Искатели закономерностей. Как аутизм способствует человеческой изобретательности - Барон-Коэн Саймон - Страница 5

Шаг 2 – ответить на вопрос, исходя из гипотетической закономерности «если-и-тогда». Мы ищем то, что могло изменить нечто (исходные данные), сделав его другим (результат). Если источник изменения очевиден, мы ищем его поблизости, либо мы рассуждаем о причине, которая должна существовать, но может быть невидимой. Поэтому если мы видим, что из ружейного ствола (исходные данные) выходит дым (результат) и что единственный видимый поблизости фактор, который двигался, – это курок, тогда мы можем предположить, что причиной изменения послужило нажатие на курок. Если ствол не дымится, а курок уже спущен, тогда дым пока еще в ружейном стволе.

Шаг 3 – это проверка закономерности «если-и-тогда» в цикле. Мы делаем это в ходе повторяющихся экспериментов или наблюдений, чтобы проверить, всегда ли она верна. Когда мы проверяем закономерность, этот шаг повторяется снова и снова, позволяя нам убедиться в том, что каждый раз мы получаем одни и те же результаты. (Цикл обозначен маленькой черной стрелкой под шагом 3 на илл. 2.1.) Лучшие систематизаторы повторяют этот цикл десятки или даже сотни раз, чтобы убедиться в том, что закономерность «если-и-тогда» верна. Если она подтверждается и выявлена впервые, то мы имеем дело с изобретением.

Наконец, на шаге 4 мы видоизменяем эту обнаруженную закономерность и снова проверяем ее в ходе циклов. Мы модифицируем первоначальную закономерность «если-и-тогда», разбив ее на части, и меняем «если» и/или «и», наблюдая за тем, что будет с компонентом «тогда». Затем мы тестируем эту измененную закономерность, проводя цикл за циклом, чтобы проверить ее справедливость в каждом из них. Если закономерность сохраняется и ее до этого никто не замечал, мы имеем дело еще с одним изобретением. После этого мы можем решить, придерживаться ли теперь модифицированного алгоритма, поскольку он повышает эффективность системы и/или приводит к появлению чего-то совершенно нового и полезного.

Обратите внимание, что иногда новая «если-и-тогда» закономерность – это скорее открытие, чем изобретение. Например, когда в 1954 г. эпидемиологи Ричард Долл и Остин Хилл обнаружили, что если вы курите (подвергаетесь воздействию табачного дыма) и выкуриваете более тридцати пяти сигарет в день, тогда у вас в сорок раз больше шансов заболеть раком легких{17}, это было открытием, а не изобретением.

Во всех случаях, когда вы систематизируете, вы получаете контроль над системой. Подумайте о плавании под парусом: если моя лодка неподвижна и я держу парус перпендикулярно направлению ветра, тогда она начнет двигаться вперед в том же направлении, что и ветер{18}.

Приведенное выше описание может ассоциироваться с поведением профессионально обученного исследователя или инженера, но позвольте напомнить, что систематизируем мы все: у каждого из нас в мозге заложен механизм систематизации. Так что эта теория не об ученых и инженерах, а обо всех нас. Тем не менее, как мы увидим, многие из тех, чей механизм систематизации настроен очень точно, склонны выбирать работу в таких областях, как естественные науки или техника. Другие могут освоить игру на музыкальном инструменте, какое-либо ремесло или вид спорта, поскольку и в этих профессиях полезно стремление к систематизации. Схема на илл. 2.1 кажется очень абстрактной, однако илл. 2.2 показывает конкретный пример того, как можно применить механизм систематизации.

Илл. 2.1. Как систематизация приводит к изобретению, контролю и открытию[3]

Илл. 2.2. Как систематизация привела к изобретению сельского хозяйства[4]

Азами систематизации владеет любой ребенок и каждый из нас – это обнаруживается в том, что мы задаем себе вопросы и пытаемся понять, как что-то устроено. Достаточно понаблюдать за тем, как ребенок исследует объект, когда он пытается сообразить, что можно делать с его помощью или что он способен с ним делать. Это озорное любопытство, движимое желанием разобраться в системе или решить проблему, и есть повседневная систематизация в действии. Это тот самый момент «Ага!», когда малыш определяет, как уравновесить башню из кубиков, как регулировать напор воды в кране или как нажать на выключатель, чтобы появился свет. Мышление по принципу «если-и-тогда».

Когда мы распознаем закономерность «если-и-тогда», мы имеем дело с системой. Поэтому я использую слово «систематизация». Оказывается, что системой является каждый инструмент, от первого лука со стрелами, первого музыкального инструмента до современных текстовых сообщений. Это всё инструменты, которые мы изобрели, чтобы они выполняли работу за нас. Я утверждаю, что наш единственный путь к изобретению нового инструмента или усовершенствованию существующего заключается в механизме систематизации и его четырех шагах{19}.

Чтобы дать вам представление о том, как действует механизм систематизации, приведу один из моих любимых примеров механической системы, изобретенной около 5000 лет назад в ответ на важный вопрос: как можно переместить очень тяжелый объект? Допустим, кто-то посмотрел на тяжелый камень, а затем посмотрел на своего быка, оценив его возможное применение в духе закономерности «если-и-тогда». Мне нравится в этом примере то, что бык уже существовал, но человек посмотрел на него по-новому: если камень невероятно тяжел и я использую силу быка, тогда он сдвинет этот камень. Бык рассматривался уже не просто как бык, а как элемент причинно-следственной операции по принципу «если-и-тогда». Историки считают, что именно так 5000 лет назад привезли огромные камни Стоунхенджа в Англии на то место, где они теперь находятся{20}. Это изобретение, вероятно, основано на применении другого, более раннего инструмента – колеса, созданного примерно пятью столетиями ранее{21}. Сочетание этих двух изобретений позволяло быку тащить огромные тяжелые камни с помощью катков или на санях{22}. Оно, как и многие изобретения, было масштабируемым (илл. 2.3).

Илл. 2.3. Изобретение способа передвигать тяжелые камни[5]

Вернемся к тем самым трем маленьким словам – если, и, тогда, чтобы вкратце раскрыть их точное значение, поскольку тема книги так или иначе связана с ними. (Я говорил своему редактору в шутку, что это может быть самая короткая книга в мире, состоящая всего из трех слов. Но редактор вполне благоразумно попросила меня раскрыть тему поподробнее.)

Слово «если» имеет по крайней мере три значения: выражает условие (как в предложении «если Х истинно»), предшествование («если сначала произойдет Х») и просто используется для обозначения вводной информации, как при описании изначального состояния объекта и события.

Слово «и» подобно волшебному слову, поскольку относится к таким действиям, как сложение или вычитание, или к тому, что делается с исходными данными. Самое важное здесь то, что «и» указывает на причинно обусловленное действие{23}. Я считаю эту причинную составляющую волшебством, поскольку она превращает что-то одно (исходные данные, «если») в нечто другое (результат, «тогда»). Обратите внимание на «и» в следующей закономерности: если лед находится в миске и миска стоит на огне, тогда лед превратится в воду. То, что следует за «и», является причиной изменений.