Воительница и Сфинкс (СИ) - Эмерсон Рю - Страница 26

— Девочек? На что они мне?

— Ах вот как! — язвительно повысила голос Габриэль. — Если ты такой чудесный актер, что ж не выступаешь на сцене? Надел бы огромную маску и наслаждался аплодисментами. А ты сидишь избитый под деревом совсем недалеко от поляны, покрытой трупами. Так я о девочках. Отвечай, ты их похитил или поджидал здесь? Участие не отрицай, я в нем не сомневаюсь, — чтобы пояснить, о чем идет речь, девушка махнула посохом туда, где высился гребень холма.

Связанный отвернулся и сплюнул:

— Понятия не имею, о чем ты! Я охотник, живу в соседней деревне.

— Отлично! — холодно и насмешливо фыркнула Габриэль, старательно подражая Зене. То придавая голосу невыразимую сладость, то делая его бесстрастным или грозным, она произнесла следующую тираду: — И как же называется деревня? О, ты никудышный лжец! Где девочки? Отвечай, или твои колени вывернутся назад!

Надо заметить, посох выписывал угрожающие круги: он на мгновение остановился у носа мужчины, потом опустился к его ногам. Но пленник только рассмеялся:

— Тебе это не по силам, малышка! — Однако голос его выдавал неуверенность.

Ему ответил другой голос, низший и внушительный:

— Может, ей и не по силам, хотя утверждать не берусь. Но я точно справлюсь, — из чащи на поляну вышла Зена. Габриэль вздохнула, обратила взгляд к небесам. Боги помогли ей смириться и на этот раз. Гомер осторожно попятился: то ли от воительницы, то ли от пленника, лицо его побелело, как морская пена. В паре шагов от певца из леса показалась Аталанта, которая была еще бледнее. Ее руки и губы заметно дрожали.

— Что… То есть кто это? — резко и напряженно спросила она.

— Да мы его только что нашли, — ответила Габриэль и из-под ресниц взглянула на охотницу: "Да, что-то с ней не так. Странно она себя ведет!"

Аталанта откашлялась и с заметным усилием собралась с духом:

— Не похоже, чтобы он много знал, — торопливо сказала она. Зена медленно направилась к пленнику и резко махнула рукой, требуя молчания. Воительница подошла к мужчине вплотную: ее сандалии почти касались его обуви. Связанный посмотрел на нее, затем оглядел поляну. Охотница бросила лук и колчан со стреламина траву, беспокойно повернулась к Зене, затем к Габриэль и, наконец, к пленнику. Гомер, отошедший в сторонку и всеми позабытый, удивленно глазел, как Аталанта быстро и привычно подавала мужчине тайные знаки.

"Боги милосердные, что она задумала? Ведь мой дядя пользовался теми же сигналами, говоря другим охотникам о дичи! Выходит, что Аталанта…" — певец сам не поверил своей догадке. Он бросил быстрый взгляд на Габриэль, ища у нее поддержуи, но та была поглощена устрашающей сценой, разыгравшейся между воительницей и связанным мужчиной. Охотница стояла теперь неподвижно, руки ее были сложены на груди, а тело напряжено.

Зена холодно оглядела пленника, не нарушая молчания. Тот облизал губы, стрельнул глазами в сторону охотницы. Аталанта снова подала ему условные знаки, мужчина медленно потупился, уставился в землю.

Прямо над головой у путников закаркал ворон, Габриэль подпрыгнула. Воительница переступила с ноги на ногу:

— Габриэль!

— Да, Зена?

— Он так здесь и сидел? Ты ничего с ним не делала? Габриэль ответила кивком, сообразила, что Зена на нее не смотрит, и пояснила:

— Мы услышали его стоны, и вышли на поляну. Нашли связанного, попытались расспросить, он заявил, будто живет в ближайшей деревне, а сюда зашел поохотиться.

— Может, так оно и есть, — вступилась Аталанта, Зена послала ей уничтожающий взгляд и снова обратилась к пленнику.

— Это ложь, — мягко проговорила она. — До ближайшей деревни полтора дня пути.

— Я так и подумала: он даже не знает ее названия, — заявила Габриэль. Мужчина затравленно посмотрел на нее и снова опустил глаза и стиснул зубы.

— Чудесно, — еще слаще сказала воительница. — Расскажи мне, кто ты, как здесь оказался, что произошло за гребнем, и, возможно, я оставлю тебя в живых. Стоит мне уличить тебя во лжи, и ты покойник.

— Я уже говорил ей, — он бросил угрюмый взгляд, указавший на Габриэль, — я охотник. В четырех часах ходьбы отсюда расположены три деревни, моя называется Виста…

Зена опустилась на одно колено рядом со связанным и мертвой хваткой стиснула его горло. Он вскрикнул, а Гомер закрыл глаза.

