Большой мир. Книга 2 (СИ) - Олегович Дмитрий - Страница 30

Убить белобрысого, пока он не знает обо мне, было бы предпочтительнее, но может так получиться, что его щит выдержит. А еще он может оказаться целителем или, вообще, перед смертью успеть убить мальчика. Поэтому я решил избавиться от толпы, пока есть возможность, а там будь как будет.

В моей руке уже покоился малый алмид, и как только Сосуд опустел, я тут же впитал сорок фер. Под выкрики засуетившихся разумных, я повторил процедуру. Еще два атлана рухнули, и последний малый алмид упал на землю вместе с ними, восполнив мне ману.

Легко убивать не подозревающего о тебе противника на расстоянии. В такой ситуации я бы не отказался от лука, но таскать на себе оба оружия слишком неудобно. Меч не оголишь достаточно быстро или лук придется постоянно носить в руках.

Но недолго музыка играла, и меня слишком быстро заметили. Я не стал больше атаковать структурами и оставил ману только для щита. Разбежались с Сеарой в разные стороны, без приказа, будто понимали одно и то же.

На то место, где мы были, сразу обрушился шквал структур, едва не задев мои пятки.

— Стоять! — внезапно крикнул переговорщик, а я, успев спрятаться за деревом, пытался выровнять дыхание и до хруста сжал рукоять меча. — Я сам хочу его выпотрошить! Займитесь гребанным зверем.

Белобрысый главарь достал гладиусы и пошел на меня, двое оставшихся отвернулись к притаившейся в тени Сеаре, глаза которой сияли. Один целился луком, второй достал двуручник.

Больше никто не атаковал чарами. Нирай просто стоял на месте с опущенной вниз головой.

— Вы убили невероятно много отличных ребят, — хрипло произнес белобрысый, огибая корягу. — Немыслимо. Я настолько зол, насколько это возможно. И ради чего? Ради этого хвостатого? Он ведь всего лишь ублюдок! А ты, мать твою, атлан! Ты хоть понимаешь, что его мамочка войну развязывает? Понимаешь, тварь? Эти ребята всего лишь защищали себя и свои земли, пусть за золото, но они делали честную работу!

Я сглотнул, чувствуя, что его слова пронимают меня. Но время жалеть себя будет потом, если выживу.

Мужчина разогнался, и мой полуторник начал звенеть, ловя невероятно быстрые удары. Я даже не мог отвлечься и посмотреть, что там с пантерой.

Неминуемо гладиус врезался в щит в паре сантиметров от горла и успел потерять острие своего лезвия. А я — двадцать фер маны. Белобрысый отпрыгнул назад, и между нами, запоздало, обрушился мой полуторник.

— Это что за херня… — уставился он на обрубок клинка, замерев на месте. — Кто ты?

Раздался животный рык, отчаянный, и я повернул голову в сторону звука. Сеара прижалась к земле, в ее левой лопатке торчала пара новых стрел, шерсть в тех местах покрылась льдом. А перед ней размахивал двуручником атлан, не давая двинуться.

Отчаяние затопило меня. Я теряю Сеару. Теряю доверенного мне зверя, которая, как оказалось, билась рядом со мной до последнего. Даже когда я сомневался в этом.

На смену отчаянию пришла лютая злость. Даже ненависть. Все тело напряглось, я зарычал, перехватил между пальцами рукоять меча и бросил его, как копье, в ничего не подозревающего лучника. Он стоял ко мне в пол-оборота, шагах в шести, в очередной раз натягивая тетиву. Острие врезалась в бок мужчине, и стрела ушла в сторону от пантеры.

— Сука! Нет! — завопил белобрысый, и мой щит обнулился.

Глава 26

Глава 26

— Аборигены чертовы, — бубнила себе под нос Тэна, уворачиваясь от очередной ветки. — Как можно было так опростоволоситься? Ну как!?

Она раздраженно вышагивала по темнеющему лесу, двигаясь в направлении, указанном Синим магом. Белая блузка, выглядывающая из-под серого легкого корсета, была уже не белой, а испачканной в красное и грязь. Обтягивающие серые брюки пестрили рваными и выжженными дырками. Небольшой заплечный мешок болтался скомканной тряпкой.

