Целитель Азаринта (ЛП) - "Рейгар" - Страница 1657

— Вы знаете об этом? — сказала Илеа.

«Только слухи. Из Лис нелегко получить информацию. И все на этом было совершенно секретно. Хотя я понимаю, что ворота снова были закрыты, что заставляет меня думать, что в этом замешан космический маг, — сказал он. «Или кто-то очень сведущий в кровавых ритуалах. Говорят, что Майкл Элис был, и я цитирую… в ярости, когда закрывались ворота. Сомневаюсь, что это был он.

«Ну, это должно стать более или менее достоянием общественности достаточно скоро, но да. Я вернула могущественное существо из Эрендара, — сказала она.

«Это довольно рискованный шаг. И почему мы совершенно точно не согласимся на телепортационные врата в Фонде или рядом с ним, — сказал Эван.

— Понятно, — ответила она. «Я уверен, что ваши Искатели долго тренировались, чтобы уметь ориентироваться и выживать в пустыне».

“Действительно. Наше местоположение — одно из наших величайших преимуществ и главная причина, по которой мы все еще живы после стольких лет», — сказал он. «Однако врата телепортации, безусловно, изменят ситуацию на Равнинах. Я предполагаю, что другие виды тоже заинтересуются. Что касается моего следующего вопроса. Что ты знаешь об эльфах?

«Я знаю, что большую часть времени они остаются в своих владениях. Я знаю, что у них есть что-то под названием Оракулы, которые, кажется, занимают самое высокое положение в их обществах. Я знаю, что эльфы, напавшие и разрушившие многие независимые города на западе, были молодыми неопытными идиотами, которые не считали человеческую жизнь стоящей, — объяснила она.

— А как именно вы пришли к этой информации? — спросил Эван.

«Я встретил эльфа на севере. Тот, который напал на меня, но был открыт для обсуждения после того, как ему не удалось меня убить. Он… боролся со своим местом в их обществе и мире», — сказала она.

— Этот артефакт имеет к этому какое-то отношение? — спросил Эван.

Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, подумала она. — Я не собираюсь отвечать на этот вопрос.

Он усмехнулся и передвинул сундук. «Если вы помогаете церитильским охотникам… надеюсь, вы понимаете потенциальные последствия для ваших союзников-людей. Войны начинаются из-за меньшего».

Тогда он мог не знать о Сиритисе.

Илеа не стала комментировать его возможные предположения, храня ключ в своем домене.

«Кто такой целитель Азаринта, о котором вы упомянули?» — вместо этого спросила она. Он счел ее информацию достаточной, чтобы передать артефакт. Были даже еще раз.

«Он отделился от их Ордена. Я знаю, что они пытались, но не смогли его задержать, даже их самые опытные охотники не смогли найти этого человека. Пока он не начал насмехаться над ними. Мы получили письмо… давно, заметьте. Письмо, в котором говорилось, что Ордена Азаринт больше нет, последний Первый Охотник записал свой титул и объявил о конце своего существования. Похоже, он выиграл и хотел, чтобы это задокументировало старейшая из существующих библиотек, — объяснил Эван. «Где он остается и действительно ли он все еще жив, я не знаю, хотя я скорее уверен, что последнее является данностью. Известно, что их было трудно убить».

«Я часто получаю такое», — размышляла Илеа.

— Мне интересно, нашли ли вы когда-нибудь Сципиона, — сказал Эван.

«Да, но если вы его знаете, то знаете, что он много путешествует. Я встретил девушку из того же мира, что и я. Он защищал ее, всегда интересовался путешественниками по царствам, — сказала она. «Я полагаю, что он был где-то еще до войны».

«И он был в этом замешан, насколько я помню», — сказал Эван. — Больше, чем я. Если ты когда-нибудь встретишься с ним снова, дай ему знать, что мне будет интересно поговорить.

— Буду, — сказала Илеа. Хотя она не думала, что мужчина особенно хотел встретиться с Эваном. — Вы слышали об Одуре?

— Имя незнакомое, — сказал Эван.

«Самопровозглашенный Хранитель Запада. Дракон. Я надеялась, что вы сможете дать некоторое представление, — сказала она.

«Те, кто встречает драконов, редко выживают, не говоря уже об их именах», — сказал мужчина. «Я ценю ваше дополнение. Ты боролся с этим?

