Девушка из офиса - Аленчик Ксения - Страница 10

– Ну, я думаю, у него неплохая зарплата. Все-таки начальник отдела, – говорю я, разрезая кусочек семги.

Встречаюсь взглядом с мужчиной, сидящим через два стола от нашего (двубортный пиджак, темные волосы, легкая щетина), сидит один. Привлекательный. На пару секунд задерживаю на нем взгляд, как учат в статьях из женских пабликов: «Как зацепить мужчину с первого взгляда».

– Ну а Ленка! Была – мышь серая, а тут, смотрю, приоделась, ну и в целом как-то поухоженней стала, волосы отрастила. – Гарелкина продолжает сокрушаться насчет пассии нашего коллеги Стасика Фролова. И что-то мне подсказывает, что Стасик был для нее чем-то вроде запасного парня – того, кто не попадает в пул кандидатов первого эшелона, но которого ты держишь возле себя про запас на случай, если вдруг сама не попадешь в пул кандидаток для парней первого эшелона.

– А машину он ей успел купить? – спрашиваю я и, подражая Гарелкиной, оглядываюсь по сторонам, откидывая волосы манерным жестом. Снова замечаю на себе взгляд привлекательного брюнета. Он откровенно на меня пялится, и я предполагаю, что это свидетельствует о его высоком социальном положении.

– Вроде нет, но он ее карпулит теперь каждый день. – Гарелкина кривит рот.

– Как карпулить, так это они запросто, а как машину купить – так в кусты! – смеюсь я.

– Дурында. – Гарелкина театрально закатывает глаза. – Карпулить – это означает подвозить кого-то на своей тачке, от английского carpooling.

– Ладно, фиг с этим карпулиным, приходи в субботу в «Матрешку», мы там женским коллективом собираемся по поводу моего дня рождения. У меня столик! – Слово «столик» я произношу с особым ударением, просто так топтаться рядом с баром Гарелкина точно не пойдет.

– Ну, «Матрешка» так «Матрешка». Была там недавно, славное местечко, – вставляет она вальяжно этот неподходящий для описания ночного клуба эпитет. – Какие пожелания к подарку?

– Спроси у моей Марины, она что-то там организовывает, – непринужденно сообщаю я. Пусть лучше Марина скажет ей, что мне нужны деньги.

– И сколько же тебе исполняется, старушка?

– Ну, не такая уж и старушка. Двадцать восемь.

– Но ботокс в носогубки колоть пора, – советует Гарелкина тоном врача, выписывающего рецепт от простуды. – Я тебе дам телефончик отличного косметолога! А какие чудеса блефаропластика творит – пять лет как не бывало!

Приглядываюсь к ее лицу и замечаю, что лоб застыл без движения, а скулы и брови – неестественно высокие для ее… двадцати пяти? Двадцати восьми? Тридцати трех? Девушки, увлекающиеся процедурами омоложения, не имеют возраста, от двадцати до сорока – все на одно лицо. Странно, что я не замечала этого раньше.

Глава 2

Цветы и пиццы

– С днем рож-де-ни-я! – Коллеги выстроились в ряд, чтобы поздравить меня с очередным годом старения и одиночества, а может, и просто ради бесплатной еды. Леня держит букет белых роз, а Машка привязала к моему стулу разноцветные воздушные шарики. Сейчас Надя толкает речь о том, как она рада, что я у них работаю, и желает мне поменьше работать и побольше отдыхать (как будто на самом деле она не желает обратного) и, конечно же, долгих лет работы в нашей любимой корпорации. Желательно, до самой старости, а лучше – смерти. В ответ я сыплю штампами, как я люблю наш дружный коллектив и что работа для меня праздник, а коллеги – вторая семья. А потом эта вторая семья накидывается на меня с объятиями, поздравлениями и пожеланиями счастья в личной жизни и «всяких банальностей» (кто-то обязательно скажет эту избитую фразу, как будто она сама по себе не банальность). Меня мутит от духов наших офисных страшил, считающих себя красавицами. А затем, выполнив официальную часть программы, все накидываются на бесплатную еду, как будто она – последняя в их жизни.

– Недешевая пицца, – замечает экономная Надя, глядя на коробки.

Да, я не стала позориться, заказывая резиновые подошвы из замороженного теста в пиццерии за углом, как делают это другие коллеги, чтобы стоимость угощений ни в коем случае не превысила стоимость подарка, думаю я, но вслух скромно отмечаю, что да, это хорошая пицца.

