Дети всегда правы - де Виган Дельфина - Страница 29

Я сделала так, что они с Кимми встретились после полудня в среду в одном из парижских кафе. Он знал это место. Я привела обоих детей — иначе я поступить не могла, это вызвало бы подозрения. Я сказала им, что должна встретиться со старым другом, с которым училась в школе. Мы заказали горячий шоколад, дети вели себя просто прекрасно. Обычно Кимми вертится и ерзает все время, но в этот раз она сидела спокойно, прямо, будто аршин проглотила. Грег впечатлил ее — я это чувствовала. Он тоже поразился, тайком наблюдал за ней. Они обменялись всего парой слов. Кимми заказала наполеон — это ее любимое пирожное, — однако даже не прикоснулась к нему.

В машине по дороге домой Сэмми спросил, могут ли они рассказать папе о встрече с Грегом, — удивительно, как тонко дети всё чувствуют. Это даже пугает. Я ответила, да, конечно, я сама предупредила мужа, что должна встретиться с другом, которого сто лет не видела. Мы вернулись домой, Кимми схватила Грязнушку и улеглась. Мы никогда об этом не говорили.

Вот. Я думала, что Грег снова со мной свяжется. Что в итоге попросит денег. Но новостей от него не было. Я отслеживала его профиль в «Фейсбуке». Через несколько месяцев после нашей встречи он уехал жить в Австралию. Вот уже два года он ничего не публикует. Совсем ничего. Иногда я набираю в поисковике «Грег, последний герой», чтобы найти что-нибудь новенькое. Иногда я даже добавляю слово «умер». На всякий случай.[…]

Знаю, я должна была раньше рассказать вам об этом. Вы несколько раз повторяли: любую версию нужно изучить. Малейшую деталь, любое воспоминание, даже самое нелепое на первый взгляд. Мне жаль… […]

Знаете, я все же уверена, что Ким не от него. С возрастом ее волосы темнеют, вы сами видели, она все больше и больше похожа на Брюно. Но сегодня утром я все-таки решила вам рассказать. Кто знает, верно? Думаю, вы уже поняли, я бы предпочла, чтобы муж не узнал об этом разговоре. Как считаете, это возможно?

* * *

Настоящую фамилию и адрес Грегуара Ларондо оказалось очень просто найти. Он провел всего лишь год в Австралии, где подрабатывал на нескольких фермах, а позже — старшим официантом во французском ресторане в Мельбурне. Когда истек срок визы, Грегуар вернулся во Францию. Быстрый опрос соседей показал, что он живет с матерью в трехкомнатной квартире в Четырнадцатом округе. Номер телефона также был зарегистрирован на указанный адрес. Собранная заранее информация представляла Ларондо одиноким малообщительным мужчиной. Вернувшись во Францию, он жил на пособие по безработице, и, судя по всему, его обеспечивала мать.

За несколько часов следователи установили его IP-адрес и отследили активность на «Ютьюбе». Грегуар Ларондо регулярно заходил на канал «Веселой переменки» и за последние месяцы провел около пятнадцати часов за просмотром роликов с Ким и Сэмом. По тем немногим сторис Мелани Дрим, которые просмотрел Грегуар, он мог узнать расписание семьи в деталях: о поездке домой, про которую говорила Мелани Кло после шопинга в центре «Велизи-2», и об игре в прятки, начавшейся в 17:15. У него хватило бы времени доехать до жилого комплекса из Четырнадцатого округа на машине матери — красном «твинго», согласно автомобильному реестру.

Седрик Берже решил наведаться к Грегуару рано утром. Группа приехала на улицу Бастион на сборы и краткий брифинг. Присутствия Кимми Диоре в квартире нельзя было исключать. Клара тоже решила отправиться туда — она просто не могла оставаться на месте, нарезая круги по кабинету.

В пять утра члены группы Берже выпили наспех кофе и надели бронежилеты. Кларе нравилась эта суета: томительное волнение, бряцанье заряжаемого табельного, нетерпеливое хлопанье дверцами шкафчиков.

Их было пятеро. Полицейские расселись по двум машинам: Седрик и Сильван в первой, а Клара, Максим и Тристан — во второй. В столь ранний час на улицах не было ни души.

