Преобразователи (СИ) - Рэй Девур - Страница 4

— Я ее не чинил, я ее на ходу скреплял, чтобы хуже не стало. Ты мне лучше скажи: жреца подкараулить или пусть живет? — алхимик присел на край кровати, что-то помешивая в стакане.

— Жреца не трогать, он, пусть и так издевательски, но оказал мне услугу, — она вяло шевельнула пальцем, на котором сверкнуло желанное украшение.

— За такую услугу — пускают по кругу, — буркнул сидящий в углу Антар, все-таки вправивший нос на место.

— Обойдешься, — раздалось от входа.

Дунха на звук кинул ложку в вошедшего, но та вопреки ожиданиям не долетела до жреца, ударившись о дверь, пусть и рядом с ним. Мактар поскреб пальцем вмятину, покачал головой и зашел в комнату. Альхэ, игнорируя повисшее напряжение, забрала стакан из рук Дунха и опрокинула в себя его содержимое. Стянула с пальца полученное от Мактара кольцо, размяла здоровую руку и выпустила недлинные загнутые когти, которые легко вошли в плечо. Собственная магия, запас которой не успел восстановиться, подчинялась охотно, позволяя пересобрать мышцы и связки буквально по волокну. Жрец как раз подошел ближе:

— Тебя не было видно почти сутки, я решил проверить. Вижу, что зря волновался и о тебе есть кому позаботиться.

Альхэ не ответила, занятая правильным восстановлением руки. Не хотелось бы потом ошибаться при работе из-за того, что собственное тело не слушается. Мактар посчитал молчание более чем красноречивым и, хмыкнув, вышел из комнаты. Только уже на пороге кинул:

— И, кстати, я знаю про ваш спор.

— Рад за тебя, — тем же тоном ответил менталист.

Жрец кивнул Райтане, с которой пересекся у двери, и вышел. Младшая Дженталь прикрыла дверь и обвела компанию взглядом. Вид у нее был крайне ехидный:

— Вы успели потоптаться по его нежным чувствам и искренним переживаниям?

— У него? Чувства? Переживания, — Дунха с исследовательским интересом касался магией лежащего на столе кольца. — Скорее уж любопытство и какая-то личная выгода. Я бы просто так такую вещичку не отдал.

Дженталь переглянулись, но ничего не сказали. Альхэ втянула когти, протягивая руку за повязкой. Дунха помог аккуратно подвесить руку, удержал за здоровое плечо, когда Аль попыталась рывком встать с кровати, не желая проверять, исчезнут ли так быстро последствия пребывания в храме. Анктар закатила глаза, стряхивая руку. На ноги поднялась, даже не покачнувшись, правда, на последнем шаге к Антару запуталась в ногах, но успела ухватиться за плечо менталиста, свободной рукой возвращая в изначальное состояние хрящи носа.

Антар кивнул, придерживая Альхэ за талию. Меж бровей залегла тонкая морщинка, когда с нижних этажей пришла еще одна волна мыслей. Райтана хмыкнула, также чуть повернувшись в сторону двери:

— Притащили катастрофу в дом… У тебя количество конкурентов растет со страшной силой.

— Они в храм не зайдут, — она потрепала менталиста по волосам. — А я смогу. У меня есть преимущество.

Антар нервно рассмеялся, но нерадостный смех постепенно перешел в обычный, веселый, разряжая обстановку. Альхэ привалилась к стене, рассматривая друзей. Кольцо на пальце на миг обожгло холодом, перетягивая на себя внимание и сгоняя улыбку с лица. Кажется, она придумала, что из него сделает.

*

— Оно фонит еще сильнее чем с тех крох, которые ты тогда притащила.

— Может ли влиять добровольность передачи? — Альхэ снова сидела на лабораторном столе, буравя взглядом спину Дунха.

Алхимик пожал плечами: с заговоренным, напитанными магией, металлами ни в чем нельзя быть уверенным. Причем жреческое кольцо, крошки которого пытались вплавить в другие предметы, начинало вести себя непредсказуемо, чаще всего разрушая новое вместилище. За неделю, проведенную в лаборатории, они ни на шаг не приблизились к хотя бы удовлетворительному варианту.

— Давай перерыв сделаем? Меня уже тошнит от нагрузки на мозг, я хочу просто кого-нибудь распотрошить. Кстати, мысль. Давай на охоту? Вдвоем? Пробежимся по лесу, сожрем кого-нибудь, шуганем смертных? — Альхэ с глухим стоном сползла на пол.

— Менху не простит, если мы уйдем без него, — Дунха все-таки оторвался от работы.

