Слёзы Эрии (СИ) - Эйлин Рэй - Страница 20

Я нерешительно отворила калитку и воровато прошмыгнула во двор, тут же замерев на месте. На пороге, скрываясь от непогоды под зонтом, стояла Элья.

Она ждала меня.

От осознания происходящего болезненно защемило в сердце.

— Ох, — вздохнула женщина, прижав руку к груди, — ты вернулась!

Элья поспешно накинула на мои плечи шерстяную кофту и заключила в объятья.

— Где же ты пропадала? — вздохнула служанка.

— Я… я…

Я не могла сказать ей правду, о том, как сбежала из города вслед за котом, как сорвалась с обрыва и как из-за моей невнимательности я оказалась связана крепкими узами со зверем, которому люди желали смерти. Но что тогда я должна была сказать?

— Я заблудилась, — пролепетала я, виновато опустив голову, — мы с Шеонной шли домой, но… Они украли мой кулон… — словно опомнившись, я хлопнула себя по груди и облегченно выдохнула, нащупав знакомые грани кристалла. — Я хотела его вернуть, но что-то произошло… Повсюду были корни.

Воспоминания о прошедшем дне пробудились в моем сознании в ярких красках, заставляя вновь пережить тот ужас, который рядом с Эспером превращался в тусклую картинку. Все нахлынули с новой силой, и глаза защипало от слез.

— Ох, дитя… — только и смогла выговорить служанка, погладив меня по спине.

Она завела меня в дом, и я неловко потопталась на месте, наблюдая за тем, как стекающая с меня вода собирается у ног.

— Сколько можно ждать? — донесся из гостиной возмущенный голос Шеонны. — Мы не можем просто сидеть здесь и надеяться на чудо.

— Успокойся, — спокойным ровным тоном отвечал ей отец. — Люди графа скоро найдут Алессу. И без лишнего шума. Мы не можем позволить себе рыскать по городу, привлекая внимание Коллегии, пока весь город стоит на ушах.

— А если они найдут ее раньше? — не унималась девушка.

Господин Омьен произнес что-то едва разборчивое, на что в ответ получил возмущенное:

— Отец!

— Идем. — Элья приобняла меня за плечи.

Я сбросила с ног промокшие сандалии, в которых неприятно хлюпала вода, и направилась в гостиную. В комнате тут же воцарилась тишина.

Первым в движение пришел Шейн. Он крепко схватил меня за локоть и раздраженным рывком развернул лицом к себе. Я испуганно дернулась назад, ощутив на коже жаркое пламя свечи, которую парень держал во второй руке. Беспокойный огонек извивался, угрожая опалить мои брови. Я попыталась вырваться, но Шейн крепко удерживал меня на месте. С минуту он хмуро вглядывался в мои глаза, потом поставил свечу на полку камина и перевел взгляд на отца.

— Ты собирался нам рассказать об этом? — упрекнул Шейн господина Омьена.

Мужчина со сдерживаемым спокойствием выдержал взгляд сына.

— Я думал над этим, — небрежно пожал он плечами.

— Ты приютил Странника, поставив на кон свою карьеру, это твое право. Но ты приютил Дитя Зверя, и мы имели право знать об этом. Когда ты прекратишь подвергать наши жизни угрозе?

— По-твоему было бы лучше выкинуть девочку на улицу? — спокойно спросил господин Омьен, так словно меня не было в комнате.

— Благородство и сострадание тебе не свойственны, отец. В какие игры ты опять играешь?

Воспользовавшись тем, что хватка Шейна ослабла, я вырвалась и окинула взглядом собравшихся. Я искала в них поддержку, утешение и ответы на вопросы, которых становилось все больше с каждым сказанным словом. Но собравшиеся были поглощены своим собственным конфликтом. Шеонна не сводила с брата испуганного взгляда, а он в свою очередь испепелял своего отца.

Я почувствовала горечь в горле. К глазам подступили злые слезы и не в силах больше сдерживаться, я выскочила из гостиной и бросилась вверх по лестнице. Оказавшись в спальне, я захлопнула дверь и сползла по ней спиной. Из груди вырвался всхлип, и крупные слезы покатились по щекам, разбиваясь о голые колени.

Когда Элья постучала в дверь, я прикусила губу, сдерживая громкий плач и не ответила на ее зов. Женщина пробормотала слова утешения и ушла. Время от времени кто-то еще останавливался рядом с дверью, прислушивался к моему плачу.

