Воительница и Сфинкс (СИ) - Эмерсон Рю - Страница 13

— Хорошо, когда дядя — главный судья! — проворчала одна из подруг.

— Только знаете что? Нельзя показывать Навсикае, что мы огорчились. В конце концов, она не виновата, — девочки привстали, вглядываясь: — Что-то случилось! Никто не сдает ленты, и старая Стимфа кричит как резаная.

Это Габриэль тоже заметила. Воспитательница во весь голос отчитывала свою подопечную. Девушка отдала ленты болельщицам и отправилась на выручку, тронув Гомера за плечо:

— Пойдем поглядим, не нужна ли им наша помощь. Юноша поднялся, помог встать Арахне и обогнал девушек, расчищая дорогу. Вокруг Навсикай и Митрадии в толпе образовалась заметная брешь: зеваки дали громогласной Стимфе простор для самовыражения. Бегуньи, их родители и даже устроители соревнований предпочли отойти в сторонку.

— Мы потратили целый день, — выкрикивала разъяренная нянька, — проделали изнурительный путь: и ради чего?! А теперь ты еще хочешь глазеть на полуголую зазнайку, как ее бишь, Аталанту? Хочешь, чтоб она подошла к тебе? Но ты проиграла, девица!

— Это я виновата, — всхлипнула Митрадия и тыльной стороной ладони вытерла слезы. — Не надо было вставать рядом с Орионис, я же ее знаю! Она всегда подстроит пакость.

— А ну-ка, прекратите, обе, — скомандовала Навсикая. — Мит, ты ни в чем не виновата, а второе место не так уж плохо. Даже если Орионис оттолкнула тебя, сегодня она бежала великолепно и все равно победила бы. Она заслужила приз, — Митрадия искоса взглянула на слепую подругу, а та жестко продолжила: — Стимфа, ты довела Мит до слез. Ты всегда говорила мне, что нехорошо унижать людей, а сама именно это и делаешь.

Стимфа набрала в грудь воздуха и приготовилась выкрикнуть очередную тираду упреков, но перед ней вдруг возник Гомер. Он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. К удивлению Габриэль, старуха порозовела от удовольствия и свободной рукой прикрыла рот, чтобы подавить смущенный смешок.

— Я так рад снова вас видеть, — сердечно произнес певец и, украдкой взглянув на Габриэль, хитро подмигнул, чуть заметно взмахнув рукой. "Понятно", — подумала девушка, взяла Арахну за руку и тихонько увела ее прочь.

— Надумал обворожить старуху, — пояснила она, когда толпа скрыла от них спорящих. — Лучше не мешать.

— Гомер очень мил, — задумчиво сказала Арахна. — Я… Голос ее вдруг сорвался, она перешла на взволнованный шепот:

— О, боги! Это… она? — по песку царственно шла Аталанта. Толпа расступалась перед нею, а сзади следовал организатор состязаний, несущий призы для девочек-победительниц. Лицо охотницы было сурово, во взгляде бушевала ярость, а руки по-прежнему теребили подол коротких одежд. Габриэль неодобрительно изогнула бровь, провожая бегунью глазами:

— Да, это она.

— О, — смелость явно оставила Арахну. — Она такая высокая и… и… — ткачиха посмотрела в небо, потом на низкое солнце. — Может, мне лучше…

— Подожди, — велела Габриэль, не давая девушке уйти. — Мы же договорились, я тебя не обманывала! Аталанта просто волнуется перед забегом, она не злюка.

Ткачиха неуверенно отвела глаза, замялась. Сквозь толпу пробрался Гомер и подошел к девушкам.

— Я уговорил старуху разрешить им остаться. В смысле…

— Отлично, — не дала ему продолжить Габриэль. — Пора нам тоже поискать себе место.

Неожиданно толпа стала еще гуще, отовсюду стекались люди. Все, кто бродил без дела во время соревнований девочек, теперь протискивались поближе к дорожкам. Прибывали и новые болельщики, пришедшие сюда лишь для того, чтобы взглянуть на прославленную Аталанту. Габриэль вздохнула:

— Я обещала Зене ждать у дальнего поворота. Придется нам отправиться туда.

К счастью, друзьям удалось отыскать неплохое местечко. Скоро подошла и Зена; верный Арго расположился за спиной хозяйки и время от времени хватал губами ее волосы. Глядя на эту картину, Габриэль расхохоталась, а воительница только пожала плечами:

— Ему не часто выпадает случай отдохнуть. Габриэль снова залилась смехом:

— Хочешь сказать, Арго скучно? Извинись за меня и скажи, что мне очень жаль. То есть мне было бы жаль, если б этот день значил для меня чуточку меньше.

