Порочное влечение (СИ) - Тан Юлия - Страница 11

Через полчаса оказываюсь на одной из самых узнаваемых улиц, которая переливается, как рождественская елка. Иду по направлению к Бродвею, стараясь не отставать от толпы, и безучастно осматриваю здания и витрины. Тысячи рекламных роликов сменяют друг друга, заманивая новомодными коллекциями или премьерами фильмов. Среди этого огромного количества неизвестных людей я чувствую себя еще более одиноко. Может быть, это банально, но я чужая на этом празднике жизни. Я не чувствую ни радости, ни боли, ни разочарования, ни каких-либо других эмоций. Весь спектр чувств отключился в одночасье, закрываясь от всего вокруг. Никогда бы не подумала, что желания приведут к пустоте, наполняющей меня внутри.

Я хорошо делаю свою работу, но действительно ли это то, чего хочу? Или, когда мечты сбываются, они балуют нас, заставляя просить большего? Может быть, Алекс был прав? Не все мечты должны сбываться, чтобы мы были счастливы?

Останавливаюсь возле небольшого уличного кафе. Заказываю большой латте и клубничный десерт. Присев за самый крайний стол, слушаю, как поет и играет на гитаре худощавый парень.

***

Переступаю порог квартиры, погруженной в вечерних сумерках, и облегченно вздыхаю, что не обнаруживаю подруги. Но стоит мне включить свет, как из спальни выбегает встревоженная Лена.

— Эмилия! Где ты была?

— Привет. Решила прогуляться, — как ни в чем не бывало говорю я.

Вешаю в шкаф пальто и шарф, а сапоги небрежно закидываю на полку. Лена ставит руки в бока, словно моя мама.

— Я час тебе звонила, ты не отвечала, — отчитывает она меня. — Я переживала за тебя. Ты же написала, что задержишься в университете, но уже почти полночь. Что-то случилось?

— Прости. Хотела побыть со своими мыслями наедине. Не было времени на объяснения.

Прохожу мимо и усаживаюсь на потрепанный временем диван.

— И где, если не секрет, ты была? — спрашивает она, недовольно хмурясь.

Лена присаживается рядом, задумчиво меня осматривая.

— На Таймс-сквер.

— Не самое тихое место, — удивленно произносит она, округлив глаза. — Два дня ты просидела у себя в спальне, почти не разговаривая, теперь ты гуляешь на Таймс-сквер и не отвечаешь на звонки. Что происходит?

Хочется сказать, что не хватает лампы для допроса.

— У меня не самый удачный период в жизни, — поясняю я, избегая пронзительный взгляд зеленых глаз.

— Не самый удачный говоришь… Ты в своем уме? — Лена подпрыгивает с места, всплескивая руками. От неожиданности вжимаюсь в диван, наблюдая за взбудораженной подругой.

— Тебе выпал шанс на миллион! Ты проходишь стажировку в Колумбийском университете, живешь в тридцати минутах от Центрального парка, а дома тебя ждет муж и дочка. Что творится в твоей голове, Эмилия Шварц? — она несколько раз больно тыкает пальцем в голову. Изворачиваюсь от ее руки и грустно улыбаюсь.

— Не знаю. В этом и вся проблема. Я должна прыгать от счастья, радоваться каждому дню, но внутри пустота, — кладу руки на грудь, сдерживая подступившие слезы.

— ПМС? — серьезным тоном спрашивает Лена, этим заставляя улыбнуться. — Прости, нужно сразу исключить этот вариант, — нервно хихикнув, удобнее устраивается рядом, подперев ладонью голову.

— Я серьезно, Лен.

— Это как-то связано с ситуацией в клубе?

Делаю невозмутимый вид, показывая, что не понимаю, о чем она говорит. Но от воспоминаний сердце учащенно бьется и мне сложнее сохранять безразличие.

— Что было в тот вечер, Эмилия? После того дня ты стала такой замкнутой, — замечает она.

Сочувствующе взглянув, Лена берет меня за руку, очевидно считая, что этим действием сможет выведать подробности.

Несколько дней я топила в себе воспоминания о чувствах, которые испытала рядом с ним — чужим мужчиной. Женатым мужчиной. За почти семь лет отношений с Алексом я не испытала и сотую долю того, что смогла почувствовать от прикосновений Джонатана Вуда. Хотела бы я увидеть его снова? Нет. Боюсь не справиться с окончательным разочарованием примитивности жизни.

