Семена Хекка (СИ) - Венский Дэ - Страница 29

Проскользнув под мечем, Зерда бьет Синса по запястью, от чего он роняет оружие. Оставив церковника за спиной, отбивает мой выпад железным наручем и хлестко бьет по носу. Добавляет пинок, откидывая меня в сугроб.

Синс хватается за кожаный рюкзак на спине девушки и дергает на себя. Зерда не сопротивляясь пятится назад. На третьем шаге наступает на ногу церковника. Остановив воина, позволяет крепким ручищам, железной хваткой перехватить ее горло. Докс, замирает рядом с нами. Дождавшись удобного момента, он разряжает арбалет.

Пленнице удается невозможное. Откинув голову назад, она бьет лицо Синса затылком и тянет воина, разворачивая его тело на линию огня. Все это за короткий миг: от начала движения пальца Мастера Докса, до сухого щелчка натяжной веревки арбалета. Синс падает под ноги девушки. Хорошо, что это был всего лишь отравленный дротик.

— Отродье Красного Неру, — выругался Докс.

— Слуга ящерицы! — не осталась в долгу она.

Девушка повернулась ко мне спиной и я, как и Синс, дернул ее за ручку рюкзака. В этот раз он не выдерживает и с треском рвется, роняя содержимое, на утоптанный снег испачканный моей кровью. Тубус, заполненная колба с толстыми стеклянными стенками и несколько потрепанных книжек.

Зерда повернулась, зло сощурив глаза. Я отступаю назад, держа в руках оторвавшуюся часть рюкзака. Один глаз девушки явно не человеческий: полностью синий, без зрачка. Ловко подкинув ногой меч, она угрожающе прошипела:

— Вырежу из тебя хороший кусок кожи, чтобы сшить новый…

И она вырезала бы, но с боевыми кличами из ближайшего прохода вылетели близнецы. Докс тоже пошел в наступление. Зерда оглядела разбросанные вещи и поняв, что не сможет их забрать бросилась прочь, попутно отбив дротик выпущенный Тохом или Тином.

— Пусть уходит, — приказала Докс, подбирая выпавшие из рюкзака предметы, — Берите Синса и бегом отсюда.

Огонь уже подобрался к ближайшему дому и от сильного жара начал таять снег.

***

После того, как я закончил рассказывать о приключениях на рынке, Нил встал и заходил по комнате. Через пару минут его прогулка закончилась возле шкафа с одеждой.

— Как не вовремя, — сказал он, доставая черную шубу до пят, — Мне как раз должны были привезти интересный заказ. Придется лезть в тайник, а поскольку ты отчасти виновник этого безобразия, пойдешь со мной. Это безопасно, но подстраховка нужна, на всякий случай. Поможешь старому настоятелю?

— Не такой уж ты и старый, — ответил я, вставая из-за стола, — Но почему бы не прогуляться. Куда направимся?

— Расскажу по дороге, — махнул он рукой на дверь, — Идем.

Мы вышли из храма и через несколько минут сели в повозку. Когда большая стрелка часов на высокой башне, почти добралась до цифры шесть, лошади остановились у городского парка. Здесь установили большие горки, палатки с едой и построили снежную крепость. Народу собралось столько, что запусти снежок, он точно найдет цель.

Однако к веселью мы не присоединились. Отойдя на квартал, Нил повел меня вдоль стены из обожженного камня, напоминающего неровные кирпичи. Церковник замедлил шаг пропуская случайных прохожих и стал внимательно осматривать узор кладки прямо возле дерева, что росло по ту сторону преграды.

Грегич нашел что искал, и ещё раз убедившись, что на нас никто не смотрит, толкнул неприметный камень. В стене появился проход, в которой он ловко прыгнул, поманив за собой меня.

Пока все шло спокойно, но не смотря на слова Нила, о том что дело плевое, я не расслаблялся. В глубине участка, за разросшимися деревьями, на ветках которых птицы сплели множество гнезд, прятался особняк. Его белые стены изрешеченные черными провалами окон, словно обглоданный скелет древнего чудовища, мерцал в темноте. Ни единого огонька, даже тусклого лучика свечи. Появилось ощущение, что хозяева давно покинули это место.

