Песнь койота. Дилогия (СИ) - Кота Анна - Страница 149

На базе вовсю кипела жизнь. Возле складов толпились мужики, что-то торопливо загружая в металлические контейнеры. Три молодчика в форме Анти пытались запихнуть во внедорожник брыкающегося военного в потрёпанном мундире. Мужчина выглядел уставшим и сопротивлялся из последних сил. Анти ударил его коленом в живот, отчего тот согнулся и им наконец-то удалось запихнуть пленника в машину. Найраду хотелось помочь незнакомцу, но ему не стоило привлекать к себе лишнего внимания.

Эмиля нигде не было, но Найрад чувствовал присутствие волков каждой клеточкой своего тела.

Снаружи территорию прикрывали маскирующие чары, но то, что творится внутри никто не потрудился замаскировать. Рафинированное отчаяние, граничащее с безумием, царило в стайном эфире, заполнявшем все пространство. От этого чувства хотелось бежать, сломя голову, выть на луну, рвать на себе волосы или с разбегу врезаться головой в стену. Теперь Найрад понял, почему тот бедолага покончил с собой, а также почему Эмиль не хотел возвращаться.

Несмотря на негативные эмоции, висящие в воздухе, общий настрой был похож на кладбищенский. Волки как будто находились в замороженном состоянии и ждали приказа, который заменял им смысл жизни. Это ожидание отрезало их от внутренней пустоты, которая образовалась внутри после того, как им стерли память и уничтожили суть их личности. Все это было настолько чудовищно, что Найраду захотелось бежать отсюда подальше, но он не мог бросить товарищей.

Перекидыша тянуло к главному ангару. Судя по ощущениям, там находилась стая новообращенных.

Подбежав к ангару, Найрад увидел волчью тропу, огибающую строение. Он направился по ней и свернул за угол. Тропа вела к черному ходу, оборудованному для волков.

Раздвижная дверь отъехала в сторону, стоило Найраду приложить лапу на специальную кнопку.

Перед ним открылся темный узкий коридор. Недолго думая, перекидыш проследовал внутрь.

Все это время он пытался почувствовать, что находится по ту сторону стены, но чутье всякий раз наталкивалось на защитные барьеры, подвешенные кем-то сильным и опытным, тем, с кем ему предстоит столкнуться. Хотя перекидыш почти не сомневался, с кем он встретится в конце тоннеля. Чем обернется эта встреча, можно было только гадать, но Найрад не хотел отступать. Не зря же он скитался столько времени, пытаясь отыскать это место.

В конце коридора брезжил неяркий электрический свет, и веяло запахом незнакомой стаи.

Найрад остановился. Проход завершался аркой, ведущей во двор-колодец. Его обвивала круговая лестница, ведущая вниз и соединенная с другими этажами на разных уровнях. На железных настилах вдоль стен крепились конструкции, похожие на трансформаторные будки, предназначение которых оставалось загадкой. Внизу сидели и лежали волки. Часть из новообращенных расположилась на лестницах. Круглая площадка в центре оставалась пустой и напоминала сцену.

Увидев волков, которые не являлись полноценными, Найрад поморщился от отвращения. В месте подобном этому они напоминали канализационных крыс.

Говорить с тем, кто сотворил с живыми существами такое не хотелось. Вести диалог имеет смысл, когда есть что обсудить. А с этим чудовищем обсуждать было нечего. Найраду никогда не понять подобной жестокости, а тому, что не погнушался сотворить это непотребство, не уразуметь приверженности к ненасилию. Предателя нужно уничтожить, только вот как это сделать?

Найрад глядел вокруг и размышлял, не таясь, но вдруг прижал уши и прилег, в надежде, что его не заметит вошедшая в помещение женщина. На ней была зеленая юбка в пол, а длинные светлые волосы были собраны в косу, обернутую вокруг головы.

С момента их последней встречи Агнесс постарела. Черты ее лица заострились, вместо кошачьей плавности в движениях наблюдалась невротическая размашистость. Прямая осанка и колючий взгляд не оставляли сомнений, что она гордилась своей кровожадной стаей, подчиняющейся любому ее приказу, и способной поколебать равновесие в затянувшейся войне.

Волки смотрели на женщину жадными глазами. Они уважали, боялись и ненавидели ее, сами не зная, почему.