Только Синего удалось не убить сразу, чтобы пытать. Красный оказался магом тверди, и с его броней пришлось повозиться, что очень серьезно подпортило настроение агентке. Пришлось даже облечь себя в танталовую броню, чтобы не уступать в защите, чем сильно обескуражить мага.

Маги тверди были самыми раздражающими противниками, и Тэна была из их числа. Помимо того, что она могла бросить чем-нибудь, еще и броней себя покрывала. Дистанционные атаки таких магов слабее, чем у тех же самых у стихийников, поэтому магия ветра всегда исполняла роль оружия девушки, и она ни на что не жаловалась.

Тем не менее, даже местный Красный мог истощить противника своей защитой. Самыми же неубиваемыми по опыту агентки были те, кто сочетал в себе магию тверди и целительства.

Девушка проматывала события во Дворе и дивилась, как сразу не раскусила Красного с его допросом. Она решила, что это простой спортивный интерес — узнать силу союзника, но оказалось, сведения нужны были для расчета стратегии нападения. Это не помогло бы остальным, но все равно раздражала сама попытка.

Для Тэны та ночь была жаркой. Во всех смыслах. Пришлось убить двадцать наемников, плюс Синего мага и попутно сжечь весь Двор. Сожгла не она, а один из огневиков, но менее горячо от этого не было. И все бы ничего, хоть и устала серьезно, но пока она разбрасывалась магией, другая группа успела забрать мальчика, вдобавок похитив их же виверн. Это она узнала от Синего, который довольно серьезно был намерен молчать и продержался целый час.

— Чертова королева, — бросила девушка, снова активировав усиление тела и ускорилась не хуже, чем лесной зверь.

План предателей был прост. Отвлечь девушку одной группой и украсть фойре другой. Они не знали насколько Тэна сильна, хоть слухи и настораживали. Но слухи можно распустить какие угодно. Тем не менее, заказчики перестраховались и вывели на нее кучу народу.

Единственное, о чем искренне жалела девушка, это смерть служанки. Женщину убили предатели маги, что летели с ними. Синий маг поплатился за это, даже тогда, когда выдал всю информацию за обещание не убивать.

Ночь густела, мошкара раздражала, ноги устали. Но в светящихся синим, словно вековые льдинки, глазах девушки, казалось, даже прыгали языки холодного пламени от гнева, который пылал внутри ее сердца. Как и любой, кого когда-нибудь обманывали — она ненавидела предательство. Она хотела не просто отобрать назад мальчика и довести его до нужного места, но и убивать всех, кто будет препятствовать ей.

Внезапно она замерла, услышав вдалеке громкий хлопок, и приложила недюжинные усилия, чтобы резко затормозить. На северо-востоке от того места, которое указал Синий маг, в небо поднялась красная комета, затем еще одна и еще.

Тэна уставилась на такой знакомый и такой чуждый сигнал. Знакомый, потому что ей было известно о таком древнем способе передачи информации. Но она не могла понять, что именно сообщает неизвестный.

Нахмурившись, девушка посмотрела в сторону, указанную Синим предателем, затем снова на падающие патроны. Она еще не видела на этой планете подобных снарядов и понимала, что там происходит что-то весьма интересное. На Фариде вообще слабо дружили с пиротехникой. В основном ею занимались грендар, но распространяли очень неохотно и под жестким контролем. Слишком опасная штука для магов со щитами нище третьего уровня, особенно порох.

На ее родине тот же порох уже давно не использовали, но технология существовала, как минимум для изучения и технических нужд. А пиротехника осталась только в виде светового шоу.

— Чертовы аборигены, — поморщилась Тэна, решив проверить, что там происходит. Был шанс, что это связано с ее заданием. Даже если не связано, это было слишком необычно для того, что она успела узнать об этой планете, и лучше быть в курсе таких вещей.

Снова использовав усиление тела, наемница взяла скорость и, ловко перепрыгивая коряги, устремилась на красный свет. Пока она приближалась к месту действа, световое представление стихло, и Тэна даже огорчилась, решив, что виновники торжества покинули территорию.

Уши уловили рычание совсем близко, и девушка резко остановилась, едва не врезавшись в дерево. Завертела головой, вспоминая, откуда шел звук, и сделав десяток шагов назад и в сторону, наткнулась на связанную атланку. К незнакомке приближался черный жерек, истекая слюной, а рядом, с парой ледышек в теле, лежало двое мохнатых сероволков.