Месть белых воронов (СИ) - Радиант Екатерина - Страница 62

Но, в конце концов, мы одержали верх.

Маги Либерти навсегда лишились своей магии.

***

Не было победных возгласов радости или выдохов облегчения. Все слишком устали. Было много потерь и среди тех, что остались лежать на этой холодной земле, и среди тех, кого титаны оставили в Мунспейс, препятствуя этой войне. Но все понимали, для чего это было нужно. Души, что не смогли выжить, обрели покой. И, жертвуя ими, мы спасли все миры. Наша победа – их заслуга в том числе. Жестокая война в Одеране в будущем помогла нам остановить войны и в других местах. Но первой теперь всегда будет вспоминаться именно эта. Мой взгляд невольно упал на Анри. Я понимал, почему это событие для него, Тима и меня было значимее и больнее, чем для остальных богов. Мы молча переглянулись, запутавшись в дебрях собственных мыслей и воспоминаний. Сказать вслух было нечего. Вернее, внутри было так много всего, как никогда. Но произнести и вывалить все наружу не получалось. Застревало комом в горле. Нам всем пора было возвращаться домой. Я оглянулся. Нигде поблизости не было видно Тима. Он, спрятавшись от наших взглядов, сидел на коленях на сырой земле, окружив тело молодой девушки. У парня, который не умел отображать эмоции, на лице было сказано больше, чем все.

Я слышал многое о девушке по имени Ребекка. И всегда от Тима. Из его истории, из диалогов, подслушанных случайно, а иногда все читалось во взгляде. Мне все чаще казалось, что я когда-то знал ее лично. Там, одетая в коричневое винтажное платье, в безмолвно кричащих объятиях Тима, на холодной мокрой земле лежала она. Она была ни мертвой, ни живой. Тим понимал это, но не мог сдвинуться с места. Его как будто напрочь парализовало. Осознавая, что уже ничем не сможет помочь своей возлюбленной, он долгое время не осмеливался бросить ее на этом мертвом поле. По щеке его стекали тихие холодные слезы. Ускользающее время напоминало ему, что если он хочет встретиться с ней в последний раз, то нужно спешить. Бросить ее прямо здесь. Немедленно. Он смотрел на нее, не моргая. Пытаясь запомнить ее хоть и умирающей, но живой. Сорвавшись с места и вытирая слезы, он нашел Морфея с просьбой не забирать Ребекку еще какое-то время. Не погружать ее душу в вечный сон, передавая в руки Танатоса. «Всего пару минут, прошу», – сказал Тим с таким умоляющим видом, что никто, а особенно добряк Морфей (который иногда почему-то хочет казаться грозным) просто не смог не пойти ему навстречу. Тим незамедлительно покинул Либерти в надежде застать Ребекку в смежном мире. Он понимал. Надолго она здесь не останется. И уже не сможет спасти свою жизнь. Потому как собственными глазами видел ее окровавленное тело, которое приняло на себя чей-то выстрел. С такими ранениями не живут. Уверен, столько вопросов кружилось в его озадаченной голове, но все они были бессмысленными. Ее уже не спасти. И все, что ему оставалось – это отыскать Ребекку в Мунспейс. Пока ее тело медленно истекает кровью, а душа колеблется между мирами. Забыв, как дышать, Тим стремительно бежал к ней. Он отыскал ее быстро. Так как почти всех, кто оказывается здесь впервые, «выкидывает» на одно и то же место. Поляна возле каменной усадьбы Кроноса. Вид Ребекки был измученный и потерянный. Но заметив Тима, один из камней, натужно висевших на ее плечах, тут же рухнул в пропасть. Ей стало заметно легче. Они грустно улыбнулись. И Тим заключил ее в свои долгожданные объятия. Как тогда, в их последнюю ночь. Только теперь он уже ясно осознавал, что эти объятия последние.

– Моя Ребекка…, – прошептал ей на ухо Тим так, что по ее телу пробежалась стая мурашек.

– Как давно я этого не слышала…, – с теплой грустью в голосе произнесла она. – Тим, скажи, я умерла? Что это за место?

– Еще нет. Ты находишься в смежном мире под названием Мунспейс. Не хочется этого говорить, но у нас правда очень мало времени. Скажи мне, как это произошло?