Найраду было больно смотреть на этих существ, лишенных воли, похожих на ходячих мертвецов. Разрушение личности мало чем отличалось от убийства. Эти недообротни были словно зомби, в которых уже не осталось жизни, а только лишь ненависть и желание убивать.

Только теперь Найрад заметил Эмиля, расположившегося среди остальных. Агнесс жестом подозвала его к себе.

Шаманка присела на корточки и обхватила ладонями массивную голову волка, заглядывая в глаза новообращенному. Зверь глядел на нее, не отрываясь, словно завороженный.

— Где же ты пропадал? — спросила повелительница.

Минуту они глядели друг на друга, затем она отвела глаза и жестом отослала зверя.

— Так-так-так, — пробормотала Агнесс себе под нос, — а вот это уже интересно.

Она прикрыла глаза и замерла, прислушиваясь. Втянула ноздрями воздух словно волчица.

— Кажется, у нас гости! — воскликнула женщина со странной улыбкой.

Найрад втянул голову в плечи, но шаманка смотрела не на него.

Из-за трансформаторной будки вышел Кайт. Он уже успел перекинуться в человека.

— А вот и наш красавчик! — воскликнула Агнесс с интонацией, не предвещающей ничего хорошего.

— Я выполнил твою просьбу, — сообщил парень.

— Отлично! — сказала Агнесс, — убейте его!

Предвкушая развлечение, волки ощерились.

— Воу-воу-воу! — запротестовал гость, — ты же обещала…

— Я солгала, — просто ответила женщина, — ну чего вы ждете? Убейте его!

Волки неспешно подступали к жертве, а не бросились всем скопом.

Найрад спрыгнул с лестницы, преградив путь новообращенным.

— А вот и наш герой пожаловал! — улыбнулась Агнесс и жестом остановила волков.

Она взмахнула рукой, запуская процесс перевоплощения.

Земля ушла из-под ног.

Найрада подхватил вихрь трансформации, заключив парня в клубок мистической пыли. Его стремительно закрутило в воздухе. А через пару секунд на пол плюхнулся растрепанный юноша.

Агнесс находилась на пике силы и не стеснялась показать свое превосходство. Больше не было смысла прикидываться милой женщиной. Перед ним стояла взбалмошная волчица, готовая рвать и метать. Готовая стереть с лица земли все, что некстати подвернется под руку, включая молодого перекидыша.

— Разве можно влиять на процесс обращения? — потирая ушибленную спину обиженно спросил Найрад.

— Ты даже не представляешь на что можно повлиять, красик! — рассмеялась она, обнажая прорезавшиеся клыки.

В раскатах смеха, гулким эхом отзывавшихся в колодце, отчетливо различались нотки зарождающегося безумия.

— Чего ты хочешь этим добиться? — прямо спросил перекидыш, кивнув на стаю новообращенных.

— А ты еще не понял? Эти жалкие людишки хотели убивать оборотней, а теперь погляди на них! Достаточно одного моего слова, и они отправятся на охоту за себе подобными. Разве не забавная ирония судьбы?

— Ты постарела, — поджав губы бросил Найрад.

— А ты нисколько не поумнел. Бросился спасать шкуру недоумка, который тебя предал.

— Мне не привыкать к предательству, — холодно ответил Найрад, пытаясь погасить пожар негодования, разгорающийся в груди.

— Ты обещала, что сделаешь меня вожаком, если я приведу к тебе Избранного! — возмутился Кайт, — так значит ты расплачиваешься с теми, кто оказывает тебе услуги?

— Заткнись, кретин! — оборвала его шаманка, топнув ногой, — а ты, — она обратилась к Найраду, — идиот, выигравший лотерейный билет силы, но оставшийся таким же жалким, каким был. Только посмотри на себя! В твоих руках было все: власть, могущество, уважение сородичей. Все, о чем можно только мечтать молодому оборотню. А ты профукал это в одночасье, как последний лузер, — шаманка скорчила уничижительную гримасу.

— Это у вас со старым интриганом сносит крышу от власти, а я мечтал о спокойной жизни.

— Ты просто глупый мальчишка! — презрительно хмыкнула Агнесс, — не знаешь, о чем мечтать.