Порочное влечение (СИ) - Тан Юлия - Страница 48

Он подкурил и, наконец-то, отвел от меня пронзительный взгляд. Слышу, как под рубашкой скатились несколько капель пота, а сердце бешено заколотилось в груди. Мне нужно срочно на Лонг-Айленд.

— Специалисты ФБР сделали вывод, что перевод денежных средств осуществился внутри компании. Не было обнаружено взлома или обхода системы безопасности. Счет, на который были списаны деньги компании, так и не удалось отследить. Скорее всего, их вывели в офшорный траст.

— Это все? — я разочаровано выдохнул. — Всю эту информацию я узнал несколько недель назад.

— Есть еще кое-что, — детектив прочистил горло и продолжил: — Мы подозреваем вашу жену, мистер Вуд.

— Лили? — я подавил в себе смешок. — Этого не может быть, детектив Миллс. Если вы узнали об ее дипломе Школы Бизнеса Гарварда, то это ни о чем не говорит. Лили… — я все же засмеялся, в то время как лицо Джареда Миллса даже не дрогнуло.

— Я бы не стал недооценивать миссис Вуд. Мы следили за ней несколько недель. Вы знаете, что она встречалась минимум три раза с Говардом Фелчем после того, как посещала ваши апартаменты на Парк-авеню?

Какого хрена?

Сейчас я мало что понимаю, но знаю одно: вокруг одни лжецы.

— Об этом она меня не уведомила. Я же сказал, мы разводимся, — сквозь зубы почти прошипел я.

Я задушу эту змею своими же руками. Неужели, она спутались с Фелчем?

Это низко даже для тебя, Лили.

Нужно было оставить все на самотек. Черт с этими миллионами, когда всплывают подробности, которые я знать не хотел бы!

— Насколько мы знаем с мистером Фелчем у вас далеко не дружеские отношения, — Джаред Миллс пытается вывести меня на разговор.

Детектив затушил сигарету и запрятал пачку обратно в пиджак.

— Мы просим Вас не заниматься самоуправством и завершить свое расследование — это мешает следствию. Я сказал больше, чем должен был, мистер Вуд, поэтому прошу вас отнестись с пониманием, — он мягко улыбнулся. Возле его глаз появились небольшие морщины, а мне показалось его лицо знакомым.

— Мне кажется, мы встречались? — я отвлекся от мыслей, вспоминая, где мог его видеть.

— Скорее всего, по делу двух сумасшедших влюбленных из Хеджесвилля. Или по делу в Чикаго, в тот период жизни я работал частным детективом. К моему сожалению, это широко освещалось в прессе, — Джаред Миллс поднялся с места, и я сделал также. — Я с вами свяжусь, мистер Вуд, когда у нас появятся улики. А пока помните: не пойман — не вор.

***

Я спешно попрощался с детективом Миллсом и быстро вышел из кафе, и уже буквально бежал по тротуару к автомобилю. Джеймс не успел даже открыть для меня дверь, когда я плюхнулся с разгона на заднее сиденье и громко скомандовал:

— Едем на Лонг-Айленд! Быстро!

Стив сорвался с места, но сразу же пришлось сбавить скорость: дороги были загружены. Манхэттен в час-пик превращается в живой механизм с бурлящими автомобильными артериями.

Не знаю, сколько по времени мы стоим на подъезде к мосту, но я постоянно думаю об отце и его мотивах. Что он скажет на мое обвинение в растрате? Эти деньги теперь не останутся не замеченными. Даже с учетом того, что я закрыл эту дыру, у ФБР все равно будут вопросы и компанией могут «заняться». Или хуже того обвинить в махинациях.

— Джеймс, сколько раз миссис Вуд была в апартаментах на Парк-авеню? — задаю еще один волнующий меня вопрос. Лили должна объясниться. Я знал, что она давно знакома с Фелчем, но не знал, что их может что-то связывать.

— За последнюю неделю около пяти раз, мистер Вуд.

— Получается, в мое отсутствие? — недовольно шиплю я.

Джеймс нервно заерзал на переднем сиденье, а Стив сделал вид, что ничего не слышит, и не при нем сейчас отчитают коллегу.