– Но и подарок достойный, – гордо сообщает Машка, как будто на этот планшет они не скидывались всем отделом, а она его единолично подарила.

Весь этот протокол с отмечанием дня рождения в офисе кажется мне унизительным и нелепым. Коллеги нехотя скидываются на подарок, а ты по факту за их же кровные покупаешь им дешевую еду. И даже те, кто обычно тебя обсуждает за спиной, в этот день все равно кривят рот в фальшивой улыбке и произносят свои унылые пожелания. Хотя сами желают только одного – пораньше уйти с работы. Лучшим подарком на день рождения был бы выходной и избавление от этого бездарного спектакля, от которого, как и от всех остальных календарных праздников, выигрывают только флористы и курьеры.

Хотите знать, сколько пожеланий «счастья в личной жизни» и «поскорее замуж» я получила за сегодня? Тридцать два!

Расстаться с Артемом перед днем рождения – это как отправиться в тюрьму прямо перед возможностью купить новую улицу – обидная несправедливость. Это даже хуже, чем расстаться перед Новым годом, ведь тогда праздник у всех, а сегодня все внимание искусственно приковано к моему одиночеству. Или мне это только кажется?

Дома родители одаривают меня букетом роз (еще один бесполезный веник) и конвертом с деньгами (очень полезный подарок), мы распиваем полбутылки «Мартини Асти», от приторности которого сводит скулы, а вечером я долго лежу в постели и пытаюсь осознать, когда же моя жизнь свернула не туда. Поначалу все двигалось по Плану: переезд в Москву вместе с родителями, поступление в университет, работа в крупной корпорации, парень со своей квартирой и престижной работой. А что мы имеем сейчас? Мне двадцать восемь лет, и новый год моей жизни принес только новые морщины и старый кредит – вечные спутники пресловутой взрослой жизни.

В общем, я занимаюсь тем, чем девушки обычно занимаются в день своего рождения – форменным самоедством, то есть подведением промежуточных итогов жизни. И сейчас эти итоги имеют серьезные расхождения с Планом. В финансовом анализе есть такое понятие, как завышенная база сравнения, и кажется, мой План был чересчур оптимистичен, а реальность оказалась отрезвляюще закономерной. Но развивать эту мысль – значит убить в себе то самое светлое, что есть в человеке, – надежду. Поэтому я закрываю глаза и начинаю очередной сеанс визуализации.

Глава 3

Подарок

На собственный праздник я, разумеется, опаздываю. Я опаздываю так часто, что это стало уже не просто привычкой, а чертой характера, и друзья c этим смирились. Не могут привыкнуть пока что только врачи в поликлинике. Дело в большом количестве дел, которые я утрамбовываю в расписание, не оставляя никакого зазора, и периодически случаются накладки. Удивляюсь людям, которые приходят везде заранее и сидят ждут. Неужели им не жаль своего времени? Даже если они ждут всего пять минут, но это же целых пять минут! Сегодня мне нужно было выбрать наряд, и я перемерила половину шкафа, на каждую примерку уходило как раз пять минут. Если бы я была из тех странных, что приходят заранее, то не успела бы примерить один из нарядов, и, возможно, именно он оказался бы тем самым. Потом я выводила идеальные стрелки, а это еще десять минут, по пять на каждый глаз. Так что, если просто выкинуть пять минут, я бы накрасила только один глаз, а второй пришлось бы прикрыть пиратской повязкой, но это уместно только на Хеллоуин. Сегодня основной причиной моего опоздания стало обстоятельство непреодолимой силы – перебранка с мамой. Ей, видите ли, снова не понравилось, как я оделась. Слишком вульгарно, по ее скромному мнению. Чувствую, что она напряжена из-за моего расставания с Артемом. Мама, кажется, переживает даже больше, чем я. Может, она все-таки успела рассказать родственникам про мою скорую свадьбу, облегченно выдохнула, представляя, как скоро я съеду из их квартиры и оставлю всю жилплощадь им с папой, и теперь чувствует себя обманутым дольщиком? Тем более наличие обеспеченного жениха избавляет родителей не только от моего навязчивого присутствия в их скромном жилище, но еще и от необходимости материально помогать дочери-транжире. В общем, селяви, мамочка, позитивные аффирмации иногда дают сбой. Вот только, если я буду одеваться так, как тебе нравится, с каждым моим днем рождения замужество и переезд будут отдаляться от меня, как горизонт.