— Думаю, она. И я не могу назвать это дракой. Она играла со своей едой. Она предпочитала магию дерева и жизни, — объяснила Илеа.

«Необычно, хотя то, что мы знаем о драконах, это то, что они более индивидуальны, чем большинство других видов. Однако их подавляющая мощь задокументирована достаточно хорошо. Даже среди четырех знаков они занимают высокий ранг, может быть, самый высокий», — сказал он.

“Ага. Я точно не видела ничего сильнее, — сказала Илеа. Она искренне не знала, были ли Фейри такими же могущественными, как Одур. Ни один из них не показал ей многого из того, что они действительно могли сделать, и оба их уровня были в значительной степени за пределами чартов. “А вы?”

«Я хотел бы сказать, что да, но на данном этапе это трудно различить или сравнить. Даже с четырьмя оценками одинакового уровня различия могут быть ошеломляющими», — сказал он.

“Истинный. Эван, ты первый человек из трех знаков, которого я встретил. Я знаю, ты сказал, что не любишь конфликты, но тебе интересна драка? — спросила Илеа.

Он улыбнулся. — Я ожидал вопроса раньше, учитывая вашу репутацию. И я не считаю тренировку своих магических способностей конфликтом. Это стало больше… скажем, времяпрепровождением. И я, конечно, понимаю ваше разочарование. На данном этапе трудно найти кого-то достойного, да и обучать студентов — это не совсем то же самое».

— Так это ты тренируешь магов песка и кости? — спросила Илеа.

«Ну, я начал. На данный момент мои обязанности уже не так обширны, как раньше, — сказал он и встал. «Давайте перенесемся в пустыню. Сомневаюсь, что мы сможем по-настоящему проверить себя на каком-либо из наших объектов. В конце концов, магия Азаринта связана с чарами.

— Кажется, ты хорошо это знаешь, — сказала Илеа.

«Ну, я изучал его несколько столетий. У меня даже есть несколько навыков, которые были… вдохновлены», — добавил он с улыбкой.

Илеа подняла бровь. “Вы делаете?”

«Их сила когда-то была печально известна. У меня были источники, которые утверждали, что Старейшины ордена имели доступ к Траве Голубой Луны без таких же возможных последствий, но решили не использовать ее на своих учениках. Способ гарантировать, что обязательства оправдали ожидания. Я считаю, что именно страх привел к их почти культовому фанатизму. Удивительно, что боевые целители остаются редкостью. Почти неслыханное в наше время, вплоть до твоего восхождения к бардской славе. Древние ордена целителей, которые пренебрегают этой идеей по причинам, которые они сами забыли или намеренно искоренили, только чтобы насолить наследию Ордена Азаринт, — сказал он и открыл дверь.

Илеа снова последовала за ним наверх, вскоре достигнув той же террасы, на которой они разговаривали раньше.

Если то, что он говорит, правда, Азаринт мог подтолкнуть человечество к тому, чем оно было раньше, но вместо этого они вызвали крах своего собственного Ордена и последующее удаление боевых целителей. Сборище идиотов.

«Стражи собираются изменить это представление», — сказала Илеа.

“Да. Я слышал о вашем общении с различными орденами исцеления. Некоторые более тонкие, чем другие, — сказал Эван и подошел к краю террасы, где его тело растворялось в песке.

Илеа моргнула, прежде чем расправить крылья и последовать за тонким туманом, который плыл, как будто его носило ветром. Она спустилась с горы и приземлилась на песок, Эван сидел в нескольких метрах от нее. — Это твой любимый способ полета? — спросила она.

«Я нахожу крылья немного… обыденными. Но тогда я уже совсем старый, не хочу обидеть, — говорил он.

«Ну, я обиделся. Крылья — лучшее, что у меня есть в этом мире, — сказала Илеа.

— Тогда, возможно, мы вернемся к теме полета еще через несколько столетий, — сказал он и встал.

— Ты называешь меня незрелым? — спросила Илеа.

Мужчина улыбнулся. «Я зову тебя юной, Лилит, ты и есть». Он указал на юг. — Сюда, — сказал он и снова растворился. На этот раз песок просто упал на землю, его присутствие полностью исчезло.