Пока они молча ехали к мужчине, который всего за несколько часов стал подозреваемым номер один, Клара думала о Мелани Кло. А точнее, о манере, с которой эта женщина изъяснялась: ясно, ровно, несколько делано. Она странным образом смешивала самые личные откровения с пустыми, стереотипными фразами. Мелани говорила «мы очень дружная семья», «я не хотела рисковать и разрушить все то, что мы построили» или же «я настоящая наседка, понимаете». Она щебетала, даже не задумываясь. Откуда брались подобные слова? Из интернета? Из телесериалов? Клара слушала ее, не перебивая, позволив выложить все начистоту. Так ее учили. Сначала — выслушать. Если потребуется, она позже вернется к каждому предложению. Иногда сразу понятно, лжет ли сидящий напротив задержанный. Клара догадывалась по движениям. Однако, глядя на Мелани Кло, она чувствовала что-то другое. Эта женщина пришла, чтобы раскрыть свою тайну — тайну, которую она до сих пор скрывала, подвергая себя риску. И Клара ей сочувствовала. Мелани Кло задевала за живое своим отчаянием, волнением, однако в то же время в ней было что-то невыносимое — какое-то слепое отрицание. Мелани Кло размахивала, словно знаменем, своим званием матери года. Роль — ее лучшая роль — идеальной, безупречной матери составляла основу ее личности на сегодня. Клара и Мелани жили абсолютно разными жизнями. Следовательница всегда была одна, понятия не имела ни о проблемах семейных пар, ни о переменах, связанных с беременностью. Однако здесь речь не шла о взаимопонимании: сама манера этой женщины изъясняться ускользала от Клары.

Около шести утра Седрик и Сильван повернули на улицу Мутона-Дюверне. Они припарковались неподалеку от цели, в то время как вторая машина осталась на одной из соседних улиц. Благодаря универсальному ключу полицейские беспрепятственно вошли в здание и бесшумно поднялись по лестнице. В шесть часов ровно они позвонили в дверь.

Через несколько минут раздалось шарканье, а затем женский голос поинтересовался, кто там. Седрик Берже представился и показал в дверной глазок удостоверение. Открыла крошечная женщина лет шестидесяти и, очевидно недоумевая, впустила полицейских. Седрик остался с ней, а остальные полицейские разошлись по квартире.

— Доброе утро, мадам. Ваш сын дома?

— Да… Он спит в своей комнате.

— Он один?

— Да…

— Тогда, если вы не возражаете, мы его разбудим.

Седрик Берже славился своей вежливостью, которая проявлялась даже в самых критических, а иногда и совершенно абсурдных ситуациях. Женщина махнула рукой в сторону коридора. В первую, открытую дверь полицейские увидели пустую комнату. Вторая была закрыта. Седрик жестом приказал коллегам войти без стука.

Грегуар Ларондо в одних трусах мгновенно подскочил в кровати, потеряв дар речи. Он все же спросил разрешения одеться. Неловкость движений выдавала испуг Грегуара. Несмотря на это, ему удалось спешно натянуть футболку и джинсы, дойти до гостиной и сесть рядом с матерью. Увидев его вжавшимся в диван, Клара тут же вспомнила рисунок Сэмми. Сомнений не было: тот высокий подросток с длинными волосами, безбилетный пассажир, которого мальчик поместил под стол, словно спрятанную под ковром пыль, — Грегуар Ларондо.

Матери и сыну показали ордер на обыск, и полицейские тут же приступили к делу. Ни один из жильцов даже не попытался возразить.

Через три часа пришлось признать очевидное: обыск, проведенный группой Берже, не дал никаких результатов. На месте не обнаружили никаких следов как самой Кимми, так и признаков ее недавнего пребывания в квартире. Кроме того, в прошлом году мать Грегуара Ларондо отдала красный «твинго» дочери, однако так и не нашла времени переоформить документы. Она уже какое-то время сдавала свое парковочное место.

К полудню мать и сын беспрекословно согласились проехать с полицейскими в отделение для допроса. Некоторые вещи, в том числе компьютер и телефон Грега, были изъяты.

В районе Клиши, несмотря на включенную в сирену, они простояли добрых полчаса в бесконечной веренице машин и грузовиков — ремонтные работы на перекрестке длились уже целую вечность.