Песнь койота. Дилогия (СИ) - Кота Анна - Страница 91

— Мои дружки, как и твои, не смогут выдержать ментального напора вожака, — парировал Найрад.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Мне помогут те, кто не связан узами присяги.

— Братья из других общин? Они тоже находятся под влиянием лидера.

— Речь не о перекидышах.

— Люди? — усмехнулся Тео, — от них мокрого места не останется.

— Я говорю не о людях, — загадочно улыбнулся Найрад.

— Ну и кто тогда? Не приведения же?

— Стражи.

— Ха-ха-ха! Отличная шутка.

— Я не шучу.

— Это правда, — вступил в разговор Инго, — я всё видел своими глазами.

— Как такое возможно?

— Среди псов нашлись недовольные, готовые выступить против Анти, — ответил Найрад.

— Эти недоумки?! — изумился новый знакомый.

— Не стоит их недооценивать. Псы не уступают в силе и ловкости нашему брату.

— Не сравнивай дрессированных пуделей со свободными волками, — возразил Тео.

— Стражи, как и мы, оказались жертвой своих боссов, — сказал Найрад. — Руководство общин и Анти давно заключили договор и стравливают оборотней с псами исключительно ради политики, — сказал Найрад, — тебе и многим отщепенцам это хорошо известно. Вопрос в том, почему эта информация до сих пор не получила широкой огласки?

— Потому что вожак сотрёт в порошок любого, кто заикнётся об этом.

— Если вожак имеет власть над отщепенцами, то какой прок в оппозиции? Смысл сманивать молодёжь на вольные хлеба, если вне общины свободы не больше, чем в её пределах?

— Рано или поздно ситуация изменится к лучшему, а пока мы показываем пример независимой жизни.

— Думаешь, почему Лис смотрит на это сквозь пальцы?

— Что он может сделать?

— При желании лидеры уже давно бы прикрыли вашу лавочку, но они почему-то не торопятся этого делать. В чём причина?

— Лис уверен, что оппозиция — подростковый кризис. Наигравшись в независимость, детишки вернутся под его крыло.

— Отчасти так и есть, — согласился Найрад, — многие, помыкавшись в мире людей, возвращаются в уютные общинные апартаменты, но главная причина в том, что существование отщепенцев выгодно.

— Чем?

— Психический фон тех, кто живёт отдельно, отличается. Отщепенцы гуляют на вольных хлебах, как овечки, предназначенные на заклание.

— Что за бред ты несёшь? — раздражённо бросил Тео.

— Это спланированная система оболванивания. У стражей есть списки с маркировками, подобно тем, что фермеры вешают на ухо скоту. Там значится статус, а также степень вреда, которую допускается нанести. Лис, например, имеет полную неприкосновенность, а меня можно немного потрепать, но нельзя калечить. Зато с отщепенцами Анти вольны делать всё что угодно, — Найрад хлопнул сородича по плечу.

— Почему ты говоришь об этом только сейчас? Столько лет ты помогал Милораду, а что случилось теперь? Замучила совесть?

— Какая разница?

— Откуда мне знать, что это не очередная подстава? Ведь ты прихвостень Лиса.

— Я предложил реальную возможность что-то изменить, а ты пошёл на попятную? Мечтать намного проще, чем устроить реальный бунт?

— Мне нужны доказательства, что ты говоришь правду. Если предоставишь факты, можешь считать нас союзниками.

— Я могу показать, — вступил в разговор Инго.

— Каким образом?

— Этому он научился у стражей, — сообщил Найрад.

— Если хочешь, сможешь всё увидеть своими глазами, — предложил Инго.

— Да вы, похоже, чокнулись.

— Попробуй, в любом случае ты ничего не теряешь, — резюмировал Найрад.

— ОК, — согласился Тео.

— Это просто чума! — отщепенец открыл глаза после показа и потянулся.

— Теперь ты веришь? — спросил Найрад.

— Не знаю, что за чертовщина, но всё выглядело так реально, будто происходило со мной. Я раньше не слышал о таких возможностях! Ты действительно научился этому у овчарок?

— Да, — ответил Инго, — как видишь, они вполне славные парни.

— Если не пытаются тебя прикончить, — добавил Найрад.

— В это трудно поверить, — пробормотал Тео.

