Русалочья кровь (СИ) - Святненко Ева - Страница 31

«Найти надо ту призму. Срочно бежать, спасать», — дёрнулась было Настя, но грёза не отпустила. С высоты птичьего полёта рухнула Настя вниз и оказалась на маленькой полянке. Перед ней лежала неизвестная бледная девушка, и стояла Дарина с призмой в руках. Губы полуденницы шевелились, и Настя с ужасом поняла, что та читает заклятье. Каждое новое слово протягивалось тонкой нитью между призмой и неподвижной девушкой на земле, каждое новое слово съедало силу Николая и вливалось в жилы спящей или мёртвой красавицы. Когда красавица открыла глаза, призма опустела. И опустело сердце Насти — Николая больше нет.

Мелькнула мысль, что она сама виновата в произошедшем. Не попроси она тогда помощи у Дарины, то Лиза бы не стала русалкой. Тогда бы всё сложилось иначе. И Николай был бы жив.

Настя отбросила эту мысль, как неправильную. Не хотелось думать, что виновата она одна. Нет, это Лизкины происки. И она ей ответит за то, что сделала.

— Куда ты собираешься? — поинтересовался Славка.

— В Обитель пойду. Надо, срочное дело.

— Что-то случилось?

Настя сделала вид, что не слышала.

— Я с тобой пойду, — Славка натянул свитер. — Не спорь! В таком состоянии одну не отпущу. Жемчужину возьми на всякий случай.

Настя послушно уменьшила Жемчужину до размера горошины и положила в карман. Она могла бы из любого места свой артефакт призвать, но для этого требовалось время и условия для сосредоточения. Славка прав — лучше держать Жемчужину при себе. Так сразу чувствуешь себя увереннее. Мало ли, что Лизка выкинет.

Двое выскользнули из квартиры, оставив Максу за главную и направились в Обитель русалок. Утренние сумерки позволили Насти идти без капюшона, и она наслаждалась свежестью и ветром. Начиналась среда, первое августа.

***

За несколько километров от центра города стояли две девушки — беленькая и тёмненькая. За плечами у обеих рюкзаки. В руках у брюнетки — небольшой ржавый серп.

— Мне кажется, надо идти на восток, — беленькая указала на восходящее солнце.

— Мне без разницы, куда ты захочешь, сестрёнка. Ты только не покидай меня больше.

— Не покину, — лицо блондинки озарила светлая улыбка. — На той стороне может быть так же плохо, как и на этой, если никто тебя не любит.

— А ты научилась любить? Как это?

— Думаю, ты знаешь. Ты всегда знала, Дарина.

— И всё равно, расскажи мне, Беляна.

— Расскажу. Впереди у нас долгий путь!

Сёстры кинули последний взгляд в сторону Сервуги и шагнули в поднимающийся туман. Больше их в городе не видели.

Глава 16

Так случилось, что первого августа все русалки собрались в Обители. Кто-то пришёл случайно, а кто-то целенаправленно планировал свои таинственные дела на этот день.

Обитель представляла из себя частный дом с двумя этажами. Внизу находилась прихожая, похожая по отделке на приёмную залу какого-либо дворца, с восточной стороны была небольшая кухня, там же ванная, с западной стороны — кладовая и скромная библиотека. Наверху располагались только личные комнаты. На второй этаж вела деревянная лестница, которая начиналась из прихожей.

Ранним утром Маруся спустилась в кухню, где уже хозяйничала Катенька. Хоть русалкам обычная еда и не была нужна, а всё же Катя часто баловала сестёр выпечкой и напитками по старинным рецептам.

— Как спалось, Маруся? — заботливо спросила Катенька. — Ты не выглядишь отдохнувшей.

Старшая русалка опустилась на край стула и сгорбилась. Последнее время она чувствовала себя древней уставшей старухой.

— Маруся, давай я чай крепкий заварю. Как ты любишь, с травами разными и мяту обязательно положу, — засуетилась Катенька.

— Всё наперекосяк пошло. Жемчужина слабеет. С Настей беда приключилась. Соня с Гаяной куда-то пропали.

— Я не пропала, — прозвенел голосок Гаяны, и сама русалка впорхнула в кухню, держа за руку смущающегося паренька. — Я жениха своего привела показать. Его Анатолий зовут.