Последней постучалась Шеонна. Она терпеливо ждала ответ, но не получив его, демонстративно грубо облокотилась спиной о дверь с обратной стороны и сползла по ней на пол. Через минуту в коридоре вновь раздались тяжелые шаги, и дверь содрогнулась второй раз, когда Шейн присоединился к сестре.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — виновато произнес он.

— Ты дурак, Шейн, — недовольно буркнула Шеонна.

— Знаю.

Повисло молчание, нарушаемое лишь моими редкими тихими всхлипами.

«Довольно слез» — услышала я мурчащий голос Эспера.

Он мягко коснулся моего разума. Меня окутало спокойствие и умиротворение, а от слез остались лишь подсыхающие соленые дорожки на щеках. Я смахнула их рукавом и поднялась на ноги. Теперь, когда эмоции утихли, я могла с холодной рассудительностью вспомнить уходящий день, начиная от кражи моего кулона и заканчивая ссорой в гостиной.

В памяти возник Шейн и дрожащее пламя свечи перед моим лицом. Это воспоминание быстро сменилось другим, более ранним.

На второй день пребывания в этом доме, когда я лежала в кровати, уткнувшись в подушку, промокшую от слез, в мою комнату постучал Велизар Омьен. Пламя свечи, что он нес в руке, грубыми тенями очерчивало его плечи и лицо в полумраке комнаты.

— Я хотел узнать в порядке ли ты, — заботливо произнес мужчина, присаживаясь на край кровати, — но я глупец, если считаю, что человек, лишившийся дома действительно может быть в порядке.

Он заботливо положил тяжелую ладонь на плечо и поднял свечу, освещая мое заплаканное лицо.

— Но я обещаю, что помогу тебе вернуться домой.

«Ты собирался нам рассказать об этом?» — голос Шейна звонко отразился в моей памяти.

Что они видели в моих глазах при свете огня?

Я подошла к комоду и достала из ящика наполовину догоревшую свечу, ту самую, что Велизар Омьен оставил на моем прикроватном столике, прежде чем покинуть комнату. Я повертелась на месте, не зная от чего зажечь пламя и… оцепенела от ужаса, встретившись взглядом с человеком в зеркале.

❊ ❊ ❊

Свеча выскользнула из ослабевших пальцев.

Мой самый страшный кошмар сбылся.

Зеркальную поверхность заволокла тьма и из нее взирал призрак, озаренный холодным светом, казалось, не принадлежащим этому миру. Человек выглядел противоестественно безжизненно: тонкая мертвенно-бледная кожа, острые скулы, болезненно впалые щеки, белоснежные как снег волосы, спадающие до плеч. Правый его глаз практически сливался по цвету с волосами, а левый сиял ярко-зеленым пятном, — будто художник, изваявший этого человека, случайно обронил краску на белоснежный еще не завершенный холст.

Я попыталась позвать на помощь, но крик застрял в горле, а ноги приросли к полу, не позволяя двинуться с места. В моей душе кипел страх, разрывая сердце на части, но Эспер не мог его унять, все его силы уходили на то, чтобы удерживать меня на месте. Зверем овладело любопытство. Тамиру следил за Призраком моими глазами, в то время как незваный гость неотрывно следил за мной.

Он оставался непроницаемо безучастным, губы сжались в тонкую линию. Но внезапно в зеркале поверх его лица появилось еще одно, оно было едва различимо, его очертания дрожали будто подернутые рябью, но я отчетливо видела оскал безумной улыбке и горящий в глазах голод.

Перед глазами помутнело.

Эспер наконец ослабил хватку. Получив контроль над телом, я тут же схватила с тумбочки пустую вазу и бросила ее в зеркало. Десятки осколков, каждый из которых отражал лишь уютное убранство моей спальни, — и никакой тьмы и призраков, — рассыпались по полу.

Дверь в комнату резко распахнулась и на пороге возникли испуганные Шейн и Шеонна.

Глава 7

Тусклый свет Слезы Эрии, оставленной на широкой каминной полке, едва достигал середины комнаты. Теплым желтоватым ореолом он очерчивал плечи Шейна, сидящего в кресле. Расположившись напротив на широком диване, я куталась в теплый плед и успокаивающий полумрак, скрывающий дрожь моего тела от посторонних глаз.