– Я приехала в Одеран к твоей тете. После того, как ты меня с ней познакомил, мы общались с ней еще много раз. Когда узнали о том, что вы с Анри…

Она заплакала. Тим взял ее за плечи и вытер слезы. Он молча выжидал. И, наконец, Ребекка продолжила:

– В общем, после случившегося мы с ней очень сблизились. Я еще тогда, при первой нашей встрече, почувствовала от нее какую-то добрую, теплую энергетику. Которую никогда не чувствовала от своих родных родителей. Я попросила ее обучить меня белой магии. И она многое успела мне рассказать. С тех пор, когда я узнала о магии, я чувствовала, что во мне есть какая-то сила. Но я не хотела идти по стопам родителям. Мне казалось, что во мне всегда было больше света, чем тьмы. Дядя, у которого мы с Одет жили в Страсбурге, обанкротился. Его собственный бизнес потерпел крах, и ему пришлось устроиться на другую работу. Через пару дней он уезжает в командировку в другую страну. Родители вечно заняты своими делами и переездами. Да и после всего того, что я узнала, доверия у меня к ним осталось слишком мало. В последнее время у меня много учебы. К тому же живу я в общежитии. Со здоровьем у меня все тоже неладно. Я поехала в Одеран, чтобы оставить Одет у Агаты. Как бы странно ни звучало, мне казалось, что там ей будет безопаснее, чем в Страсбурге с нашей семьей. Знаешь, мне становилось все хуже. И мне кажется, если бы не этот случай, я все равно в скором времени умерла бы. Я чувствовала это и поэтому хотела как можно быстрее отвезти сестру к Агате. Потому что знала, что она, как никто другой, сможет ее оберегать. Только ей я доверяла. Слава богу, я успела передать ей Одет раньше. И шла мимо этого ужасного места уже одна… Все прошло слишком резко. Я даже не успела осознать. Мне казалось, что я достаточно далеко, что успею пробежать мимо… Но оказалось, что у них есть оружие. И совершенно случайно оно прицелилось именно в меня, – она подняла свой взгляд на Тима. – Или, быть может, не случайно?

– Не говори так, – ровно ответил ей Тим.

– Может быть, это было для того, чтобы мы с тобой снова встретились?

– Это не стоило твоей жизни, Ребекка!– переходил на крик Тим.

– Я так не считаю, – сказала она и снова отвела свой взгляд. – Когда ты исчез… Я места себе не находила. Ты не представляешь, как мне было плохо без тебя!

– Представляю, – коротко ответил он. – Очень даже представляю.

И правда, не было ни дня, чтобы Тим не вспоминал о Ребекке. Но он точно не хотел увидеться с ней таким способом и так рано. Когда мы все вернулись в Мунспейс, увидев меня, Тим первым делом попросил отойти с ним в сторону. Я знал, о чем будет наш следующий разговор. И мысленно просил его этого не делать. Сев за деревянный стол на поляне, он попросил меня оставить Ребекку.

– Друг, кажется, ты не понял. Мунспейс – это не санаторий и не вилла для отдыха. Здесь решаются судьбы человеческих жизней. Это слишком серьезно. Если мы разрешили остаться здесь вам, это не значит, что в Мунспейс будет обитать вся ваша семейка.

– Она не из нашей семьи. Она из семьи Монт.

– Монт – семья темных магов? – подслушав наш разговор, сказал, усмехнувшись, Морфей. – Тогда тем более это не санаторий.

– Мы приняли вас, потому что видели, что вы в этом нуждаетесь. Как и мы, в свою очередь, нуждались в вас. Я знал, что энергию вашей так называемой мести можно направить в правильное русло. Но не нужно пользоваться моим доверием и добротой, Тим.

Видя, что он собирается продолжить, я добавил:

– Разговор окончен.

– Тогда я ухожу вместе с ней, – бросил мне в спину он.

***

Под блики Луны, капли серебристого дождя и бесконечное пение птиц мы провели весь оставшийся вечер. Это могла быть яркая праздничная ночь с песнями и танцами, с бокалами вина и смехом, красочными нарядами и обсуждением насущных дел. Но у нас почти не осталось сил. Сегодня мы спасали миры от разрушения. Каждый из присутствующих прошел свою личную войну здесь. Нам просто было хорошо сидеть всем вместе, впервые ощутив себя частью самой настоящей семьи, слушая музыку ветра и тихий шелест листьев. Кажется, в этот короткий миг все были абсолютно счастливы.