— Мистер Вуд, остановить миссис Вуд очень проблемно. Если мы не пропускали ее с парковки, она шла на ресепшн и там устраивала скандал. Вы же знаете постояльцев здания. Они сразу вызывают охрану здания и нас, а мы не могли допустить, чтобы миссис Вуд в ее положении пришлось нервничать…

— Я понял, — прервал его. — Но почему ты не упоминал об этом, когда приезжал?

Джей замямлил в ответ и начал нести чушь.

— Ты уволен, — просто говорю я, наблюдая, как небольшие волны тревожат не замершие участки Ист-Ривер. — По приезду на Манхэттен, передашь обязанности Сэму.

Я устал. Устал от всего.

Моя жизнь начала катится вниз кубарем с того момента, как я стал президентом компании, и упала в пропасть, когда я отвел Лили к алтарю. Раньше Дели шутила, что это «проклятое кресло». Сейчас ее шутки не вызывают улыбку, а наоборот: заставляют насторожиться.

За всю дорогу с десяток раз Джей отвечает на звонки, в то время как я игнорирую все входящие. Я должен разобраться в семье. Поговорить лично с отцом. И, если надо будет, вытрясти из него всю правду. А потом я навещу Лили. Этой змее придется долго объясняться.

Как только Стив тормозит возле фонтана на моем парковочном месте на территории «Ночного сияния», я вылетаю из салона, громко хлопнув дверью. Только сейчас замечаю, что все покрыто снегом. Где обычно зеленеет трава, и растут гортензии, завалено сугробами в почти мой рост. Обычный снегопад, похоже, снова превращался в метель. Ветер продувает до костей. Я с пульсирующей болью в висках шагаю к дому по довольно скользкой брусчатке, а снежинки моментально облепляют кашемировое пальто. Через несколько шагов я узнаю правду. Будь она неладна.

Глава 29

«За наши подозрения мы расплачиваемся тем,

что находим то, о чем подозревали»

©Генри Дэвид Торо

ДЖОНАТАН

Массивная входная дверь громко за мной захлопывается, оставляя за собой морозный ветер. Просторный холл «Ночного сияния» погружен в необычную для него тишину. Странно, что меня еще не встретила мама со своими очередными нравоучениями. Последнюю неделю мой телефон был недоступен для них. Все вызовы мамы, отца и Алана встречал автоответчик. Моему бедному кузену, как обычно, выпала роль парламентера. Из-за этого он долго бурчал в динамике телефона.

Ступаю по паркету, и каждый мой шаг эхом разносится по комнате. Вид из больших окон, сквозь которые в хорошую погоду ярко светит солнце, сейчас напоминает снежный апокалипсис. Останавливаюсь на середине, и заглядываю в ближайшие комнаты, двери в которые открыты. Но никого не обнаруживаю.

— Отец? Мама? — громко зову родителей.

Раздражающая тишина еще больше заставляет мое сердце биться в груди и пульсировать в висках.

— Джонатан, сынок, это ты?

Поворачиваюсь на приближающиеся шаги сзади. По неосвещенному коридору идет Аделаида, в руках держа стопку постельного белья.

— Дели, где все? — нервно спрашиваю ее и целую в щеку, как только она подходит ближе. — Где отец?

— Они улетели вчера к Куперам вместе с мэром Стэлфордом. Миссис Вуд несколько дней не могла к тебе дозвониться, нервничала. Где ты был? Я тоже волновалась, — последние слова Аделаида произносит со свойственной ей теплотой.

Черт.

— Разве они не были с ними на Рождество? — с подозрением интересуюсь я.

— Нет. Мистер Вуд старший чувствовал себя неважно последнее время, и миссис Вуд настояла, чтобы они остались дома, вызвали доктора. Но вчера им пришлось срочно улететь в Вашингтон. Мистер Вуд сказал, что эта поездка очень важна.

Что же ты скрываешь от меня, отец?

Накалившееся подозрение просто сжирает меня, накалывая каждый кусочек тупой вилкой. А боль, словно ледяная глыба, рвано режет в груди.

— Ты будешь обедать? Я могу быстро для тебя что-то приготовить, — с заботой спросила Аделаида и отложила стопку белья на столик, выжидающе посмотрев на меня.

— Не надо, Дели. Мне нужно в кабинет.

Обхожу ее и быстрым шагом иду по нужному направлению. Открываю резную дверь, сразу улавливая знакомый запах кожи и сигар. Бегло осматриваю кабинет, будто ответы на мои вопросы должны лежат на самом видном месте.