— Я тебя предупреждала, — прошипела воительница в самое ухо несчастного. — Теперь тебе осталось не больше минуты: я перекрыла приток крови к твоему никчемному мозгу. Скажи правду, иначе мы посмотрим, как ты отправишься в Аид. — Она зловеще улыбнулась. — Решай.

— Мне жаль… Я не могу!

Глаза его устремились куда-то за спину воительницы. Габриэль обернулась и увидела там дрожащую от ярости Аталанту.

— Ты, дурак! Безмозглый старый осел! — охотница порывисто развернулась и бросилась в лес. Зена вскочила, выхватила чакру и метнула ее; смертоносное оружие, стремительно настигая Аталанту, пролетело меж двух осин, сделало поворот. Удар в затылок сбил охотницу с ног. Воительница невозмутимо поймала вернувшийся стальной круг, убрала его на место и повернулась к пленнику, обливавшемуся потом:

— Ну-с?

— Я… все расскажу, клянусь! — выдохнул он. — Только избавь меня от… смерти.

Зена взглянула ему в глаза, неторопливо пожала плечами и равнодушно провела рукой по шее бедняги. Тот бессильно привалился к дереву.

— Смотри, чтоб рассказ был толковым, — предупредила она и вдруг приказала ему замолчать. — Габриэль?

— Я тут, — подала голос девушка, глядя в оцепенении на упавшую охотницу.

— Ты сохранила веревку, которую мы нашли?

— Ага.

— Тогда притащи сюда Аталанту и свяжи ее хорошенько. А потом приглядывай за ней, будь любезна. Не беспокойся, она жива. Удар был рассчитан, — Габриэль послушно сняла с плеча сумку и отцепила веревку. — Поторопись, пока она не очнулась.

Сказав это, Зена снова сосредоточила внимание на пленнике:

— Ну, говори, а я послушаю. Кто ты?

— Иксос. Мы… мы не предполагали, что все так обернется, — то ли испуганно, то ли возмущенно ответил он.

— Да уж догадываюсь. Где девочки?

— Не знаю. План развалился, иначе им бы ничего не грожало! Она так и сказала. Клянусь, все было бы в порядке! По крайней мере, пока…

— Кто сказал? Аталанта?

В ответ на вопрос Зены мужчина помотал головой.

— Тогда кто? И что значит "пока"?

— Чудовище! — он опустил веки и задрожал. — У него женское лицо, очень красивое, женская грудь, пышные волосы цвета темного золота. А тело льва! И крылья на спине! Клянусь Зевсом, это правда! — в ужасе закричал он, заметив недоверчивый взгляд воительницы.

Гомер откашлялся, Зена недовольно повернулась к нему, певец тихо сказл:

— Он не лжет.

— Ну раз ты так думаешь, — нехотя уступила воительница и снова посмотрела на впавшего в панику Иксоса. — Продолжай. В безопасности, пока?.. Куда их увели?

— Вверх, в горы. За гребнем, дорога повернет к северо-западу. Чудовище сказало, что теперь дорога к Фивам принадлежит ему. Оно… оно велело передать… — мужчина перевел взгляд на Габриэль, появившуюся на поляне. Она тащила бесчувственную Аталанту по земле, — передать: Сфинкс ищет достойного соперника и с нетерпением ждет встречи с талантливым певцом и знатоком загадок.

Габриэль проверила узел, стягивавший лодыжки бегуньи, потом стянула поясом колчан, лук и нож охотницы. Девушка нахмурилась, заглянула под плащ и достала еще четыре длинных кинжала. Габриэль вздохнула, втиснула их в колчан: все, кроме одного, который заткнула за собственный пояс, потом поднялась на ноги и оперлась на дорожную палку.

— Что-то ты плохо рассказываешь, Иксос, — сказала Зена. — Начни-ка заново.

Мужчина посмотрел на воительницу, перевел печальные глаза на носки собственных сандалий:

— Ну хорошо. Аталанта… Я вырастил ее. После того, как отец оставил девочку в лесу на погибель. Мы приютили ее: я и Ненерон, тоже охотник. Мы жили с ним в одной хижине на склоне: на южном склоне, отсюда идти почти день, жили годами, и нас обоих это устраивало. Раз я пошел проверить капканы и… нашел ее, — он посмотрел на Аталанту, и выражение его лица смягчилось, потом сменилось возмущением: Иксос подумал об отце девушки. — Младенцу было только несколько месяцев! Ох, противно мне дело няньки, а что делать? Бросить беспомощную малышку? Я принес ее в хижину, так она с нами и поселилась. Нелегко было двум огрубевшим охотникам растить ребенка, но мы справились. Погляди на нее только!