Гринтерра (СИ) - Салтыков Алексей Дмитриевич - Страница 26

Глава 10. Старый знакомый

Никогда ещё ему не было так страшно, как сейчас. Ганджи Бадд взял коня, что дети так опрометчиво оставили в лесу неподалёку, и скакал на нём без остановок по саванне, придерживая свой двуручный меч на поясе. Любой скакун давно бы уже выдохся, но рантары умели вливать в своих лошадей живу и те могли бежать множество дней, лишь иногда подкармливаясь на редких стоянках. След своего бывшего сотника Ганджи взял с оторванной руки и уже понимал, что должен прийти в Порт-о-Сент. После прилетевшего ворона, оставив Эобара охранять Деревню Орешника, Ганджи через пару дней беспрерывного движения был уже в деревне Торгейн.

“Победить Изаю Вимура с его отрядом лучников честным путём у Алатаса не было ни шанса, но всё же он как-то смог это сделать. Изая, будто сквозь сон, сказал беречься от дыма без запаха гари. Астромариновая пыль — лишь она могла сделать беспомощным даже обладателя пятой стадии анимы, но откуда этот придурок мог взять такую редчайшую вещь. Даже мой меч стоит целое состояние, хоть и содержит лишь на очень малую часть этот редкий металл. Как так совпало? Как совпала тренировка юных воинов наших деревень с нападением на Торгейн?”

Не теряя ни секунды Ганджи выбежал из деревни-пропасти по запаху бывшего подчинённого, оторванная рука стала отличным способом взять след этого ублюдка.

“Я тебя на куски порву, сукин сын!”

Светило полуденное солнце, а саванна заканчивалась и вдалеке стало видно Каменное море. Ганджи был уже измождён. Он не мог есть, еда просто не лезла ему в рот. А воду срочно нужно было заменить чем-то покрепче. Среди скал на берегу он заметил множество столбов дыма с запахом горелого мяса и подогнал коня бежать быстрее. Но конь устал не меньше, чем его наездник и потоки живы уже не могли перебороть накопившуюся усталость. На большой скорости передняя нога скакуна задела небольшой камень, лежащий на пути у сумасшедшей погони, и подвернулась. Дальше его голова полетела вниз, переламывая шейные позвонки о твёрдую землю, а с седла полетел всадник, кто, как и конь, не смог избежать столкновения с твердью. Скакуна перекинуло через голову, окончательно переламывая шею, и его дыхание стихло. Ганджи поднялся на ноги и взглянул на своего друга, служившего ему верой и правдой уже очень много лет. Останавливать погоню для его похорон не было времени и старший Бадд просто поцеловал того в запылённый саванной лоб.

— Спи спокойно, мой друг. Твоя дань жизни не будет забыта.

И бывший анхель рантаров, отряхнувшись, продолжил бег в направлении чёрных столбов дыма, принадлежащих знакомому поселению негодяев.

Порт-о-Сент был укреплён пуще прежнего. Высокий забор из толстых брёвен с большими крепкими воротами несколько метров в высоту. Когда полк рантаров патрулировал эти земли, то это поселение каждый раз разносилось ими в щепки, из-за проводившихся сделок работорговцев и продаже частей тела различных редких зверей, что в избытке водились в этих окрестностях. Но в этот раз поселение выглядело значительно фундаментальнее, а на флагштоке развевался флаг Эйдоса: золотой кленовый лист с тремя чёрными лилиями на нём.

“Ха-ха… Пираты испытывают судьбу или решили, что эйды спустят им это с рук?”

Безумие овладевало человеком, чью силу когда-то признавал весь континент, и его решение не заставило себя ждать. Ганджи с каждым вдохом постепенно наполнял тело природной энергией и поднимал свою стадию анимы с четвёртой, на которой он вёл преследование, до пятой. Тату на руке багровело, подобно раскалённому железу, и начало испускать клубы алого пара. Сила анимы тигра вышла на пик. Часовые на сторожевых вышках даже не успели среагировать на внезапное появление противника. Один удар ногой и ворота разлетелись в стороны, разнося в щепки, державший их засов.

— Готовы сдохнуть?! — Освобождая клинок от ножен, произнёс бывший анхель рантаров, носивший легендарное прозвище, данное ему в молодости — Тигр Юга.

Солдаты в синих мундирах, что стояли у ворот, разлетелись словно тряпичные куклы и упали замертво. Зазвонил сигнальный колокол, оповещая всех в портовом поселении о нападении неприятеля.