— Я рада, что тебе нравится, — мягко ответила Зена, и ее взгляд потеплел. Кивком головы она указала на дорожки:

— Сейчас начнется.

Секунду спустя двенадцать быстроногих девушек во весь дух устремились к финальной черте, Аталанта была далеко впереди. В тот момент, когда она выхватила палочки из рук служителя, на противоположном конце дорожек раздались женские крики, и Габриэль ясно расслышала полный муки вопль Стимфы.

— Что-то неладно, — коротко заметила Зена. — Пойду посмотрю.

Она вскочила на Арго, выехала на плотный песок и, ударив коня пятками в бока, послала его в галоп. Габриэль изо всех сил старалась поспеть за нею, Гомер и Арахна, задыхаясь, бежали следом. Мертвая тишина нависла над дальним концом дорожек, когда толпа осознала случившееся, и в этой тишине отчетливо прозвучал вопль Стимфы:

— Ее похитили… Похитили Навсикаю!

Глава 4

Еще один благословенный миг тишины — и сразу за ним началось невероятное столпотворение, хаос. Габриэль схватила Гомера за руку, чтобы не потеряться, за бегущими тенью следовала позабытая всеми Арахна, принимавшая к груди сверток с шарфами.

— Живей! — торопила Габриэль, с помощью Гомера с трудом пробиваясь в толпе. Добравшись наконец до места, они обнаружили ломавшую руки Стимфу и кружок онемевших зевак рядом с ней. Облаченная в черное Стимфа причитала, завывала и обливалась слезами. В нескольких шагах от старухи Аталанта приводила в порядок прическу: вытаскивала из волос длинные серебряные шпильки и кидала их в открытую сумку, которую держал в руках симпатичный, изящно сложенный юноша с серьезным выражением лица и упругими завитками черных волос. Опустившись на одно колено, он порылся в мешочке и почтительно подал охотнице два кинжала с инкрустированными жемчугом рукоятями. Затем он достал узкий пояс с прикрепленными к нему тонкими короткими стрелами. Когда Аталанта разложила оружие, юноша почтительно расправил плащ из превосходно выделанной шкуры вепря и поднялся, помогая застегнуть на плече изысканную пряжку. Вручив охонице лук, молодой человек еще раз поправил складки на ее одежде. Аталанта обращала на него мало внимания — разве что чуть двинула плечом. Когда надевала плащ. Охотницу занимала Зена, стоявшая, скрестив руки, между ней и Стимфой.

— Прекрати вопить, старуха, — не выдержав, рявкнула Аталанта. Воспитательница засопела и, глотая слезы, непонимающе уставилась на охотницу. — Я уже сказала тебе, что спасу девочек, даже если это будет стоить мне жизни!

Стимфа хлопнула себя по сморщенным щекам, мотнула головой и снова разразилась рыданиями.

Зена вышла вперед, предупреждающим жестом подняла руку, не давая Аталанте продолжить:

— Одна ты не пойдешь. Особенно на такое дело, — спокойно заявила она.

— Я не стану работать в команде, — фыркнула Аталанта. — К тому же в команде с тобой. Я одиночка!

— Не тебе решать, бегунья, — ответила Зена. — В опасности дети — если я правильно расслышала, шесть дево-чек. Похитители — вооруженные мужчины. Если кто и знает, почему все это случилось, он молчит. Десяток отъявленных негодяев — это тебе не…

Аталанта засмеялась, но ее хохот звучал неестественно и в глазах сквозило напряжение.

— Перевес в силах невелик, — усмехнулась она и похлопала по тугому луку. Одна из стоявших поблизостиженщин зарыдала, Зена покачала головой.

— Неправда, — сказала она, быстрым движением глаз указав на несчастную. Аталанта надменно вздернула подбородок и сжала губы. Воительница еще раз отрицательно качнула головой: — Твоя судьба меня не волнует. Но я не позволю рисковать жизнями похищенных девочек для того, чтобы прибавить тебе славы. Этого не будет, пока я здесь.

Глаза охотницы засверкали, а руки сжались в маленькие крепкие кулачки:

— Да как ты смеешь?!

— Смею.

Аталанта хмыкнула: