Песнь койота. Дилогия (СИ) - Кота Анна - Страница 95

Защитный купол, прикрывавший вожака, прогибался под натиском огненных атак все ближе к Лису. В какой-то момент щит начал таять и фаерболу почти удалось зацепить Милорада. Старик ловко отбил энергетический шар, и тот со скоростью молнии вернулся к своему создателю.

Найрад едва успел отскочить в сторону. Мусорный бак позади него вспыхнул фиолетовым химическим пламенем.

После того, как Найрад пробил магический щит на Лиса со всех сторон посыпались сети. Вожак едва успевал испепелять их. Найрад победоносно оскалился и швырнул мощный огненный шар.

Как только вожак отвлёкся, стражи проскочили у него между ног, спутывая их веревкой. Псы рванули за другой конец, и Лис с грохотом повалился на асфальт. На его запястьях, руках, ногах и горле тут же защелкнулись самокрепящиеся браслеты, блокирующие магию. Дротики со снотворным вонзились в тело вожака. Мятежники подскочили и запихали Милорада в гелеобразный маскирующий мешок, блокирующий магию, и уволокли предводителя в портал.

Несколько минут псы зачищали следы заварушки. Подворотня опустела, будто ничего не произошло. Только летающие в воздухе искры силы напоминали о том, что несколько минут назад здесь состоялась драка.

Найрад сидел, прижавшись спиной к кирпичной стене и обхватив голову руками. Он чувствовал себя как выжатый лимон. Лица родителей стояли у него перед глазами. Воспоминание о последнем прощании, которое Лис старательно блокировал, наконец-то проявилось в его сознании.

— Что теперь? — устало спросил Найрад.

— Теперь ты — вожак Серебряного следа, — Ленни дружески положил лапу ему на плечо.

Глава 38

Найрад вырубился от усталости, как только они вернулись на базу, и всю ночь проспал без задних ног.

Ближе к утру его разбудили странные ощущения, будто в голове появлялись и исчезали обрывки чужих мыслей и эмоций. Найрад подумал, что сходит с ума. Умывшись холодной водой, он осознавал, что начал чувствовать стаю.

Инго вошёл без стука и протянул ему серый брючный костюм, болтающийся на вешалке.

— Это для меня? — спросил Найрад.

— Конечно! Учитывая нынешнее положение, тебе не пристало появляться на публике, одетым как оборванец.

Найрада всегда раздражало, что лидеры общин рядились в подобные пижонские костюмы.

— Вот уж не думал, что когда-нибудь надену что-то подобное, — усмехнулся Найрад. — Это же мой размер. Где ты его откопал?

— В твоём шкафу, — деловито ответил Инго.

— Наверное, чей-то подарок, — пробурчал Найрад, — в любом случае я не собираюсь наряжаться.

— Но ведь все вожаки так одеваются. Это традиция. Что подумают оборотни?

— Я пришёл, чтобы сломать старые устои. Почему я должен подражать прошлым поколениям?

— Тебе видней, — нехотя, но как-то слишком легко согласился Инго.

Неужели аура вожака действует таким образом?

— Нам нужно перебраться в общину, — напомнил Инго.

Найрад нахмурился, но возражать не стал, ибо прекрасно понимал, что рано или поздно придётся заявить о своих правах и провести церемонию присяги.

С момента пробуждения Найрад чувствовал, как за ночь его окружила непробиваемая броня. Уверенность, исходящая из солнечного сплетения, давала ощущение, что он стал сильнее любого. Даже Инго, раньше не воспринимавший его всерьез вдруг начал смотреть на него с уважением.

Наскоро проглотив завтрак, Найрад попросил Лероя открыть проход в штаб отщепенцев. Он решил отрепетировать присягу на вольных волках.

— Кто-нибудь пострадал? — спросил Найрад, оглядев присутствующих.

Отщепенцы выглядели потрёпанными. Похоже, они не спали всю ночь.

— Десять стражей и четверо наших отправились к праотцам. Шестеро ранены, а двенадцати придётся долго восстанавливаться. Они выложились до предела, — ответил Тео.

— Позаботьтесь, чтобы погибших проводили по обряду как героев, павших в бою.

