Эолин (ЛП) - Гастрейх Карин Рита - Страница 64

С этими словами ее брат переключил свое внимание на другие дела.

Они были еще в паре дней к востоку от Эрундена, когда Рената ​​нагнала их.

За несколько недель до этого наставница удалилась в поместье Кори, заявив, что она слишком стара, чтобы продолжать служить восстанию. Эолин пыталась убедить ее в обратном, но безуспешно.

Неожиданное появление Ренаты вызвало волнение в лагере. Женщина заметно изменилась. Черты ее лица уже не были такими глубокими, а серебристо-серые волосы сменились прерывистыми угольно-черными прядями. Она носила темно-синие цвета Средней Маги.

Обрадованная этим изменением, Эолин приветствовала Ренату объятиями и дружеским поцелуем. Вместе они уединились в палатке Верховного Мага.

— Я покинула Восточный Селен, как только до меня дошло известие об аресте Кори, — сказала Рената, когда они сели. — Это трагедия, Эолин. Огромная потеря для всех нас.

— Мы пока не можем предаваться трауру. Сны Ришоны указывают на то, что Кори жив, и его раны вылечены.

— Но до меня дошли слухи, — руки Ренаты нервно шевелились у нее на коленях. — Говорят, что он отказался от восстания и поклялся в верности Королю-Магу.

— Я знаю, — Эолин не нравилось, когда ей об этом напоминали. — Как думаешь, это правда? Он предал бы нас?

Рената покачала головой.

— Я слишком долго считала Кори своим другом, чтобы избавиться от привычки верить ему. Но он был учеником Церемонда, он — двоюродный брат короля. Полагаю, до того, как все это закончится, станет известно, кому он верен.

Эолин отодвинулась и прикусила губу. Неуверенность тяготила ее сердце. Она поднялась на ноги, достала книги, которые Маг Кори дал ей в Селен, и положила их перед Ренатой.

— Это единственные анналы военной магии, которые у меня есть, — сказала она. — Все они от него, от мага Кори.

Рената взяла один из томов и полистала его.

— Они подлинные? — спросила Эолин. — Думаешь, они будут полезны?

— Я не знаю. Я не обучался такой магии.

— Но ты знала людей, которые это делали. Ты что-нибудь помнишь?

Рената положила книгу на стол.

— Они использовали священные круги, используемые для передачи мужества воинам, и различные виды пламени и проклятий. Ахмад-мелан, например, и…

— Ахмад-купт?

— Да. Смертельный заряд, — Рената нахмурилась. — Ты нашла это заклинание в этих книгах?

— Я думаю, это оно, — Эолин потянулась за другим томом и вытащила из-под обложки небольшой листок бумаги. — Он был вставлен между страницами, будто кто-то оставил его там по ошибке. В томах нет заклинаний огня войны и подобных проклятий, а если и есть, то я их не нашла.

Рената пробормотала первое слово проклятия, пока читала. Ледяная дрожь пробежала по спине Эолин. Наставница прикусила губу и молча рассмотрела оставшуюся часть заклинания.

— Столько насилия в этих словах, — она осторожно положила бумагу. — Да избавят тебя боги от необходимости их использовать.

— Так это смертельный заряд?

— Это или что-то очень похожее. Ты должна быть очень осторожна с этим проклятием, Эолин. Оно может убить тебя так же легко, как и твоего врага.

— Гемена говорила мне об этом тысячу раз. Иногда мне хочется проклясть ее за то, что она оставила меня так плохо подготовленной, — она раздраженно вздохнула. — Мне нужен еще как минимум год, чтобы все это понять, потренироваться. Я пытаюсь сказать Эрнану, но он слишком одержим победой над Королем-Магом, слишком уверен, что наша судьба близка. Или, возможно, не доверяет мне, не прислушивается к моему совету.

— Не доверяет тебе?

— Он думает, что я могу быть под чарами Короля-Мага. Он больше ничего не говорил об этом со времен Селен, но я достаточно часто вижу это в его глазах. И он поверит, что его подозрения подтвердились, когда он увидит, как жалко я веду себя в бою, — Эолин потерла лоб, пытаясь снять накопившееся там напряжение. — Это безнадежно, Рената. Что мне делать?

— Я бы не сказала, что это безнадежно. Я видела безнадежное, ты же знаешь. Они сказали, что никто из нас не выживет, и все же мы здесь.

Эолин попыталась улыбнуться, но слезы щипали глаза.

— У меня есть дар, который может взбодрить твой дух, Эолин. Жди здесь.

Рената вышла из палатки и вернулась с продолговатой кедровой коробкой, которую поставила на колени Эолин. Сверху было вырезано изящное изображение Драконши. Ее длинный хвост и мощные конечности переплелись с толстыми ветвями древнего дуба.

— Открой, — сказала Рената.

Эолин сняла печать и подняла крышку. Внутри лежал бордовый халат. Она провела пальцами по мягкой ткани, ощущая магию, заключенную в ее рубиновых нитях.

— Где ты нашла это?

— Мы годами хранили его в поместье Кори. Он был моим до того, как начались чистки, до того, как я отказалась от своей магии и позволила уничтожить посох.

— Но они бы заодно сожгли и твою одежду.

— На мне не было мантии, когда меня задержали.

Эолин встала, чтобы достать наряд из коробки. Она накинула одежду на руку и стала изучать замысловатые узоры, вышитые на ее поверхности. Гемена научила ее сложным заклинаниям, секретным волокнам и специальным красителям, используемым для мантий Высшего Мага, но без полного шабаша из двенадцати было невозможно создать его.

— Это слишком великий подарок, чтобы его принять, — пробормотала она.

— Ты должна надеть его, когда столкнешься с Королем-Магом, — ответила Рената. — Это усилит тебя и защитит, если боги потребуют от тебя проклятия, подобного Ахмад-купту.

— Тогда я надену его только для этой кампании и верну тебе, когда мы победим.

— Мне это больше не нужно.

— Будет нужно, — сказала Эолин. — Когда Дракон дарит тебе новый посох.

Лицо Ренаты побледнело. Она отвернулась.

— Не шути о таких вещах.

— Это не шутка.

— Посох, однажды уничтоженный, не может быть заменен.

— Почему бы и нет, если это угодно богам?

Рената покачала головой.

— Дракон накажет меня за такое высокомерие. Я отказалась от своей магии, вероломная трусиха, и без протеста смотрела, как сгорают все мои сестры.

— У богов есть другой способ судить о наших проступках, — Эолин вернула подарок в коробку и взяла руки Ренаты в свои. — Они интерпретируют наши действия через большее пространство времени и последствий.

— Еще слова от твоей дуайен.

— Нет, — поняла Эолин. — Эти слова принадлежат мне. Я о том, Рената, что, возможно, ты должна была отказаться от своей магии тогда, чтобы восстановить ее сейчас, во время большей нужды и большей надежды.

Рената подавила всхлип и спрятала лицо в трясущихся руках. Почувствовав движение, приближающееся к поверхности, Эолин обняла ее и притянула к себе. Рената дрожала. Она прижалась к Эолин и плакала долго и горько, выпуская все слезы, которые ей не удавались в течение бесконечных лет с тех пор, как погибла последняя из ее сестер.