К дому мы подошли не скрываясь, прямо по расчищенной от снега дорожке. Она словно вела нас в западню, ведь не смотря на отсутствие владельцев, за особняком, как оказалось, присматривали. Двери были запечатаны. Нил не стесняясь достал нож и просто срезал их. Потянул ручку массивной двери на себя и мы вошли.

Внутри дома было темнее, чем на улице. В одном из черных углов звонко капало. Кап… кап… Нил отмер первым и подойдя к окну дернул штору в сторону, окрасив комнату в красноватый оттенок — большая снежная туча растворилась, открыв «глаз» Красного Неру на звездном небе. Сегодня последняя ночь, перед тем как он закроется на несколько месяцев.

— Если все настолько просто, то зачем я тут нужен? — шепотом спросил я, прогоняя зарождающееся чувство ужаса. Страх детства, который с возрастом не пропал, а стал только сильнее, начал окутывать конечности липкими щупальцами.

— На всякий случай. Я ведь уже не молод, — ответил он.

— Что за странные печати на входе? — Лишь бы Нил не замолкал.

— О, я же не успел рассказать, — он пошел к лестнице на второй этаж, — В этом месте жили люди готовившие переворот и покушение на епископа. Как видишь, у них из этого ничего не вышло. Всех убили, а особняк оставили не тронутым. Иногда здесь проводят экскурсии для дворян, чтобы помнили, что будет если пойти против церкви…

— Их надеюсь не здесь лишали жизни? — спросил я, когда ступеньки закончились.

Нил не ответил. По правую сторону коридора, кто-то шел к нам, освещая путь масляной лампой. За пустыми рыцарскими доспехами выставленными в ряд, висела волнистая штора, за ней мы и спрятались.

— Я точно что-то слышал! — донесся до меня голос, приближающегося человека, — Будем поднимать церковников?

— Погоди ты! Кто сюда залезет Кварис? Всех тупиц, кто соблазнился богатством этого семейства давно переловили и отправили в подвалы церкви, а там так просто тебя не казнят. Умереть в страшных муках ради пары сотен золота?

— Может это не упокоенные души хозяев? Епископ же их проклял! И Неру так ярко светит, в последний день… — сторожа поравнялись с нами и остановились, поднеся лампу ближе к шторе. Они что-то внимательно рассматривали рядом со мной, отчего я напрягся, готовясь нанести удар первым.

— Ну все! Пойдем отсюда Кварис, хватит на них пялится, ещё вылезут из картины.

Когда шаги стихли в другой части дома, мы вылезли.

— Тут есть люди? — спросил я, пытаясь рассмотреть то, что привлекло внимание охранников. Слишком темно, чтобы что-то увидеть.

— Конечно есть. В первое время тут торчал целый отряд в ожидании возвращения случайно выживших хозяев, их дальних родственников и друзей. Забирали всех названных гостей и больше их никто не видел.

— Сильно же они разозлили епископа.

— Не то слово. Каликст голыми руками разнес пол особняка от ярости, — Нил, повернул пройдя длинный коридор и мы вновь пошли по лестнице, — Стоун сам предложил кандидатуру епископа, когда король умер. А затем, что-то произошло и он изменил свое решение.

— У короля не было наследников?

— Сын погиб при странных обстоятельствах, почти сразу после смерти отца. Следующим на очереди был Стоун. Он носил всего один лист. Но первый в очереди, отказался…

— А ты хорошо знаешь тут все. Ты случайно не…

— О, нет. Я вел дружбу с сыном Стоуна. Мы вместе учились. В детстве тут все облазил, пока в прятки играли.

— А его тоже казнили?

— Его больше не существует.

На третьем этаже мы пошли по коридору, служившей картинной галереей. Обе стены усеяны большими и маленькими квадратами рамок. Чтобы разобрать что изображено на этих картинах или портретах, не хватало света. А после того, как меня неожиданно окатила холодная волна воздуха, и перед идущим впереди Нилом упала одна из рамок, мне стало не до этого. Глухой звук, казалось разлетелся эхом по всему дому. Пробрало и церковника. Он остановился, сделал круговое движение рукой и что-то зашептал.

Пройдя десяток шагов, мы вошли в комнату. Закрыв за собой дверь, Нил зажёг маленькую свечку. В помещении было пусто, только голые стены, украшенные барельефом.