Остров свободный (СИ) - Роуг Натали - Страница 60

— Он обычный человек независимо от должности. Понимаешь, — потянул отец, обдумывая слова. — Харри идейный. И создание дознавателей как службы очень даже вписывается в его образ. До тех пор пока не стало ясно, что существует несколько… пунктов деятельности, внимание к которым или слишком мало, или наоборот повышено, — мужчина изобразил этот перекос по-разному разведя большой и указательный пальцы из изначального положения с равным промежутком между ними. — Связь с Элизудом прослеживалась моментально. По моему поручению эту ситуацию изучили. Как итог к сегодняшнему дню: Харри кто-то шантажирует, и вероятней всего Клайд.

— Брат? — нахмурился Итель, но, уже произнося, понял.

Тудер тоже узнал о его магии сам, пусть и случайно. Так что семья — это, пожалуй, те самые люди, которые рано или поздно узнают, если жить не на разных концах острова. Тудер сохранил спокойствие и не попытался использовать это знание во вред брату, но это Тудер. Другой человек — другая реакция. Другие отношения между братьями — другая реакция.

— В духе Клайда. Он умеет манипулировать.

К негативному образу того мужчины, что на казнь дяди Сэда пришёл в платке его региона, добавилась ещё одна так себе черта.

— А в целом хорошо всё сложилось, — улыбнулся отец.

— И что ты с ним хочешь сделать? — поинтересовался Итель.

— Действительно, что я могу сделать вместе с ним, — Толфрин нарочно выделил конец фразы, говоря, что собирается сотрудничать с Харри, а не убирать того с дороги. — Мэт, похоже, подпишу всё-таки.

— Мэт? — повторил Итель. — Не жалко его только сейчас подписывать? — невесело спросил Итель.

— Нет, — и бровью не повёл отец. — Сейчас совсем другая ситуация. Туккот сделал назначение, которое делать не в праве, Клайд выбрал худшие методы борьбы с волнениями, а у лидера дознавателей, с вето в Собрании, появились альтернативы. К этому ещё добавляется покушение на короля. Он сам по себе не в лучшей форме. Сейчас определённо хороший момент. Осталось дождаться второй встречи с Харри.

— Короля хотели убить? — удивился Итель. Об остальном он читал в газетах, но про это ни слова. — В газетах о таком бы написали.

— Элизуда сыновья пытались убить, — отмахнулся Толфрин. — О таком писать не будут никогда. К тому же не первый раз уже.

Итель молча поджал губы. Ну, да, конечно, отец может такое знать. Не стоит удивляться.

Но Мэт. Итель вспомнил Сэдерна, которые сидел в их столовой и приводил отцу доводы, что подпись того необходима. Так давно кажется что это было. Сэдерн был жив, а Итель только-только начинал примирятся с магией. Но, вспомнив про магию, Итель осознал, что возвращаться туда не хочет ни на каких условиях.

— И тебе не грустно будет? — тихо спросил Итель. — Подписывать только сейчас, когда можно было раньше и, может, дядя остался бы жив, — пояснил он.

— Мне жаль, что так всё вышло, но смерть Сэда не повод не подписывать Мэт, думая, что это как-то повлияло на его смерть.

Итель внимательно смотрел на отца. Всё же тому тоже тяжело, он просто лучше не позволяет чувствам руководить собой. Стоит поучиться, потому что Ителю бы такое умение пригодилось.

— Не понимаю, как ты так спокойно ждёшь лучший момент, — покачал головой Итель.

Отец пожал плечами.

— Сделать что-то легко. Но потом с этим решением нужно жить. Поэтому спешка ни к чему.

Итель кивнул, но больше своим мыслям. Если теперь он сможет обращаться к отцу за советом, то это замечательно. Всё станет проще, потому что можно не лгать. Если, конечно, что-нибудь не изменит жизнь в ближайшее время.

— Ну что, теперь моя очередь задавать вопросы? — улыбнулся отец.

— А, — встрепенулся Итель. — Да, давай.

Своей заинтересованности Толфрин не скрывал, а Итель не собирался ничего утаивать. Всё расскажет, что знает.

— То, что Харри маг, ты не знал до сегодня?

— Не знал. Я считай вчера научился видеть… это.

— И как-то это, — тем же тоном что и сын сказал Толфрин, — выглядит?

Итель пустился в объяснения, которые были насколько это возможно неконкретными. Затем поведал, как он собирал информацию о магии. Это интересовало отца, он выглядел довольным. Рассказал и о случившемся в Моне, но тут всё же немного разбавил мрачные краски. Не стал таить и про особенности огненной магии, рассказал и о своих умозаключениях относительно магии Бэддартов в целом.