— Я вас не трогал! Думал хватит мозгов не соваться в мои владения! Видимо ошибся…

— ОГОНЬ!!! — скомандовал кто-то из командиров.

— Где вы взяли мундиры и флаг Эйдоса, уроды?! — уворачиваясь от свинцовых пуль, Ганджи становился в глазах солдат армии Эйдоса настоящим чудовищем. Кто-то из них бросился убегать, но был настигнут камнем, брошенным ему в голову. — И это вы то разбойники и пираты?! Даже если вы и правда эйды, то точно причастны к похищению Камалии. Решились отомстить за принца? Кучки говна стоят больше, чем все ваши поганые душонки!

Ганджи умело орудовал двуручным клинком, рассекая людей пополам. Кулаками и ногами он переламывал кости, бегущим на него со штык-ножами, солдатам. Его белая сорочка окрасилась в кроваво-красный цвет, а лицо со стекающей по нему кровью источало неистовство. Разлетающиеся от смертельного урагана, плоть и кишки раскидывало в разные стороны. Стены зданий буквально разрезал клинок, рассекая вместе с ними и тех, кто прятался за ними. Волосы, окрашенные в цвет заката и источающая алый пар рука с тату тигра, внушали звериный ужас во всех солдат, которые, исполняя приказ выбегали на бой с неприятелем и тут же погибали от рук жуткого монстра, про которого им с детства рассказывали ужасающие истории. Если бы кто-то знал, что когда-нибудь этим мальчикам, поступившим на службу в армию Эйдоса совсем недавно, придётся столкнутся со своим детским кошмаром, никто из них не дал бы присяги императору и не отправился в последнее путешествие на берега Гринтерры.

Ганджи схватили за плечо из-за спины, но Бадд ударил кулаком почти наугад, развернувшись и вложив в руку как можно больше силы, чтобы не оставить от смельчака и мокрого места. Звуковая волна заложила уши рядом стоящих солдат, а удар сопровождался лёгким скрежетом металла.

— БАДД!!! Совсем из ума выжил?! Это солдаты флотилии Эйдоса!!! — Крик мужчины с металлическим протезом вместо руки остановил бойню обезумевшего отца. — Остановись! Мы тебе не враги! У Эйдоса и Гринтерры перемирие вот уже одиннадцать лет!

— Адмирал Акамир? — рука Ганджи затряслась от нервного напряжения и вышла из захвата крупного мужчины с анимой белого медведя. Седой старик был выше анхеля рантаров на целую голову, с широкими плечами и мощным торсом. Несмотря на преклонный возраст, он был в отличной физической форме. Будто вытесанное из камня лицо было серьёзным и по-военному строгим, на нём было множество шрамов былых времён. Седые волосы и короткая белая борода, синий офицерский мундир и полный протез правой руки, в котором крутилось множество шестерёнок и двигались поршни. Природная энергия, накопленная Ганджи, поглощалась этой рукой с неимоверной скоростью.

“Астромарин!” — пронеслось в голове бывшего анхеля.

— Ты обезумел, воевода, но вижу рассудок ещё сохранился в твоей дурной башке. — адмиральский басистый голос заставил Бадда опустить клинок вниз. — Все! Опустить ружья! Я сам разберусь!

— Адмирал… Что ты… Что ты здесь делаешь? — силы были на исходе, и Ганджи опёрся на меч. Он знал этого командира эйдов и когда-то им даже пришлось биться плечом к плечу, утихомиривая восстание южных островов.

— Задание у нас здесь, дурная ты башка. А ты мне тут головную боль добавляешь. Как, по-твоему, мне объяснять семьям погибших от твоей руки сынков, что произошло. Думаешь, можно вот так просто вломиться в военный лагерь, порубить целый взвод наших солдат и выйти невредимым?

— Я виноват…

— Конечно виноват. Но судя по твоим горюющим глазам, у тебя была какая-то причина.

— Акамир… Мою дочь… Её украли… Камалию украли… — Ганджи никогда ещё не казался таким беспомощным. Слёзы проступили на его лице, обнажая истинные отцовские чувства.

***

Лёгкий морской бриз заставлял волны покачивать адмиральский фрегат. Корпус издавал неприятный скрип и разносился эхом по внутренним помещениям судна. Два ветерана былых войн сидели за тяжёлым столом перед стеклянной бутылкой крепкого напитка.