— Мне нужно позвонить дочке и мужу, — ухожу от темы разговора, игнорируя ее попытку выведать хоть крупицу информации от меня.

Слышу перед тем, как закрыть дверь спальни:

— Когда будешь готова поделиться этим, я выслушаю тебя. Только не затягивай. Помни, когда мы держим все в себе, мысли съедают нас изнутри.

Она права, но я не хочу ни с кем делиться своими больными мыслями. Они мои, и я лелею их изо дня в день.

Глава 9

«В мужском влечении две ипостаси —

мечтаю обладать

и не могу избавиться»

ДЖОНАТАН

Майкл вернулся через час и доложил, что я добился своего: Лили подает в суд. Мне не жалко денег, я могу перевести всю сумму прямо сейчас, но сидящая внутри обида и унижение не дают этого сделать.

До Дня благодарения осталось несколько дней, поэтому подготавливаю заранее документы по намеченной сделке с Говардом Фелчем, крупным предпринимателем. «Ночное сияние» может затянуть не хуже бермудского треугольника. Он один из немногих людей, с которым я бы не хотел иметь ничего общего. Но на данном этапе моя компания нацелена расширить сферу влияния на западном побережье, а без него это сделать крайне тяжело.

— Мистер Браун, — возмущенный голос Элисон доносится из-за двери, — мистер Вуд никого не принимает.

Распахивается дверь. Я могу увидеть, как Алан посылает девушке воздушный поцелуй перед тем, как забежать в кабинет.

— Долго будешь прятаться в своей башне, чудовище? — весело спрашивает он, растягивая губы в своей фирменной улыбке, и усаживается напротив в кресло.

— Я работаю, как видишь, в отличие от вас бездельников.

Закрываю лэптоп и потираю от усталости переносицу.

— Как дела с разводом?

Бегло смотрит то на меня, то на экран своего телефона, быстро нажимая пальцем по экрану.

— Идем в суд, — коротко поясняю я.

Наблюдаю, как Алан с дурацкой улыбкой набирает сообщение, но мысленно благодарю, что не требует подробностей.

— Что ты хотел? — спрашиваю его, так как этот довольный вид слегка раздражает.

— Ты стал нервный, Джонни.

Алан, нахмурив брови, прячет телефон в карман. Теперь все его внимание сосредоточено на мне.

— Хотел пригласить тебя в ресторан, — просто говорит он.

Алан удобнее устраивается в кожаном кресле.

— Ресторан? — удивленно переспрашиваю, склонив голову на бок. — Есть какой-то повод?

— Нам когда-то он был нужен?

Алл, взглянув на настенные часы, достает чертов телефон и копается в нем снова. Когда он очередной раз уведомляет о новом сообщении, я не выдерживаю и выхватываю его из рук.

— Джон, отдай. Я не буду гоняться за тобой, — невозмутимо просит он и скрещивает руки на груди, а я нажимаю «открыть»:

«Алан, прости, но я не смогу бросить Эмми», — читаю несколько раз и в упор смотрю на друга.

— Эмми? — удивляюсь я, приподняв уголки губ в лукавой улыбке.

— Нет, Джонатан, даже не думай! — протестует он, быстро подскочив с места. — Разберись для начала со своими проблемами!

Друг игнорирует входящее сообщение, пытаясь пересмотреть меня, но моргает первым.

— У меня нет проблем, Алл, — уверяю его. — Так что с Эмилией?

Стараюсь сделать как можно более незаинтересованный вид, но он видит, как шестеренки в моей голове закрутились сильнее.

— Это ты мне ответь: что с Эмилией? Ты так и не рассказал, что между вами произошло, — Алан бросает на меня укоризненный взгляд, намекая, что последнее время я держусь особняком.

— Я не должен отчитываться, — холодно отвечаю в наигранной скуке, подпирая щеку рукой. Разговор начинает меня напрягать.

— Мне не нужен отчет, а всего лишь дружеский диалог. Ты стал невыносим. Я понимаю, что у тебя не самые приятные времена. Но ты отталкиваешь нас со Спенсером, хотя мы этого не заслужили, — с укором говорит он.