лице не отразилось ни одной эмоции, только обычное безразличие.

— Что думаешь, Алексий? — повернулась к нему его леди и выжидательно посмотрела в лицо своего рыцаря.

— Вы выглядите великолепно, — не смотря на комплимент, голос рыцаря тоже прозвучал довольно безразлично.

«Вот же черствый сухарь», — подумал Кион. Сам он считал, что ожерелье просто идеально подходит девушке и что он, Кион, сумел ей правильно подсказать и помог выбрать украшение. Да без него она явно бы не справилась, особенно с сухарем под боком. Это явно была его заслуга.

— А вы что думаете? — повернулась девушка к «дворецкому» и Киону.

— Безупречно, — отозвался хозяин магазина и слегка улыбнулся, правда, Кион сразу же распознал в его улыбке всего лишь дежурную вежливость, которая обычно помогала «дворецкому» убеждать знатных дам, что они великолепны и, как следствие, помогала продавать украшения.

— Миледи, Вы словно сошли с холста художника, который запечатлел на нем невероятную красоту, — рыжий бард скромно опустил глаза и поклонился, всеми силами делая вид, что смущен таким сравнением. Кажется, это произвело впечатление на девушку и она даже слегка покраснела. Ее рыцарь лишь закатил глаза.

— С-спасибо за комплимент, — ответила она и повернулась к дворецкому, — В таком случае, я возьму это ожерелье.

— Превосходно! — тут же воскликнул он и помог снять украшение с шеи девушки, а затем помог надеть обратно ее подвеску, — Я сейчас же займусь Вашим заказом, миледи.

«Дворецкий» закрыл замок на витрине и, прихватив с собой бирюзовое ожерелье, скрылся где-то в соседней комнате. Златокудрая красотка пару раз хлопнула в ладоши от нетерпения и закусила губу, глядя в след скрывшегося хозяина магазина. Ее рыцарь стоял с абсолютно безразличным выражением на лице, но теперь вернул руку на оружие, а его глаза все так же бдительно осматривали помещение.

Кион был уверен, что свое дело он сделал и явно запал девчушке в душу, а потому, чтобы не вызывать дальнейших подозрений у ее спутника, сделал вид, что собирается уходить, не попросив ничего взамен за свою помощь с выбором ожерелья.

— Что же, я рад, что сумел Вам помочь, миледи, — Кион вежливо поклонился, намеренно напомнив девушке о своем участии в выборе украшения, — Но, боюсь, меня ждут дела. Мой господин не обрадуется, если я вернусь к нему с пустыми руками. Поэтому я вынужден откланяться.

Кион еще раз поклонился и развернулся к выходу, прекрасно зная, что девушка его сейчас остановит. И не ошибся.

— Подождите, вы уже уходите? — удивилась златокудрая дочь короля, — Но я ведь даже еще не отблагодарила вас за помощь.

— Поверьте, мне было совсем не сложно помочь такой прекрасной леди, — соврал Кион и натянул на лицо настолько простодушное и наивное выражение, насколько только мог. Что ему сложно было, так это убедить ее рыцаря, что перед ним обычный простофиля. И судя по тому, как рыцарь периодически зорко на него поглядывал, Киону не удалось убедить его в этом до конца.

— И все же я настаиваю, что я просто обязана поблагодарить вас за помощь, сир… — девушка осеклась и широко раскрыла глаза, — Ах! Я ведь даже имени вашего не спросила и сама не представилась. Где же мои манеры? Меня зовут Ангелина Аделла, я единственная дочь короля.

Златокудрая красотка присела в реверансе и Киону она снова показалась очень милой. Он едва не начал откровенно пялиться на нее, особенно на ту часть платья, которая выгодно подчеркивала ее грудь, не такую пышную, как у Эльвиры, но посмотреть было на что. Однако Кион вовремя спохватился, заметив, что рыцарь внимательно за ним наблюдает. Чтобы скрыть свое пошлое выражение на лице, Кион опустил голову и тоже поклонился.

