Дикий Огонь (СИ) - Смирнова Екатерина Александровна - Страница 30

;

Глава 9

Синие глаза снова смотрели осмысленно, но бледность с лица никуда не ушла. Сон пошел Проповеднице на пользу, но она по-прежнему напоминала ходячий труп. Хорошо хоть шататься перестала. И по-прежнему мерзла: узкие плечи сутулились, руки прятались в рукава. Колдун подошел и укрыл ее своим плащом.

- Женщина, - негромко позвал Аскольд. – Отойдем, хочу поговорить.

Вокара с усилием поднялась и покорно пошла следом за магом. За ночь с неба натекли приличных размеров лужи, девушка чуть не ступила в одну из них. Аскольд вполголоса помянул Шамора и взял Проповедницу под руку, подталкивая на более-менее сухой участок земли. Да что с ней такое? Спотыкается на ровном месте. Ее как будто выжали досуха.

До полуразвалившегося барака на окраине лагеря ее пришлось практически тащить. Аскольд доверял своим людям, как себе, но при этом разговоре посторонние уши и глаза ни к чему. Колдун усадил девушку на устланную серстским шелком кровать, опустился напротив и пристально уставился на нее. Проповедница тут же закуталась в ткань.

- Ты не слишком-то испугалась вчера.

Девушка пожала плечами.

- Я испугалась, но не визжать же мне от ужаса. Не будь обо мне слишком низкого мнения, Аскольд. Я уже видела чудовищ. И обычных, и в человеческом обличье.

- Ах, прости. О, воительница в белых одеждах, разящая не мечом, но словом, неустрашимая проповедница, светоносная и благая, гроза чудовищ.

Проповедница не отреагировала на насмешку.

- Она сожрала пятерых моих бойцов. Признаюсь, эта тварь совершила невозможное: ее я ненавижу даже больше, чем Рёгнера.

- За что ее ненавидеть? Она родилась монстром.

Колдун поднял бровь.

- Да ладно? Только не говори, что ты добра и благостна настолько, что жалеешь пытавшееся сожрать тебя чудовище, это будет слишком для моей хрупкой душевной организации. Может, и с ней заключишь перемирие? Будем каждый день скармливать ей кого-нибудь из свиты Рёгнера, а она взамен не будет трогать всех остальных. Разумный компромисс, раз уж ты любишь и жалеешь абсолютно всех, даже монстров.

Проповедница покачала головой. Она по-прежнему не улыбалась.

- Не всех. Она родилась чудовищем, в отличие от людей, которые ими становятся. Я не жалею абсолютно всех, Аскольд.

- Это был выпад в мою сторону?

- Нет. Я просто задумалась. О чудовищах. Я часто о них думаю.

- И что же думает о чудовищах прекрасная Вокара?

- Мне их жалко. Знаешь страшилку об упырях, что ходят ночью? Говорят, если накануне родов молоко скиснет, а с утра трижды прокричит черный петух, ребенок родится мертвым. И, если тельце не сжечь и пепел не развеять, он будет расти в могиле, пока не станет взрослым. А потом однажды пробудится, и с тех пор рядом с его могилой начнут находить высушенные трупы.

- Это всего лишь сказка. Мир наш, конечно, ужасен, но не настолько, чтобы мертвецы восставали из могил.

- Я знаю, Аскольд. Но, если бы эти твари существовали, вдруг бы они все понимали? Вдруг бы они были почти как люди? Обычные люди, превращенные в упырей. Может быть, добрые. Не желающие быть монстрами, не выбиравшие быть такими. Может быть, сопротивляющиеся своей сущности до последнего, мечтающие быть нормальными, жить среди людей. Они дают себе клятву не убивать, но проходит день, два, и их начинает терзать голод. Страшный голод, нестерпимый, жгущий огнем, выворачивающий внутренности. Утолить который может только человеческая кровь. И в конце концов они сдаются. Превращаются в чудовищ, которыми были рождены. Просто потому, что их выбрала и прокляла какая-то злая сила. Бездумно, безвинно, может быть, просто из прихоти. Прокляла и превратила в монстра. Ты думал о таком когда-нибудь?

Аскольд покачал головой. Почти с восхищением. Кто бы мог предположить, что в этой хорошенькой головке водятся такие фантазии.

- Не думал. Но теперь, боюсь, страдающие упыри будут преследовать меня в кошмарах. Мне-то казалось, твои мысли занимают прекрасные юноши и розовые единороги.

Проповедница грустно улыбнулась.

- Ты плохо меня знаешь.

- Да, я уже понял, что ты сплошной сюрприз. В связи с этим мой вопрос, - колдун взял ее за руку. - Кто ты такая?

Проповедница дернулась. С удивлением посмотрела на него. Старательно изображая удивление.

- О чем ты? Я всего лишь обычная девушка, призванная ко двору и милостью Светозарного наделенная даром убеждения.

- Для обычной девушки, - Аскольд резко дернул руку Вокары на себя, - вокруг тебя происходит слишком много странного.

Огнетворец задрал рукав. Запястье покрывала сеть еле заметных шрамов.

- Вчера я видел на тебе порезы. Сейчас они волшебным образом затянулись. Кто этот сделал?

Девушка молчала, плотно сжав губы. Колдун посмотрел ей в глаза в ответ и нехорошо улыбнулся.

- Кто это сделал? – повторил Аскольд.

Вокара, наконец, нехотя разлепила губы.

- Порезал или исцелил?

- И то, и другое.

Проповедница помолчала снова.

- Никто.

- Не держи меня за идиота. Кто-то издевается над тобой. Я знаю одного человека в городе, которому нравятся подобные развлечения.