Казалось, ничего не осталось непроизнесённым. Уже светало, когда они закончили говорить.

— А это может быть иронично, — устало улыбнулся отец последним мыслями, изложенными сыном.

— Ты про генерала? — смекнул Итель. Толфрин кивнул. — У меня нет таких амбиций, — отмахнулся Итель. — Да и магия не повод для назначения, даже если станет легальной.

— Ну раньше это не смущало никого, — пожал плечами Толфрин, поднимаясь со стула. Итель посмотрел на отца, всем видом прося того не шутить. — Расскажи, если выяснишь почему.

Итель кивнул, решив не говорить, что этот вопрос его интересует в последнюю очередь.

Если после Мэта сменится король (хотя корректно ли вообще на него смотреть будет), то там и генерала переизберут. Наверняка найдётся кто-нибудь ответственный. Здорово, если ещё и магов ненавидеть не будет. А Итель мог бы помочь такому человеку. Помочь — не более.

Глава 22. Радости и огорчения в меняющемся мире

4-11.VI.867

Витгрис

— На что ты смотришь? — Глэнис встала рядом.

Она вышла из своей комнаты и сразу же наткнулась на Ителя, стоящего у крайнего большого окна на втором этаже.

С этого места лучше всего просматривались входы в дом, как основной, так и со стороны тренировочной площадки.

— Думаю и жду, пока Дьюи закончит, — выдохнул Итель.

Сегодня вернулся в Витгрис, один: отец поехал по другой дороге, когда уже был виден родной город. В той стороне Ритлан, но Итель на этот раз не собирался ничего предсказывать.

— Так сам сходи к нему, — недоумевала Глэни. — Он последнее время всё один да один. Ты занят, Тудер занят.

— Увы, — всё, что смог ответить Итель. — Ты куда-то собралась?

В руках Глэнис держала объёмную сумку, в ней было несколько толстых книг, судя по выглядывающим корешкам. Была и вторая сумка, по форме которой ничего не предположить, кроме того, что там не один предмет. При этом на сестре было платье с воротником и рукавами до локтей, длина тоже не для жары (во всяком случае Глэни обычно выбирала покороче).

— Да, к Луни. Ей же там тоже одиноко, вот несу кое-что для неё, — выдохнула сестра. — Может, навестим её вместе?

Итель покачал головой.

— Я навещу её до отъезда в Хенахалан, но не сегодня.

— Ладно. Я ей передам, — Глэнис собиралась идти, но через шаг остановилась. — Обязательно её навести, — в голосе звучала строгость.

Итель угукнул, внимательно смотря за подъёмом с лестницы от тренировочной площадки. Там показался Дьюи и какой-то его приятель. Они немного поговорили, затем разошлись, и Дьюи зашёл в дом через второй вход.

Итель поменял своё место: зашёл внутрь комнаты, но остался у приоткрытой двери, чтобы слышать шаги. Чувствовал себя нелепо.

С Дьюи надо поговорить, может, что-то прояснить. А ещё была надежда, что брат не будет так уже категоричен к магии. Всё же почти месяц прошёл с событий в Ноарте, он мог смягчиться. Хоть немного.

Судя по шагам, Дьюи зашёл в свою комнату. Итель решил выждать минут десять и только затем идти к брату. А пока время шло, думал, что сказать. Что ему жаль? Но извиняться Итель не собирается, не за что. Говорить, что магия может служить благу? Хоть и пример с Луни есть, это никак не сопоставимо с теми, кто умер.

Когда десять минут истекли, складных слов в голове не было, но ждать он тоже не собирался. Оттягивать момент смысла нет.

Итель подошёл к двери в комнату брата и постучал. Получив разрешение войти, зашёл, притворил дверь и побоялся проходить дальше в комнату.

Как и у Ителя, у Дьюи стояла перегородка. Только размещалась она напротив входа, ближе к центру комнаты, и перегораживала примерно две трети расстояния между стенами. За ней стояла кровать, шкаф, письменный стол. В части комнаты между входом и перегородкой располагался длинный стол у стены с разложенными личным оружием, расходниками для ухода за ним в одной стороне, а в другой — книгами по фехтованию. Рядом стоял небольшой диван и несколько стульев в разных частях этой части комнаты. Над длинным столом имелись полки, где Дьюи размещал заработанные на соревнованиях трофеи.