Песнь койота. Дилогия (СИ) - Кота Анна - Страница 54

— Тренируемся, — улыбнулась Кейса.

— Это дело хорошее, — ответила Агнесс, — позанимаешься с ней в свободное время? — лесная жительница обратилась к Найраду.

Похоже, она догадывалась, что оборотень совсем не против. Порой Найрада раздражало, что отшельница читала его, как открытую книгу.

— Посмотрим, — неопределённо буркнул он.

Кейса подняла сумку и направилась к дому. Поравнявшись с Агнесс, она обменялась с ней странным взглядом. Хозяйка кивнула и зашагала прочь по лесной тропинке. Найрад остался на полянке один. Он наблюдал, как девчонка поднималась по ступенькам, и размышлял, каково это — иметь дом и жену. Как скитаться по миру, не имея пристанища, ему было хорошо известно.

Оборотень подумал, что выбрал не самый подходящий момент, чтобы мечтать о мирном жизни. Всё, что происходило с ним в последнее время, напоминало прямую тропинку к обрыву. И чем дальше он шёл по ней, тем сильнее сгущались тучи над головой, намекая, что главная битва ещё впереди. Вступить в неё то же самое, что шагнуть в пропасть.

На словах Агнесс всё выходило красиво. Они победят в войне, скинут Лиса с поста вожака. Агнесс внесёт коррективы в правление общин, а он сможет спокойно жить своей жизнью. Только Найрад не верил, что всё сложится так удачно.

Кейса скрылась в доме. Найрад взглянул на чистое небо без единого облачка. Осенью оно казалось особенно прозрачным. Солнце стояло высоко над горизонтом, слепя глаза.

Найрад ощутил прилив энергии. То ли лес поделился с ним жизненной силой, то ли красота осенних пейзажей радовала его измученное сердце, но на душе у него вдруг стало спокойно.

Скинув кофту, оборотень встрепенулся всем телом и отдался желанию слиться с ритмами природы. Приятная дрожь пробежала по мышцам, Найрад встряхнулся и подпрыгнул.

Огромный волк приземлился на поляну, и хотел было рвануть по тропинке вглубь леса, но нехорошее чувство остановило его.

Оборотень замер, почувствовав сгусток враждебной энергии совсем рядом.

Огромный овчар со вздыбленной шерстью стоял в нескольких метрах от него. Верхняя губа пса подрагивала, а тёмные бусинки глаз угрожающе блестели.

В волчьем обличье он мог обогнать любого пса, но перед ним была не обычная собака. Анти выводили стражей для охоты на таких как он. Найрад лихорадочно соображал, что же делать, а овчар приближался крадущейся походкой.

Низкое гортанное рычание стража вывело его из ступора. Мысленно оборотень передразнил Агнесс: «посмотри, пёс совсем не опасен». А ведь он ему повязки менял!

Найрад словно поменялся местами с Агнесс. Сам он тоже напал на неё сразу после выздоровления. Агнесс назвала бы это кармическим воздаянием.

— Послушай, — прорычал Найрад, расправляя плечи, — я не враг…

Ричи оскалился. Шерсть на крупе взметнулась вверх. Он хищно пригнул голову. Складка между бровей поползла к носу.

Язык тела говорил, что овчар не настроен на разговор. В следующее мгновение страж бросился на волка, целясь в глотку.

Острые зубы приближались к цели, как в замедленной съёмке. Клыки уже коснулись шерсти.

Неожиданно пёс завис перед ним. Овчар застрял в воздухе с разинутой пастью, а в следующую секунду резко отпружинил, словно кто-то невидимый отфутболил его обратно.

Взвизгнув от неожиданности, Ричи приземлился в нескольких метрах от Найрада.

Оборотень огляделся, ища защитника, но рядом никого не оказалось.

Овчар сидел на собственном хвосте и ошарашенно тряс головой, пытаясь понять, что произошло.

На шум из домика выскочила Кейса. Как была, босая, она бросилась к Ричи с душераздирающими воплями.

Пёс вскочил на ноги, встряхнулся и снова готовился к атаке. Кейса подбежала к нему и обвила руками мощную шею.

Сердце Найрада подпрыгнуло от волнения. В таком состоянии страж мог огрызнуться и располосовать лицо или руки девчонки, или хуже того, свернуть ей шею. Найрад волновался, ибо знал на собственной шкуре, что такое приступ неконтролируемой ярости.

