Самый разыскиваемый - Атаманов Михаил - Страница 9

Но этим летом в наш монастырь пришли жрецы в красных одеяниях, они принесли с собой подписанный наместником приказ передать монастырь церкви Единого Бога. Настоятельница была первой, кто в тот же день приняла новую религию, сохранив за собой место настоятельницы монастыря. Следом за ней все старшие жрицы и простые послушницы тоже приняли веру в Моргрима. В знак благодарности за нашу веру в него Отец Вечный выполнил по одной просьбе каждой из нас. Думаю, ты понимаешь, что загадала я.

– Стать магичкой? – предположил я.

– Да! В тот же день я приобрела способности к магии! И не как раньше было при богине Эльдоре – лишь по одной-две магических грани, способности проявились у меня во всех направлениях магии!

Я тихо присвистнул от удивления. Сразу стало понятно, почему так много оказалось магов-дезертиров из Холфорда, чем новая религия так прельщала именно волшебников – возможностью преодолеть сложившиеся ограничения и получить доступ к ранее закрытым для них разделам магического искусства была очень соблазнительной.

– Я не захотела оставаться в монастыре, так как с трудом представляла, как смогу теперь ужиться с теми жрицами, которые все эти годы унижали и шпыняли меня. Последователи Моргрима перевезли меня в Холфорд в этот самый дом. Я слышала, конечно, что тут в Зелёной Столице в прошлом году были гонения на нашу религию. Но времена изменились, и тебе тоже стоит отбросить старые предрассудки!

Мы давно остановились перед одной из дверей коридора, но я не прерывал рассказ девушки. Когда же рыжая волшебница закончила свою речь, я осторожно попробовал дверную ручку. Дверь оказалась незапертой. В небольшой комнате на стуле возле застеленной кровати сидела Миля, живая и невредимая. При моём появлении она вскочила и радостно бросилась мне на шею. Я подхватил девчонку на руки и обернулся к стоящей в дверях женщине. Та, явно довольная подтверждением своих слов, потребовала:

– Теперь развяжи мне руки. Сам видишь, с твоей Милей всё в порядке.

– Сестра Вилена очень хорошая, зачем ты её связал, Серый Ворон? – удивлённо спросила малявка. А затем неожиданно продолжила: – Это брат Кесур очень плохой и злой, ты его лучше свяжи.

– Кто такой Кесур? – насторожился я.

– Кесур – хозяин этого дома. Он мой… муж, – с небольшой паузой перед словом «муж», словно не найдя другого более подходящего слова, ответила молодая женщина. – Тот мужчина, которого ты оставил связанным на чердаке, Серый Ворон. Но почему вдруг Кесур плохой, Миля?

– Это Кесур похитил меня в прошлом году и хотел скормить варгам! – выпалила рыжая девчонка.

Вот это неожиданный поворот! Я сразу вспомнил ту осеннюю ночь и страшное логово культистов под сгоревшим домом торговца вином. И тех несчастных детей, которых последователи Моргрима принесли в жертву на своём алтаре. Особенно вспомнились мне обглоданные детские кости в мисках хищных варгов и бочка, доверху набитая маленькими трупиками. Кстати, голос одного из людей в масках, разговаривавших тогда возле клеток с варгами, действительно был поход на голос Кесура… Хотя прошёл уже год, и полной уверенности у меня не было. В любом случае эта мразь Кесур заслуживала смерти! Последнюю фразу я, видимо, проговорил вслух, так как Вилена вздрогнула и, отступив на шаг, стала допытываться у нас:

– Про что вы вообще говорите? Какое ещё похищение? – эта рыжая женщина то ли прикидывалась, то ли реально не понимала.

Тогда я ей всё рассказал о похищении Мили и обнаруженном подземном святилище Моргрима. Рассказывал я достаточно кратко, но зато эмоционально и не стесняясь в выражениях. Вилена стояла бледная и долго не могла решить, верить моим словам или нет. Я даже начал надеяться, что мне удалось переубедить молодую женщину, но ей оказалось слишком трудно поверить в страшную реальность рассказанного мной.

