Песнь койота. Дилогия (СИ) - Кота Анна - Страница 17

— Хоть к чёрту на поклон, — сказал Лесс.

— Куда-куда? — переспросил Инго, потирая виски.

Бывший пленник выглядел уставшим. Переговоры дались ему нелегко, за год жизни в неволе он отвык от стайных штучек и телепатических фокусов.

Майк наблюдал за отъездом Анти, патрулируя кромку леса.

— Нам не остается ничего другого, кроме как ехать в общину. — Мирта, на бегу приняла человеческий облик.

Найрад не судил её за то, что она скрыла от него свою сущность. Оказывается, не только у него от нее были секреты. Знай он, что она — оборотень, может быть, он бы тогда не сбежал. Чувство вины, которое мучило его все эти годы, постепенно отступало. Мирта тоже оказалась не без греха.

— В общину? — удивился Инго, бегущий бок обок.

Найрад невольно залюбовался Миртой. Прекрасная рыжая волчица на бегу обращается в не менее прекрасную девушку.

— Только Лис сможет собрать достаточно силы, чтобы вылечить смертельную рану, — Мирта озвучила мысли Лесса.

— Вряд ли отщепенцев примут в общине с распрастертыми объяться, — сказал Инго.

Остальные думали точно также.

— Он пострадал из-за меня, — приуныл Инго, а теперь и всем вам придется идти на поклон к Лису после стольких лет независимости.

— Не грызи себя, чувство вины ещё никого не исцелило, — Мирта легонько толкнула собрата в плечо.

Анти ретировались, и стая вернулась к раненому собрату.

Мирта легла рядом с ним и коснулась губами ложбинки между ушами, мысленно сообщая, что с ним все будет в порядке.

Раненый волк тяжело выдохнул. Остальные стояли полукругом, по мере возможности делясь силой.

Вокруг оборотней распространялось неяркое сияние, похожее на крохотные частички серебряной пыли. Воздух казался упругим и влажным, он был под завязку напичкан энергией.

Волосы на теле Найрада встали дыбом, выбросы силы вызывали у него не самые радужные воспоминания.

— Не смогу собрать много, — тихо сказала Мирта, виновато опуская глаза.

Она имела задатки целительницы, но никогда не развивала этот дар, поэтому не умела полноценно исцелять.

Сделав все, что в ее силах, Мирта перекатилась на спину и растянулась на земле, глядя в тёмное небо.

— Здесь может витать вся сила мира, но я не могу её взять, — тихо добавила рыжая, — надеюсь, того, что я отдала, хватит на дорогу.

Найрад чувствовал себя подавленным, остальные тоже. Отщепенцев совсем не прельщала идея визита в общину. К тому же Лис легко мог отправить их куда подальше — они ведь не были членами стаи. А мог потребовать вернуться обратно под свою защиту и опеку, что было бы унизительно для отщепенцев.

Оборотни чувствовали себя нашкодившими детьми, идущим на поклон к строгому отцу. Какое наказание он назначит им за неповиновение, никто не знал. Но, к счастью для Глена, в вопросах жизни и смерти чувство собственной важности отступало на второй план.

Глава 6

Найрад смотрел на мелькающие за окном пейзажи родного пригорода и боролся с нехорошим предчувствием. Он не показывался в этих краях уже много лет. Возвращение совсем его не радовало.

На подъезде к городу зазвонил мобильник. Мирта, не глядя, поднесла телефон к уху.

— Мирта?!

— Милорад Эдуардович? — удивилась рыжая.

— Пулей ко мне! — велел вожак.

— Вы уже в курсе? — вкрадчиво спросила Мирта.

— Конечно, я в курсе! — воскликнул Милорад. — Летите на всех парусах! Напоретесь на патруль — вам крышка.

В трубке послышались короткие гудки.

— Хотя бы об аудиенции не придётся просить, — заметил Лесс, привыкший во всём находить светлую сторону.

Дальше оборотни ехали молча.

С каждой минутой Найрад чувствовал себя все паршивей. Он не мог понять, коробило ли его от неизбежной встречи с Лисом или мучило дурное предчувствие. Ясно было одно: кошки скребли на душе.

— Не кисни, на радуге зависни! — сказала Мирта, протягивая Найраду конфету.

Сладкого не хотелось, и он отмахнулся от угощения. Однако Мирта не собиралась сдваваться так просто. Она ткнула его в бок и загадочно подмигнула, предлагая конфету.

Найрад в недоумении взял леденец.

— Меня не угостишь? — оживился Лесс.

— Извини, последняя, — ответила Мирта.

Как только леденец оказался на ладони, Найрад понял, что ему в руки попала редкая штучка. Такие делали в период раскола общин. Выглядели они как капля смолы, но энергия внутри конфеты помогала избежать схватки, если волею судеб тропы двух сильных оборотней пересекались. Отношения между собой у волков тогда были напряжённые. Малейший конфликт мог закончиться поединком не на жизнь, а насмерть. Стычки ослабляли общины, так и появилось эти конфеты, не позволяющие одному подчинить себе другого. Найрад видел подобные артефакты только на картинках. Он спрятал леденец в карман, пытаясь понять, зачем Мирте понадобилось делиться с ним раритетной вещицей.

Машина легко шла по ровной дороге. Случайные зеваки могли бы заметить следы перестрелки на фургоне, но трасса была пустынна. На черном минивэне они смотрелись как декор: липовые трещины на окнах, муляжи пулевых пробоин, ничего необычного, просто у хозяина туго с чувством меры.

Из-за поворота показались огни города, и вынырнула будка патрульной службы. Постовой со скучающим видом крутил жезлом из стороны в сторону. Его напарник дремал в служебной машине. Работы немного, если не сказать, что не было совсем. Ни потока фур, требующих досмотра, ни машин с иностранными номерами, только редкие легковушки и одинокий чёрный фургон.

Минивэн сбросил скорость, подъезжая к посту. Страж дорожного порядка заметно оживился и махнул палочкой, приказывая прижаться к обочине.

— Инспектор Малик, добрый вечер.

— Причина остановки? — спросила Мирта.

— Права и техпаспорт на машину, пожалуйста.

— Мы торопимся, причину остановки назовите! — раздражённо повторила девушка.

— Ремень не пристёгнут. Пройдёмте, составим протокол.

— Может обойдемся без этого?

— На что вы намекаете? — осведомился полисмен, строго глядя поверх очков. — Пройдемте! — настойчиво повторил он, указав рукой в сторону своей машины.

Мирта переглянулась с Лессом в зеркало заднего вида. Подозрительное сияние блюстителя дорожного порядка не давало Найраду покоя. Слишком ровное, словно голограмма, оно показывало полную концентрацию на работе.

Мирта вышла из машины, с силой хлопнув дверью. Ветер принялся трепать её волосы.

Инспектор повёл девушку к дальней патрулке, видимо, не хотел тревожить напарника, отдыхающего в машине неподалёку.

Ветер колотился о стекло, будто о чём-то предупреждая, в то время как Мирта шаркала ботинками по асфальту. Плохое предчувствие не покидало Найрада. Минуты ожидания тянулись медленно, беспокойство усиливалось. Он следил за каждым движением в патрульной машине. Как назло, та была припаркована неудачно, видно было только верхушки голов.

Вдруг затылок Мирты дёрнулся, словно от удара.

Найрад пулей выскочил из фургона и рванулся вперёд. До машины было всего метров двадцать.

— Ты куда? — крикнул Лесс, но Найрад не ответил.

Патрульный автомобиль сорвался с места, оставляя на асфальте чёрные следы. Водитель ударил по газам, резко крутанул руль и умчался вдаль.

Найрад бежал следом, пока хватило дыхания. Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Он чувствовал с самого начала, что тут что-то нечисто. Зачем тогда позволил Мирте сесть в эту проклятую машину?

Найрад остановился на пустынной дороге, тяжело дыша. Какое-то время он пытался вернуть дыхание в норму, услышал позади звук приближающегося мотора и отошел на обочину. Чёрный минивэн проехал мимо, не сбросив скорость. На вопросительный взгляд Найрада Медведь махнул назад, следом за фургоном ехала полицейская машина.

— Дэвушка, вас подвезти? — шутливо спросил Лесс высунувшись из окна угнанной патрульной машины.

Сирена взвизгнула, моргнув мигалками.

— Волчья срань! — присвистнул Найрад, запрыгивая внутрь, — на кой ты угнал эту тачку?