К счастью, ничего плохого не произошло. Овчар успокоился в её руках и повалился на землю обессиленный. Шов на холке пса разошёлся, оттуда сочилась кровь.

Страж с преданностью смотрел на Кейсу. Взгляд его постепенно угасал, а веки закрывались. Ричи потерял сознание и уткнулся носом в колени девушки.

Найрад обернулся в человека, подбежал к парочке и зажал рану стража, пытаясь остановить кровотечение.

Кейса словно обезумела и со всей силы колотила оборотня кулаками по спине, чем, безусловно, очень помогала.

— Что ты наделал? — кричала она всхлипывая.

— Ничего! — Найрад резко поднялся, стряхивая с себя её руки, отчего девчонка приложилась подбородком о плечо.

Она обиженно пискнула и отскочила в сторону.

— Извини, — сказал Найрад.

Девчонка отшатнулась от него как от прокажённого, и гневно сверкала глазами, стояла в сторонке.

— Этот бешеный напал первым. Повезло ещё, что Агнесс подвесила защиту.

Девчонка насупилась и ничего не ответила. Она не могла поверить, что её драгоценный защитник мог напасть первым.

Найрад подхватил овчара на руки и понёс в дом. Голова пса безвольно болталась. Девчонка шагала рядом, следя за каждым движением перекидыша. Найрад молча уложил пса на лежак.

Тело овчара пылало, словно раскалённая печка. Найрад посмотрел на него внутренним взором и не поверил своим глазам: жизненные показатели стража выравнивались. Каким-то чудом овчар исцелялся.

Кейса сидела возле пса, нервно ёрзая на табуретке.

— Как думаешь, он скоро поправится? — спросила она.

— Даже быстрее, чем ты думаешь, — ответил парень.

Он снова посмотрел на сияние стража. Тот выглядел почти здоровым: дыхание выравнивалось. Температура приходила в норму, а рана на холке затягивалась. Пёс крепко спал, подёргивая лапами и повизгивая, словно маленький щенок.

Глава 20

Найрад выглянул в крошечное окошко на кухне. По тропинке из леса возвращалась Агнесс. Оборотень поймал себя на мысли, что опасается стража. Ему не хотелось, чтобы пёс снова напал. Конечно, бояться было нечего, барьер, подвешенный хозяйкой, защитит, но сможет ли он контролировать себя?

Смешанные чувства, что он испытывал, глядя на бывшего Анти, выводили его из равновесия. Ричи напоминал таракана, на которого противно смотреть, но жалко раздавить.

Услышав голоса за дверью, Найрад выглянул в сени. Кейса сидела на стуле рядом с лежанкой Ричи.

Агнесс потрепала овчара по шее и разбудила. Ричи подняла и поприветствовал ее, положив передние лапы на плечи женщины. Пес лизал ее лицо и заглядывал в глаза, совсем как обыкновенная собака.

Агнесс коснулась лбом макушки пса, показывая своё расположение. Так здоровались оборотни, когда встречались в волчьем обличье. Увидев Найрада, страж оскалился и приглушённо зарычал.

— Тише, тише, мой хороший, — прощебетала Агнесс, — ты же знаешь, в моём доме нет врагов.

Женщина говорила ласково совсем как с маленьким. Голос её был слаще сахарной ваты. Ричи растаял от этих нежностей, а Найрада наоборот чуть не стошнило. Оборотень картинно закатил глаза.

— Что здесь делает волк? — прорычал овчар.

Шерсть на загривке Ричи встала дыбом, он оскалился и тревожно вертел головой, будто опасаясь увидеть по оборотню в каждом углу.

— Это друг, — Агнесс продолжила ворковать в том же духе, нисколько не смущаясь.

— Я пытался тебя найти, хотел поблагодарить за прошлый раз, — голос стража звучал хрипло и отрывисто. Странно было видеть, что пёс разговаривал.

— Знаю, — Агнесс запустила руку между ушей овчара, её пальцы плавно скользили по густой серой шерсти.

Найрад отметил, что рана на шее пса бесследно исчезла. Тот был совершенно здоров.

— Я был ранен, и Кейса…

— Теперь всё хорошо, — прервала его Агнесс.

Казалось, овчар немного расслабился, успокоенный ласками. Он зевнул и потянулся, но потом снова напрягся, словно стальная пружина.

Ричи зажмурился, зрачки его бешено заметались под закрытыми веками. Пёс стиснул зубы, сел на хвост и пронзительно заскулил. Не открывая глаз, он сдавленно прошипел: