Месть белых воронов (СИ) - Радиант Екатерина - Страница 21

– И поэтому твои родители за нами следят? Чтобы в какой-то подходящий момент убить? – я уже не мог сдерживаться и решил выплеснуть все свои вопросы хоть куда-то. И Стефан был сам виноват, что оказался так близко к нам. А потом я подумал: а чем же, интересно, момент возле оливкового дерева или в кустах после школы был для них неподходящим? – Я совсем не разбираюсь в людях, потому что за свою и без того короткую жизнь, мало с ними общался. Но я не чувствую от тебя злость, которую ты пытаешься нам навязать, чтобы мы тебя боялись, – решил признаться я. – Твои мотивы искренни? Или же ты просто выполняешь чьи-то прихоти?

Вопрос остался висеть в воздухе, но во взгляде Стефана я увидел немой ответ. Он задумался над моими словами. И, вероятно, сам не ожидал, насколько сильно я попал в точку своими предположениями. По крайней мере, так мне показалось от увиденной горечи в его взгляде, который он всеми силами пытался скрыть. Тогда я и стал понимать, что это за фрукт, Стефан Монт. За чрезмерно уверенными жестами и фразами, за ухмылками и взглядом с прищуром, прячется ранимый человек. Это всего лишь была его защитная реакция. На следующий день возле школы я увидел Луи и Марго Монт (родители Стефана). За километр от них воняло черной магией. С натянутой улыбкой Марго наклонилась к нам и прошептала:

– Мальчики, в прошлый раз нам так и не удалось с вами познакомиться поближе. Это очень огорчает меня. Но это же не отменяет нашу дружбу? Вы же будете себя хорошо вести? – ее губы, вульгарно накрашенные красной помадой, едва не касались моего уха. Было чертовски неприятно.

– Темные маги никогда не будут нашими друзьями, – сухо ответил я.

– Очень даже зря, Анри. Я бы советовала тебе все-таки подружиться хотя бы со Стефаном. Иначе неприятностей не миновать.

– Я ЗНАЮ, ЭТО ВЫ УБИ…, – она прикрыла мой рот своей рукой, сильно сжав челюсть.

– Ну, зачем же ты так, Анри? Я, кажется, попросила тебя не глупить, – прошептала она, явно издеваясь своей интонацией. – Пойдем, прогуляемся. Тебе нужно подышать свежим воздухом.

Темноволосая женщина, все еще прикрывая мне рот, повела меня в сторону черной машины. Ее муж схватил за руки Тима и повел его за нами следом. Куда они собираются нас везти? Сразу к себе домой, чтобы сделать из нас свеженький амулет? Из дневника Агаты мы знали, что маги Монт живут в Вогезах – горный массив на северо-востоке Франции. Но разглядеть какие-то виды не получилось. Окна машины были затонированы.

Мы вышли из черного автомобиля и оказались в густом туманном лесу. Где-то вдали виднелись алмазные горы. Да, мы были в Вогезах. Здесь было по-особенному красиво и в то же время так непередаваемо жутко. Сказочно жутко: вот оно, лучшее описание этого места. И тогда я осознал, как же сильно хочу жить.

– Видимо, вы о нас знаете больше, чем нужно, – сказал Луи, смотря на нас надменным взглядом.

– Какое вы имеете право нас…, – …похищать средь бела дня. Но не успел я договорить, как мне прилетела пощечина. Мужская взрослая пощечина, от которой прошелся импульс по всему телу. Горячая, обжигающая, бьющаяся током. Никто никогда раньше этого не делал со мной. И сейчас я не понимал, за что.

– Не смей так с нами разговаривать, щенок.

– Не то что? Сделаете из меня браслетик?

Луи оттолкнул меня, и я снова почувствовал от его рук какую-то неописуемую и мощную силу. Будто он едва ко мне прикоснулся, а я уже отлетел на приличное расстояние. От него исходила очень мощная энергетика, а у женщины возле него (Марго) был воспламеняющий взгляд. Я молился об одном: только бы они не тронули Тима. Даже мне было не понятно, зачем я начал им язвить. Но если бы тогда они тронули брата, я не знаю, на что бы я был способен. Потому что не только от них, но и от себя самого я чувствовал какую-то совершенно новую, неизведанную мной силу. Почему-то во мне было предчувствие, что пусть не сегодня, но в скором будущем я бы смог с ними посостязаться. Как будто от этой пощечины я почувствовал себя сильнее.

