Железное сердце Вайолет (ЛП) - Барнхилл Келли - Страница 26

— Добрый день! — крикнул Деметрий, но платформа была пуста, и Деметрий остался один. Он сел на край, чувствуя себя очень несчастным.

Один желтый глаз светился из искусственной пещеры в дальнем конце. Две ноздри высунулись на свет, две ленты дыма лениво вились к небу. Дракон вышел из пещеры и моргнул. Прихрамывая, он вышел на середину ограды и посмотрел на Деметрия.

— На что ты смотришь? — сказал Деметрий дракону.

Дракон сел на задние лапы и наклонил голову.

— Это все твоя вина, ты знаешь, — продолжал Деметрий, чувствуя, как нарастающий гнев обжигает его шею и уши, шипя, как кислота во рту. — До того, как мы отправились тебя искать, все было хорошо. Теперь все ужасно.

Дракон ничего не ответил. Он сделал долгий, медленный вдох, обнажив коричнево-желтые зубы, и тяжело опустился на землю.

— Ты стар, сломлен и жалок. Тебе нет дела ни до кого из нас. Ты бессердечный.

— Ну, это очевидно, — раздался голос за его спиной.

Деметрий замер, потом обернулся. Там никого не было.

— Кто это сказал?

— Драконы хранят свои сердца где-то в другом месте, не так ли? — продолжал голос. — Это всем известно. Использовать слово «бессердечный» как оскорбление дракона просто жестоко. Все равно что оскорбить слепого, назвав его слепым. Это не значит, что ты говоришь им что-то, чего они еще не знают.

— Я не узнаю твой голос, — сказал Деметрий, вытягивая шею. — И я не вижу, где ты. И вообще, у меня есть работа, и я не хочу сидеть и играть в игры. — Он поднялся на колени и добавил: — Хотя было приятно познакомиться, — потому что это казалось вежливым.

— Не так уж важно, чего ты хочешь, глупый мальчишка, — сказал совсем другой голос. Это была женщина — судя по голосу, старуха. — Твои услуги необходимы, дитя. И времени у нас не так уж много.

— Почему я вас не вижу?

— Потому что ты, очевидно, не видишь сквозь дерево, — сказал первый голос. — Он очень высокого мнения о себе, Тетушка.

— Тише, Нод, — сказал женский голос. — Мы здесь, внизу, дорогой. Под платформой. И Деметрий, если ты не против, пожалуйста, сведи свои восклицания удивления к минимуму. У нас есть…

Но Тетушка не смогла закончить. Деметрий, лежа животом на полу, раскинув руки и ноги, уже выглянул из-за края помоста, уже увидел Тетушку и Нода — по-человечески, но совсем не по-человечески — и уже закричал. Все еще крича, Деметрий вскочил на ноги, спустился по лестнице и побежал через лес к своему дому.

Под помостом Тетушка вздохнула, покачала головой и быстро, резко шлепнула Нода ладонью по затылку.

— Это была не моя вина…

— Конечно, Нод, дорогой. Но это не меняет того факта, что мальчик нам действительно нужен. Позови своего дядю. Сегодня вечером мы все навестим ребенка.

Глава 39

К тому времени, как Деметрий вернулся домой, мир, который, как ему казалось, он знал, будто разваливался на куски. Вайолет, сначала изменившаяся, а теперь исчезнувшая. Нация, некогда мирная, готовящаяся к войне. Вы должны понять, мои дорогие, что первые тысячелетия моего мира были очень похожи на ваш собственный — племенные войны, междоусобицы, войны за землю, воду, власть или прекрасных дев. Но это было в прошлом, видите ли, и пока еще существовали рассказы о войне и истории сражений, мы не имели даже намека на отполированные мечи и далекие барабаны в течение пятисот лет. И хотя каждая нация в зеркальном мире держала постоянные армии и хорошо знала методы и теории военного искусства, существует большая разница между теорией военного искусства и самой войной.

То, что обнаружил Деметрий, было хаосом.

В течение нескольких недель после прибытия дракона — после бесстыдного захвата, а затем освобождения короля — замок и окружающий город были зарослями активности. Война витала в воздухе — что бы ни говорил совет — и люди из сельской местности собирались в стенах замка. Формировались ополченцы, пополнялись кладовые, на городских площадях и во дворах стали проводиться специальные учения.