Маруся всплеснула руками, сдвинула сурово брови, но сдержалась, не стала высказываться при посторонних. А Гаяна словно почуяла и начала оправдываться:

— Он про нас всё знает. Сам догадался, я не говорила. Он видит. По-настоящему видит.

— Ладно, садитесь чай пить, а там разберёмся, — складочки на лбу Маруси разгладились. Если парень — ведун, то другое дело. Такой и пользу принести может.

Чай получился на славу. Травы так одуряюще пахли, что даже Лизу не пришлось звать, сама выползла из спальни и позёвывая присоединилась к компании.

Анатолий познакомился с русалочьим семейством, рассказал про встречу с ведьмой и травницу Инну, про свой дар и как он поборол Тамару Иванну. Гаяна сидела рядышком с женихом и не отводила от него блестящего взгляда. Лиза с завистью наблюдала за возлюбленными, а Катя не поднимала глаз от пола.

— Почти все в сборе, — Маруся окончательно успокоилась и потянулась к кружке.

— Осторожно, — нахмурился Анатолий.

— Не волнуйся, чай уже остыл, — прошептала Гаяна, — она не обожжётся.

— Не пей! — Анатолий перехватил руку Маруси и осторожно извлёк кружку из пальцев. — Что-то не так. Если сделаешь хоть глоток, то беда случится.

— Ты уверен, ведун? — побледнела Маруся, но ответа не получила, так как Лиза подскочила пружиной и набросилась на Катеньку:

— Отравить нас вздумала, признавайся! Что ты подсыпала?!

— Нет, нет! Там нет яда! — Катя отбивалась от взбесившийся Лизы. — Я не хотела вас убивать, хотела усыпить.

Анатолий обхватил Лизу поперёк туловища и оттащил от пострадавшей русалки.

— Но зачем нас усыплять? — недоумённо спросила Маруся.

— Да чтобы Жемчужину украсть. Что ж вы все тупые такие?! — выкрикнула Лиза. — Да отпусти ты меня, жених недоделанный! — это уже в сторону Анатолия.

Гаяна тихонько сидела и не знала, что сказать. Хороша она — привела жениха познакомиться, а тут такие склоки. Было очень стыдно, и от этого стыда больно жгло в груди.

— Катенька, зачем? Зачем? — горячий стыд поднялся к самым глазам Гаяны и покатился слезами по щекам. — Зачем?

— Затем! — закричала Катя. — Затем, что нет мира у вас. С оборотнями поругались, между собой собачитесь. Мы как лучше хотели с Костенькой. Но не отдадите Жемчужину по-хорошему, значит будет по-плохому.

Прежде чем её успели остановить, Катя выхватила из кармана свисток и подула в него. Тоненький свист быстро оборвался и сменился воем.

— Перевёртыши, — взвизгнула Маруся. — Все наверх, быстро, закройтесь в комнатах.

Входная дверь в Обители никогда не запиралась, и оборотням не составило труда вломиться в запретное для них пространство. Несмотря на дневное время, напавшие были в форме волков. Только лидер, Константин, оставался в человеческом обличье и отдавал команды голосом.

В следующие секунды произошло сразу несколько событий.

Катя заняла место рядом с Константином. Анатолий успел вытолкнуть Гаяну на лестницу, а сам вернулся в прихожую, собираясь обороняться прихваченным с кухни стулом. Маруся вместе с Лизой проскользнули в библиотеку и заперлись изнутри. Вслед за волками в Обитель влетели Настя со Славкой.

Настя с ходу оценила обстановку, активировала зелёную Жемчужину и обрушила на оборотней каскад обжигающих лучей. Анатолий удачно оглушил одного волка стулом и постепенно отступал к лестнице. Константин бросился к Насте, рассчитывая отнять опасный артефакт, но путь ему преградил Славка. Между мужчинами завязалась потасовка.

— Пусть атакуют библиотеку. Там Черная Жемчужина, — выдала информацию Катя.

Но волки не спешили выполнять указания какой-то русалки. Они ждали сигнала от вожака, который был немного занят. Пока оборотней заботило только то, как увернуться от зелёных лучей и убрать с дороги надоедливую кикимору. Однако, подойти к Зеленой Жемчужине ближе они не могли — артефакт разил метко.

Перевес в борьбе явно был на стороне Константина — и по опыту, и по весу. Славка проигрывал. И в момент, когда стало совсем туго появилось новое действующее лицо.