– Если продолжишь в таком же духе, придется твой язык укоротить.

– Поверь, мы больше церемониться не станем, – поддержала его Марго и чуть ли не прожгла во мне дыры своим испепеляющим взглядом. Я заметил, что в моменты злости (а особенно гнева), ее зеленые глаза всегда становились черными.

Я лежал на траве. Тим подошел ко мне, чтобы подать руку, но Луи сделал жест: махнул ладонью вверх и меня тут же в воздух приподнял ветер. А затем направил руку в свою сторону, и я почувствовал толчок в спину, какой-то холодный, неестественный, потусторонний. Не сделав ни единого шага, я снова был перед ним. И он сжал меня за плечи так, чтобы я точно понял, что с ними шутить не стоит. От этих прикосновений, таких легких на вид, но в то же время таких пронзающих, грубых и ледяных по ощущениям, было жутко. Как будто лезвием медленно проходили по тонкой коже. Невыносимо, мучительно, страшно.

– На этот раз обойдетесь легким испугом, – начал Луи.

– С ваших светлых голов мы возьмем по волоску и приготовим зелье, – продолжила его мысль Марго, приближаясь к нам и ведя за собой Тима.

Мне хотелось сказать, что пусть только один волосок с головы Тима будет сорван, и я убью их. Но мне сразу же показалось, что именно в этот момент нужно промолчать. Что если я промолчу, то буду умнее. И тогда, возможно, Тиму достанется меньше. Марго подошла ко мне сзади, и я почувствовал, как лишился своего тоненького волоса на голове. Потом она отошла к Тиму, чтобы проделать с ним то же самое, и в этот момент руки Луи разжались и отпустили мои плечи. Я рухнул на землю.

– Будете вести себя спокойно – больше не пропустите занятия в школе, – сказал Луи Монт.

– А если не захотите играть по нашим правилам, то случайно окажетесь для всех своих знакомых и близких пропавшими без вести, – с нахальной, грубой улыбкой произнесла Марго и хлопнула меня по плечу. Теперь я окончательно осознал, что игра началась. Взрослая и беспощадная.

Они сели в машину и исчезли, как будто и не было. Словно эта неведомая сила подтолкнула их автомобиль и направила в бездну. Я знал, что от этого места пешком мы доберемся до дома не раньше, чем через четырнадцать часов. Лес казался широким и нескончаемым, будто он захватил нас в свои объятия. И ни за что не хотел отпускать. На его величественном масштабе мы казались себе потерявшимися лилипутами. Как будто у нас не было никаких шансов выбраться оттуда. Но мы собрались с силами (которые, как мне казалось, покинули нас и уехали на машине вместе с Монт) и начали свой путь. Пройдя примерно пять километров, из ниоткуда появилась машина красного цвета, будто посланная нам самой судьбой. О предосторожности уже не было и речи, нам просто хотелось поскорее попасть домой. Если бы не этот добрый человек, который подобрал нас по пути, до Одерана мы бы доползли уже где-то к полуночи. К тому времени Агата бы уже съела себя изнутри. По дороге практически лысый широкоплечий мужчина низенького роста говорил о музыке, что звучала из проигрывателя машины, о своем сыне, который уехал в Канаду, и о тумане, в дебрях которого невозможно было разобрать, куда ехать. Несмотря на то, что он ворчал себе под нос, трудно было не разглядеть в нем настоящего добряка.

– А вы, видать, альбиносы? – спросил он, как будто бы только заметил. – Не боитесь гулять, да еще и в Вогезах-то?

– А чего бояться? – решил спросить я, чтобы выудить какую-то информацию. Или подтвердить ту, которую уже знал.

– Говорят, неспокойное место здесь, мистическое даже. Темная магия, что ли. Я не то чтобы прям верю во все эти штуки, но люди и правда пропадать стали. А многие, как мой сын, например, собственными глазами видели какие-то ненормальные вещи. Я-то тоже думал, причудилось, может, но потом и от других людей слухи разные разбежались. Мне и самому не раз казалось, что вижу что-то, но разве в этом тумане можно хоть что-нибудь разглядеть-то?

– А люди куда пропадают? Что об этом говорят? – «с этого места поподробнее», – подумал я.