— Я и не знал, что я нахожусь в компании такой важной особы, — произнес он как можно более удивленно, хотя на самом деле давно уже догадался, кто перед ним стоит, — Прошу простить меня за отсутствие подобающих манер, принцесса. И не быть со мной слишком строгой.

— Я ведь не собираюсь вас наказывать, — мило засмеялась Ангелина, — Я всего лишь хочу узнать ваше имя и поблагодарить за помощь.

Кион понял, что это тот самый момент, когда он может повернуть ситуацию еще больше в свою пользу. Правда, его слегка напрягал молчаливый рыцарь, стоящий рядом с принцессой, но по крайней мере этот рыцарь был более расслаблен, чем когда Кион впервые заговорил с красоткой, так что, можно было сказать, что Кион и его одурачил своим простодушным лицом. Рыцарь скорее по привычке и долгу службы осматривал его с некоторым подозрением, нежели чем действительно считал, что рыжий бард замышляет нечто коварное по отношению к принцессе.

— Зовите меня Даниэль, — представился Кион другим именем. Он всегда менял имена, когда охмурял богатеньких аристократок. Так у него было меньше шансов быть пойманным на лжи, когда знатные дамы собирались в чьем-нибудь поместье и начинали хвастаться друг перед другом, какой у них появился замечательный любовник, — Что же касается благодарности за помощь — я только скромно смею надеяться, что принцесса и я сможем когда-нибудь встретиться вновь. А пока мне и вправду нужно идти, иначе мой господин будет не очень доволен.

Кион продолжил играть роль дурачка-прислужника какого-то господина, но его последняя фраза была наживкой для принцессы и отвода глаз ее рыцарю. За этот короткий разговор с девушкой Кион успел прощупать ее характер и понять, как следует действовать дальше. Он был уверен, что такая милая девушка не разозлится и не сочтет его фразу об уходе грубой, поэтому позволил себе использовать ее, чтобы завлечь красотку дальше. Плюсом было еще и то, что перед рыцарем Кион выглядел совершенно не заинтересованным в Ангелине, как в принцессе. Наверняка рыцарь думал, что рыжий бард, услышав о том, что девушка является дочерью короля, начнет увиваться вокруг нее, но Кион поступил совершенно иначе на удивление рыцаря и тот окончательно расслабился. Кион внутренне возликовал, стараясь не спускать с лица простодушного выражения. Все, теперь Ангелина точно была в его кармане после того, как ее рыцарь окончательно поверил в роль, которую все это время исполнял рыжий бард.

— Тогда как насчет прогулки по парку в это воскресенье? — предложила принцесса и ее рыцарь от удивления выкатил глаза.

— Моя леди, Вы же не собираетесь… — начал было он, но принцесса его перебила.

— Алексий, сир Даниэль наверняка не видел всю красоту столицы, а когда его господин уедет, то и он вместе с ним, а значит, столицу он так и не посмотрит. Я думаю, это будет самое большое упущение в его жизни и просто хочу показать хотя бы красоту парка, пока сир Даниэль не уехал. Это будет моя благодарность за помощь.

Рыцарь ничего не ответил, только коротко кивнул. Кион едва не рассмеялся на предложение принцессы. Он-то знает всю столицу даже лучше, чем свои пять пальцев, а уж в тот парк сам несколько раз водил знатных леди на свидания. Если бы об этом узнала принцесса, она бы жуть как удивилась, а быть может, даже пришла бы в ярость. Кион позволил себе на секунду представить искаженное гневом лицо Ангелины, но у него не получилось. Скорее всего этот нежный цветочек просто заплакала бы вместо того, чтобы возмущенно надавать рыжему выскочке пощечин. Впрочем, Кион не собирался показывать ей, что он хорошо знаком с городом, а потому просто пришел в бурный восторг от предложения принцессы.

— О да, это было бы чудесно! — воскликнул он, вновь нацепив на лицо дурацкое выражение, — Мне кажется, я где-то слышал о том, что в столице находится прекрасный парк, но сам я там, к сожалению, не был.

— Значит, решено, — довольно захихикала принцесса и захлопала в ладоши от радости, — Тогда встретимся в воскресенье в полдень перед входом в парк. Ой, а ваш господин отпустит вас, сир Даниэль?