Седьмой Круг. Свой Путь (СИ) - Великолепный Дмитрий - Страница 46

– Леонард, – несмело ответил маг. – Можно просто Лео.

– Леонард. Ага? – гулко повторил кузнец. – Так о тебе тут в округе все теперь прознают. Какой Черного Слова мастак, хоть и зеленый ещё совсем. Ну позабавил, так позавбавил! Леонард!

И Лео, позвав за собой Бьерна, отправился восвояси, смущаясь неугомонными возгласам кузнеца.

Глава 11. Жизнь в Броле

Незримые сущности – загадочные и доселе мало изученные энергетические субстанции, полноправно живущие и обитающие во всех без исключения частях Мирового Круга. Кто-то попросту называет их духами, а кто-то, стараясь проявлять более научный подход, трактует их присутствие, как аномальное формирование энергии Небесного Сердца, не сумевшее приобрести материальную форму в момент своего возникновения или утратившее её по неопределенной причине. Некоторые считают их посланниками Сердца Магии и не стесняются спрашивать у них совета, почитая их особенно мудрыми и сильными обитателями Мирового Круга. Иные, держат за мусор, ошибку природы, изводя и уничтожая таковых при любой удобной возможности. Третьи просто опасаются, держась подальше и избегая контакта с любой из незримых сущностей, какой бы она ни была.

К слову, на сегодня серди магов и прочих знатоков Незримых определилось несколько их классификаций в зависимости от силы, с которой те могут воздействовать на материальный мир и в зависимости от намерений, с которыми они действуют. Пакость – самая распространенная форма Незримых, часто встречающаяся на окраинах даже крупных городов и почти всегда – в деревнях, среди жителей которых сложно найти хотя бы мало-мальски сведущего в изгоняющих обрядах волшебника. Пакость, как это ни странно, по своему обыкновению любит сеять смуту и мелкие страхи. Поджоги, воровство ценностей, терроризирование домашнего скота и животных, – основные дела, какими эта незримая сущность любит заниматься. В большинстве своём, это слабые и трусливые духи, не способные ни на что больше, кроме как на нанесение мелкого вреда всякому, над кем судьба подшутила и наградила встречей с пакостью, а то и решила подселить таковую рядом. Благо, что существует немало заклятий и оберегов, способных спровадить пакость куда подальше или же вообще стереть ее с лица Круга окончательно. Однако, действуют такие легко и безукоризненно только на слабые сущности. К сожалению, среди Незримых могут попасться и более опасные и хитрые, способные нанести человеку вред значительный.

Кукловоды – одни из самых жутких среди Незримых. Они обладают сильной волей и могут вселяться в животных, а самые могущественные – даже в человека. Получив власть над телом, Кукловод может позволить себе заниматься чем ему только вздумается, от лица одержимого им существа. Мир знавал случаи, когда Кукловоды вселялись в волчьих вожаков и изводили целые стада скота и даже вели свои стаи истреблять крестьянские семьи. Справиться с животным, одержимым Кукловодом гораздо сложнее, потому как тот может управлять телом даже посоле того, как оно получит смертельные раны. В общем, не самый приятный из Незримых, благо, встречается он не так часто и сильно ценится среди ловцов духов, из-за чего популяция Кукловодов сегодня значительно снизилась.

В глубоких лесах или высоко в горах, не потревоженных присутствием цивилизации можно встретить особенные незримые сущности, справиться или договориться с которыми порой не под силу даже искушенным колдунам. Такие зовутся Гонцами Стихий и обычно они предпочитают не вступать в открытый контакт с людьми. Говорят, это древние жители Мирового Круга, наделенные особенными силами и знаниями и охота на многих из них категорически запрещена. Они поддерживают естественный порядок вещей в природе и для некоторых народностей Мирового Круга считаются священными посланцами Сердца Магии.