– Этого просто не может быть! – заявила она, резко встряхнув головой с пышной гривой рыжих волос, словно отгоняя наваждение. – За всё время, что я знаю Кесура, ни он, ни другие последователи Моргрима ни разу не сделали ничего дурного и противозаконного! Они все добрые и хорошие люди! А вот ты сам – злодей, который цепляется за прошлое и жестокостью, подлостью и убийствами пытается остановить приход новой власти. Думаешь, я не слышала от своих друзей про тебя, Серый Ворон? Но сегодня твоим преступлениям придёт конец. Я не позволю тебе дальше творить беззаконие и остановлю тебя!

После этих слов с запястий рыжей колдуньи внезапно свалилась на пол верёвка, которой я ранее связывал волшебнице руки. Прочные узлы, которым меня учили в Школе Воров, сами собой развязались! Вилена, указав на меня пальцем, выкрикнула какое-то заклинание.

Пока волшебница ещё произносила слова заклятия, я резко отпрыгнул в сторону, повалив при этом стул и больно ударившись животом об угол кровати. За моей спиной полыхнуло, сверкнуло, запахло озоном.

– Твою же мать! – когда испуг немного прошёл, я осторожно выглянул из-за высокого шкафа с арбалетом в руке и выругался.

На стене обугленной неровной кляксой красовался след от попадания чего-то мощного и явно смертельного. От висевшей на стене картины осталась лишь верхняя половина рамы. Простыня на кровати дымилась, по комнате летал пух от разорванной в клочья подушки. Миля укрылась под столиком и оттуда испуганно хлопала глазёнками. Вилена же стояла с сильно озадаченным видом и даже не сопротивлялась, когда я подошёл к ней, заломил руки за спину и заново связал запястья, на этот раз покрепче, двойными узлами. Я быстро и достаточно бесцеремонно обыскал девушку в поисках припрятанного оружия или амулетов, но ничего опасного не обнаружил.

– Почему божественное заклинание не сработало? – задала вслух мучивший её вопрос растерянная рыжая колдунья. – Молния должна была испепелить тебя! Я однажды уже… впрочем неважно.

– Ты просто промахнулась, Вилена. В быстрого вора не так-то просто попасть даже в упор. Хотя тебе это почти удалось, я едва успел отпрыгнуть, – всё ещё несколько нервничая от пережитого, усмехнулся я.

– Похоже на то. Жаль… – тихо и как-то обречённо проговорила рыжая волшебница, совсем упав духом и присаживаясь на чудом уцелевший стул.

Весь её воинственный пыл разом пропал. Передо мной была перепуганная молодая девушка, готовящаяся покорно принять жестокое наказание за попытку убийства. Наверное, она полагала, что я её сейчас убью. И понимала, что у ней нет возможности избежать судьбы.

Вилена была явным врагом, но почему-то я не испытывал ни малейшей ненависти и враждебности по отношению к ней. Просто девушка по воле случая оказалась по другую сторону баррикад, искренне верила в свою правоту, и её фанатизм было не так-то легко преодолеть.

– Я не трону тебя, – пообещал я волшебнице. – Но взамен требую честно рассказать мне всё, что слышала про меня и про планы по захвату Холфорда. И, пожалуйста, не пробуй больше колдовать, я всё равно успею выстрелить намного быстрее, чем ты сможешь развязаться или произнести заклинание.

Вилена обречённо кивнула и принялась рассказывать.

В столицу молоденькая девушка приехала в самом конце лета в составе большой группы служителей Моргрима. Поездка была давно запланированной, но несколько раз откладывалась, поскольку не было окончательной уверенности в том, что в Холфорде их нормально примут. Более опытные жрецы уже успели рассказать молодой послушнице Вилене о том, что в Холфорде в прошлом году случились серьёзные беспорядки, в которых городские власти, которым требовалось срочно кого-либо назначить крайними, обвинили служителей новой Церкви. Горожане и приехавшие на осеннюю ярмарку купцы, пострадавшие во время беспорядков, были настроены крайне агрессивно, а справедливого суда как такового не было вовсе. Всех, кого подозревали в малейших симпатиях к новой религии, городская стража хватала и отправляла на казнь. Тогда в кровавый Малый Выходной на плахах под топорами палачей погибло более тысячи верующих и еще несколько тысяч случайных горожан, попавших под горячую руку.