Альхэ натянула украшение на палец, ежась от ощущений, но ток магии в теле быстро пришел в норму, так что ощущаться присутствие предмета практически перестало. Жрец за эти дни не показался на глаза ни разу, а подходить к храму она сама пока не рисковала.

Зато покрытый инеем лес радовал глаз, так и манил не сидеть в лаборатории, а пробежаться по нему, пока все не замело. А то сидеть ей потом до весны в стенах Башни, так хоть сейчас развеяться немного, еще и в хорошей компании.

— Тогда я — в химерятник, им тоже надо лапы размять, а ты — за ним. И за воротами встретимся.

Дунха кивнул, принимаясь наводить порядок на столе и накладывая стазис на отдельные образцы, чтобы вернуться к ним после. Голову действительно следовало бы проветрить, слишком долго они безвылазно сидели в четырех стенах. Алхимик понюхал заляпанный рукав: и переодеться тоже не мешало б, а то выдаст себя с головой. Чуть завистливо вздохнул: у Аль-то такой проблемы нет, химерологи даже запахом собственного тела управлять могут, и скорректировать его так, чтобы пропахшая лабораторией одежда не выдала в лесу для нее вопрос нескольких минут.

Альхэ же влетела в незапертое помещение, заставляя обрадованных существ приветственно вилять хвостом. Чуть не запнулась о длинное меховое тело, подхватила его на руки, возвращая на выращенное прямо здесь дерево. Предупреждающе щелкнула зубами на попытку укусить за ногу от еще одного материнского питомца. Рейты Анктар видно не было, судя по ощущениям, мать была в лаборатории, и, если уж не вмешалась в их планы сейчас, то ничего против присутствия дочери здесь не имела. Пусть она и не имела пристрастия к охоте, зато относилась с пониманием.

В отгороженном от безобидных образов отсеке сидели гончие. Альхэ погладила узкую морду, покрытую темной серо-зеленой кожей, ткнувшуюся ей в ладонь, едва Аль перешагнула черту. Животное довольно застучало задней лапой, высекая искры и оставляя следы на камне, быстро исчезающие под действием магии Башни. Осмотрела нескольких зверей и потянулась к поводкам. Метку на коже, выжженную специально для таких случаев, едва заметно укололо, магический поводок зацепился за руку. Альхэ принюхалась и на миг прикрыла глаза, теперь ее точно не почувствуют.

Гончие довольно зафырчали в предвкушении погони и свежей крови. Альхэ стянула с крючка удлиненную куртку для охоты, расправляя складки. Пегая коса легла на вдоль позвоночника. Химеры в ожидании устроились у двери, дожидаясь, пока Анктар отопрет замок. Альхэ подцепила узел на запирающем заклинании, пинком распахнула дверь, смахивая с рук труху и начавший нарастать на доски мох. Надо будет укрепить, почему-то произошел отток силы. Странно.

Гончие вырвались во двор, но далеко не убежали, Аль резким движением сократила поводок, одергивая животных. Одна особенно резвая химера села на костлявый зад, возмущенно мявкнула, привлекая внимание всех вокруг. Райтана на миг прервала разговор и кивнула, через метки прилетело пожелание доброй охоты. Но от приглашения отказалась и снова повернулась к рыжей алхимичке.

— Ты можешь поласковее? — в ноздри ударил запах реагентов за долю секунды до того, как над ухом раздался смешок, а за косу несильно дернули.

— Пока никто не жаловался.

— Тебе пожалуешься… из лаборатории не вытащить. Или из лазарета, если там влипнешь, — Менху потрепал по голове ткнувшуюся в ладонь химеру, ту самую, пострадавшую от собственной спешки. — Ты бы еще с Эттером так обходилась, он бы у тебя с рук ел, была бы у нас тишина…

— Пожестче или поласковее? — Анктар с намеком улыбнулась.

Вот только улыбка тут же сползла с лица, стоило ей обернуться через плечо, откликаясь на зов кольца, как на зов метки. Жрец. Мактар на ходу стягивал шнурком непослушные пряди, то и дело раздраженно фырча. А еще, к ее какому-то непонятному раздражению, он направлялся в сторону Альхэ, видимо, это был именно оклик через украшение, а не просто реакция на его присутствие. В голову пришла неуместная мысль о том, какой шок был бы у людей, его увидевших, все-таки смертные так любили судить по внешности. Тонкокостный, с аккуратными ладонями, оленьими глазами и благополучно отросшими буйными кудрями. Вот только остатки миража исчезали, стоило жрецу заговорить, голос у него был пробирающий до нутра.