— Вопросы веры предлагаю отложить на потом. Всё, что ты видел, можно проверить на практике. Ты встретишься с Ленни и другими в самое ближайшее время. Для плодотворного сотрудничества волкам и стражам нужно привыкнуть к друг другу и научиться работать вместе.

— Я не против, но как к этому отнесутся ребята?

— Инго научит тебя, как передать информацию остальным, — сообщил Найрад.

— Хорошо, — согласился Тео, — но как у тебя получится разделаться с Лисом?

— Предоставь это мне и стражам.

— Тогда в чём будет заключаться роль отщепенцев?

— Вам тоже придётся пойти на определённые риски, распространяя эту информацию среди жителей общин. После того, как Милорад лишится поста, необходимо оказать мне поддержку как следующему лидеру.

— Но мы не принимаем лидеров.

— Боюсь, на какое-то время придется поступиться идеалами свободной жизни. Только объединившись мы сможем противостоять Анти.

— Как ты собираешься это сделать? Допустим, у тебя получится расправиться с Лисом. Вероятность того, что успех повторится в других общинах ничтожно мала. Думаешь, так легко сместить лидера, и остальные запросто примут это? Милорад обратится за помощью. У тебя не будет шансов выстоять против ментального натиска нескольких вожаков.

— Предлагаю сосредоточиться на текущих задачах, остальное — не твоя забота. Если каждый выполнит свою часть сделки — успех гарантирован.

«Ну, и что же мне делать теперь?» — подумал Найрад распахивая скрипучую дверь. Парень вышел на крыльцо обшарпанного дома и вдохнул прохладный сырой воздух.

Найрад сел на ступеньки и задумчиво смотрел вдаль. Он был рад, что у него получилось выкроить минутку наедине с собой. Ну, или почти получилось.

— Скоро здесь будут гости, — пискнул проводник, материализовавшийся на его плече.

— Анти? — Найрад опасливо оглянулся.

— Твои дружки из общины, — ответил птах.

— Даже не знаю, что лучше, — Найрад устало потёр виски, предвкушая предстоящую головную боль.

С сородичами, лично знавшими его прототипа, Найрад чувствовал себя не в своей тарелке. В такие моменты он ощущал себя актером, не удосужившимся выучить роль перед тем, как выйти на сцену.

— Я буду рядом, — успокоил его пернатый суфлёр, и, хлопнув крыльями, скрылся из виду.

Не успел птах замаскироваться, как напротив крыльца открылся портал, и оттуда вышли двое накачанных парней неформального вида.

— Ну и как это понимать? — вместо приветствия спросил кудрявый блондин.

— Верзилу зовут Бут. Он недоволен, что ты болтаешься с отщепенцами.

По тому, как парень обратился к нему, Найрад понял, что тот был из ближайшего окружения прототипа. Никаким почтением, которое оказывали рядовые члены общины, здесь и не пахло.

— Какого фига ты вытащил этого клоуна? — с наездом спросил второй.

Найрад устало вздохнул. Этот спектакль ему уже порядком надоел, но деваться было некуда.

— Ходят слухи, что ты слетел с катушек, — сообщил Бут, заглядывая в глаза, будто пытаясь найти во взгляде признаки безумия.

— Я в порядке, — коротко ответил Найрад.

— Что за цирк? — спросил коротко стриженный здоровяк, которого по словам птаха звали Гервас.

— Т-с-с! — шикнул Найрад, — не хватало, чтобы нас услышали.

Найрад шагнул под козырёк подъезда и жестом подозвал "приятелей".

— Кто просил вас заявляться сюда и поднимать шум? — прошипел он.

— Может объяснишь, в чём дело? — насупившись потребовал Гервас.

— Я работаю под прикрытием, а вы можете всё испортить.

— С чего это вдруг ты занялся подобными делами? Будто у Милорада мало лазутчиков.

— Дело серьёзное! — возразил Найрад, — отщепенцы готовят крупный заговор против правления общин.

— Эти слюнтяи? — усмехнулся Бут.

— Не суди о том, чего не знаешь, — резко прервал его Найрад, — вместо того, чтобы вестись на нелепые слухи о моём сумасшествии, лучше бы пораскинули мозгами, прежде чем являться сюда.