Ходят легенды, что среди Гонцов Стихий водятся Высшие Элементы – мудрое и разумное олицетворение самой стихии. Создания, посланные Небесным Сердцем для того, чтоб люди могли, общаясь и укрепляя связь с ним, черпать от них знания и учиться силе стихию контролировать. Но, как и обычно, подобные заявления остаются на уровне ничем не подкрепленных предположений и среди современных магов воспринимаются либо со смехом, либо в штыки. Мало кто из них в своей жизни встречался с Высшим Элементом, а если бы и встретился, то наверняка попытался бы подчинить его себе. Такой уж народ эти волшебники. Высокомерный и считающий себя хозяевами всего вокруг и даже магии.

Эдуардо Ганс. “Незримые сущность и как их изгонять”. Учебник для старших курсов. Школа Небесной Песни. 700 год.

– Можешь идти, – проскрипел Виго, бережно вынимая иглу из вены Лео. – Размахивай своими железками или чего тебе там угодно.

– И долго мы ещё будем?.. – спросил маг, обливая руку зельем.

– Не знаю, – крякнул алхимик. – Как тварёныш подрастет, так и будем дальше думать. А пока…

– Понимаю, – собираясь, Лео побаловал алхимика смекалкой. – А пока я помалкиваю и занимаюсь своими делами.

– Всегда бы так! – впервые Виго скривил губы в улыбке.

Не успел Леонард выйти наружу, как схватился за меч. Прошёл уже месяц с тех пор, как поселился он в доме алхимика. За это время поднабрал он мясца в животе и плечах, и больше не походил на деревянную вешалку: туника не висела больше на нём мешком.

Ничем кроме упражнений с клинками Лео не занимался. Прибавился аппетит, окрепли ноги, ловчее двигалось тело. Но появилось ещё кое-чего, что беспокоило его теперь сильнее остального. Потерялась магия. И простейшие чары не откликались теперь на его зов. Как бы он не тужился, не удавалось ему и муху подманить. А Дрейк, как говорил он сам, не знал, пройдет ли это когда-нибудь. Нечеловеческая сила, какой вейлинг поделился с Лео в тот раз, оставила неизгладимый свой след. Таковой была плата – дорогой расчёт. И перспектива остаться колдуном-калекой совсем не грела и без того замученную душу.

Но сейчас Лео решил не переживать по чём зря. Твердо он намерился сделаться славным мечником и всё своё время теперь посвящал искусству сражения.

За дело взялся и Бьерн. Маг сумел договориться с ним о занятиях. Совсем, как раньше, сражались они и отрабатывали удары и выпады, оборону и наступление. Только больше Бьерн не болтал, не задорил, не отпускал филигранные свои подколки и лишь изредка возникал в голове, давая сухие наставления по делу.

Но и этого было достаточно. Несказанно радовался Леонард, что Бьерн не забывал знаний. Но делился он ими теперь нехотя, вынуждено, со строго чьего-то дозволения. С другой стороны, неживой кузнец больше не колошматил своего ученика во время практик нещадно. Всякий раз безукоризненно успевал он остановить удар холодной, стальной рукой, когда вот-вот он должен был достигнуть цели. Не покрывал он больше Леонарда синяками и ссадинами, а маг так и продолжал сжиматься и щуриться, в ожидании хлестких, болезненных оплеух.

Совсем вымотал себя Леонард. Сегодня он чувствовал усталость. Дух и тело требовали отдохнуть от череды бесконечных тренировок. Палаш то и дело выскальзывал из рук, движения давались с болью. В очередной раз пропустив самый простецкий выпад Бьерна, Лео вздернул плечами и остановился. Нужно сделать перерыв, так подумал он.

Всё утро размышлял Лео о том, где бы и как ему поразвлечься, перебирая в голове известные способы. Ничего лучше, чем найти кабак ему не придумалось. Вот только, где начать поиски и как раздобыть денег он даже не представлял. Все его сбережения покинутыми остались в Великой Кузнице Мордгарда, а здесь никто ему не платил. А о том, чтоб найти какую-никакую работенку Леонард и не помышлял.

– Послушайте, Виго, – осторожно прервал маг труд алхимика, вернувшись в лабораторию.

– Ну и чего тебе опять? – ворчал тот, не отрываясь от дел.

– Мне бы… – стиснул зубы и глубоким вдохом набрал в легкие Леонард храбрости вместе с воздухом. – Разжиться бы деньгами. Посоветуете работенку? Я ведь мог бы быть полезен…