Объявление об акте агрессии Горного короля вызвало волнение среди населения.

В города и деревни по всему королевству были разосланы гонцы, объявлявшие о неминуемой войне и призывавшие всех мужчин и женщин, способных телом и духом, прийти с конем, луком и мечом на защиту своей страны. Деметрий медленно шел домой, толкаемый толпой людей.

Добравшись до конюшни, он увидел, что отец отдает приказы группе молодых людей, которых Деметрий не знал. Лошади, чувствительные к колебаниям эмоций своих любимых хозяев, были в ужасном испуге. Они вставали на дыбы, ржали и брыкались, и никакие усилия отца или новых помощников не могли их успокоить.

— Ты, в зеленом! — позвал его отец. — Веди свою кобылу сюда, бегом. А как тебя зовут? Герта? Девушка в красном. Каштан доверяет тебе, видишь? Отведи его на боковое пастбище. Остальные последуют за ним, как только увидят, что он движется. Нам просто нужно немного разогнать эту толпу, и они все успокоятся. Деметрий! — Он заметил сына, и его лицо из серого стало розовым. — Слава богам! Иди сюда, возьми этого парня и отведи его в конюшню. Его нужно растирать, но это невозможно, когда он так взвинчен. А теперь быстро!

Деметрий, у которого кружилась голова, сделал, как ему было сказано. Жеребец, такой черный, что казался почти синим, с острой белой звездой на лбу, натянул поводья. Его ноздри раздулись, а глаза выпучились. С каждым рывком головы лошади Деметрий скользил на несколько футов вперед, его ноги на мгновение выбивались из-под него, прежде чем он мог удержаться и выпрямиться.

— Тише, дорогой, — прошептал он, нежно дуя в лицо лошади, как учил его отец. — А теперь тише.

Конь, заложив уши и широко распахнув глаза, подчинился, хотя время от времени все же дергал его, словно желая дать понять Деметрию, кто именно одержал верх.

— Да, да, дорогой, — успокоил Деметрий, — ты, конечно, можешь отбросить меня в сторону, как тряпичную куклу, и растоптать в кровавое месиво. Но я доверяю тебе, понимаешь? Это значит, что ты должен мне доверять. В конце концов, все честно. — Конь фыркнул и покачал головой. Тем не менее, его уши встали торчком, с некоторым удовлетворением отметил Деметрий. Он завел жеребца в стойло и осторожно, стараясь двигаться как можно медленнее и осторожнее, принес щетку. — Я знаю, ты плохо себя чувствуешь, — сказал он, медленно кладя руку на живот животного, — и это поможет тебе почувствовать себя лучше, обещаю. — И с этими словами он начал чистить жеребца.

Его отец был поглощен разговором с двумя солдатами и женщиной, которую Деметрий сразу узнал. Он улыбнулся ей, но она этого не заметила. Она была полностью одета в кожу, к поясу прикреплены разнообразные инструменты и оружие, а за спиной висел колчан лучника. Ее кожаный капюшон заменен шлемом, который уже был помят и поцарапан. Ее звали Марда, она была Госпожой Соколов, а теперь — капитаном Передовой Стражи. Она оглядела конюшню и, прищурившись, посмотрела на Деметрия.

— Почему он не тренируется с передовыми? Нам нужны все, кого мы можем достать.

Отец Деметрия чуть не поперхнулся и отступил назад, словно пытаясь выпрямиться.

— Прошу прощения? Ты хоть представляешь, как мал этот ребенок?

— Деметрий, — сказала она, не обращая внимания на его отца. — Я знаю, что ты умеешь наносить удары, и уж точно знаю, что ты отличный наездник. Но можешь ли ты поднять меч?

Он посмотрел на отца, который одними губами произнес: «Нет». Деметрий пожал плечами.

— У меня была некоторая практика. Я не плохой боец.

— А ты умеешь стрелять из лука?

— Да, — сказал он. — Очень хорошо.

Она властно посмотрела на отца Деметрия, который съежился перед ней.

— Он недостаточно силен, чтобы вооружать лошадей, это ясно. Он сломает себе шею так же точно, как дышит. Здесь он тебе не нужен. Пошли его наверх к охраннику. Им нужны бойцы, которые быстры, малы и хорошо стреляют. Эта война может быть ничем иным, как избалованным мальчишкой, потрясающим копьем, но мы должны быть готовы, несмотря ни на что.