— Стражи забрали своих. После обеда мы отправим братьев в последний путь.

Во взглядах оборотней чувствовалась неуверенность. Много лет им удавалось играть в оппозицию без существенных потерь. С появлением Найрада всё стало серьёзно.

— Вы готовы поклясться в верности? — спросил Найрад. Несмотря на скорбь от потерь, он должен сделать то, за чем пришёл. Иначе жертва отщепенцев будет напрасной.

На него смотрели ущелевшие вчерашние подростки, шокированные гибелью друзей.

— Это единственный способ что-то изменить, — продолжил Найрад, — я понимаю, вы не признаёте авторитетов. Я и сам такой. Но чтобы что-то изменить, мы должны объединиться. По одиночке мы всего лишь лёгкая добыча для Анти и бесполезные отщепенцы. Только вместе нам удастся перетряхнуть прогнившее правление стаи стай, а иначе всем недовольным нынешним положениесюм вещей так и придётся прятаться в гетто, теша себя иллюзией свободы.

Вчера мы сделали первый шаг. Если не продолжим, жертва, которую заплатили наши друзья окажется напрасной, — Найрад замолчал, оценивая эффект, который произвели его слова, — решайте сами, — добавил он после короткой паузы, — я никого не принуждаю. Если кто-то хочет остаться в стороне, это ваше право.

Несколько молодчиков молча вышли из комнаты.

Найрад слишком хорошо вспомнил, как проходила его собственная присяга, и поджал губы. Он не опустится до того, чтобы подчинять силой.

Найрад стал вожаком только вчера. Поэтому волновался накануне первой присяги, но окутавшая его незримая ментальная броня, внушала спокойствие и уверенность. Он решил положиться на свои инстинкты и позволил ощущениям показывать путь.

Когда-то он слышал, будто навыки приходят вместе с очередной ступенькой иерархической лестницы. Волки говорили, что необходимые знания вкладывают в душу предки, если претендент этого достоин. Найраду предстояло на практике проверить, так ли это.

Он закрыл глаза и сосредоточился на сердечной чакре. Сил сразу же прибавилось. Магические мерно потоки циркулировали, примериваясь к новому носителю.

Найрад мысленно обратился за помощью к отцу и почувствовал тепло в груди. Он вспомнил, что энергию, необходимую для принятия присяги, нужно позаимствовать у предков.

Он мысленно попросил прощения у собратьев, так как ему предстояло вторгнуться в их ментальное пространство.

Над волками образовалось прозрачное силовое поле с ответвлениями, похожими на свисающие лианы. Щупальца пробовали прикоснуться к макушкам, но ещё не все успели открыть психические барьеры.

Оборотни чесали затылки, почувствовав щекотку.

— Открывайтесь! — приказал Найрад, поражённый уверенностью собственного голоса.

Он будто увеличился в размерах и заполнил комнату своим сознанием, подключившись к силовому полю.

Найрад словно бы навис над сородичами и коснулся каждого ментальной энергией. На долю секунды он заглянул в душу волков и взял оттуда часть переживаний, печалей и страхов, а взамен поделился спокойствием и уверенностью, которую черпал из своего сердца.

Присутствующие почувствовали друг друга большой и дружной семьёй, между членами которой царил мир и понимание. Не сговариваясь, они склонились перед новым вожаком.

Найраду показалось, что все эти оборотни стали его детьми. Он мысленно обнял подданных, вручивших ему свою преданность. До этого момента Найрад считал присягу формальным ритуалом, но теперь он понял, что это не так. Присутствующих на деле связывали незримые нити. Он ощутил связь с каждым из них. Если кому-то из этих ребят станет плохо — это отразится и на его самочувствии.

Вожака переполняли чувства, однако на сантименты не было времени. Нужно было как можно скорее отправиться в общину.

Найрад вдруг осознал, что ему больше не потребуется просить помощи с перемещением. В его голове одно за другим всплывали магические заклинания, будто он на время забыл их, а теперь снова получил к ним доступ. Заняв пост вожака, он получил достаточно сил и умений, чтобы управлять стаей.

Он догадывался, что часть информации удалось считать при ментальном контакте с сородичами, но ему открылось и то, что присутствующие не могли знать.