Эпангелиас (СИ) - Барабашкин Артемий Вячиславович - Страница 30

- И что мне делать?

- Боюсь, нам нужно, чтобы ты прошла инициацию. Без этого Мастер не даст мне разрешения показать тебе Врата.

- Это еще зачем? Глупость, какая. Врата здесь?

- Нет, и даже не под нашим контролем. Но это в любом случае секрет. - Ищущий обратился к проводнику Артемиды. - Послушник, ты можешь идти.

- Да, командор, - бодро ответил он и пошел назад в туннели.

- Послушник - это?

- Имя,- кивнул Ищущий.

- Мне вы тоже дадите прозвище?

- Новое имя - это часть инициации. Без этого нельзя.

- Вы похожи на одну из сект, о которых меня предупреждал отец Никонтий перед поездкой, - вздохнула Артемида. Она последовала за Ищущим, они спустились в конец зала к маленькому и неприметному стальному люку. За ним оказался еще один туннель, ярко освещённый масляными светильниками.

Туннель был очень длинным, из него в разные стороны вело еще несколько люков. Ищущий открыл тот, что был в самом конце. За ним открылся еще один зал, правда гораздо меньших размеров и тянувшийся больше в длину, нежели в ширину. Здесь везде были капсулы, полные светящейся жидкости. В них лежали люди.

- Это еще что? - Артемида почувствовала оцепенение и страх липкими руками обнявший её спину.

- Это мутанты. Мы создали их, объединив древнюю алхимию и могучие технологии, которые добыли в проекте Экспедиция.

- Мутанты? - это место нравилось Артемиде все меньше и меньше

- Люди с изменённым телом и геномом.

- Гено... что? Зачем это?

- Это дает нам преимущества перед всеми остальными.

- Нам?

- Очень многие в Возрождении мутанты.

- Вы тоже? - расположение, которое Артемида чувствовала к этому человеку, пропало.

- Отчасти. Поэтому я и ношу эту маску.

- Неудачный эксперимент?

- О нет, эксперимент был удачным. Просто он был первым. Я первый мутант, созданный в рамках проекта Новая сила.

Артемида заглянула сквозь мутное стекло на человека внутри. Он оказался лысым, его тело раздуло. - Мне тоже придется через это пройти?

- Нет. Для того чтобы лечь в эту капсулу необходимы месяцы подготовки, нужно пить некоторые, кхм, препараты.

- Я бы все равно не согласилась, - облегченно выдохнула Артемида. - Давайте проведем ваш обряд инициации.

Глава IV. Заговоры и тайны

Тони

Тони сошел с поезда. Столица встречала его хорошей погодой. Ярко светило солнце, горячие лучи пробивались сквозь клубы дыма, которые окутали вокзал. У капитана даже появилось некоторое подобие настроения, которое как он думал, было бесповоротно испорчено встречей с шерфским колдуном.

Тони ощутил ногами булыжную мостовую, осматривая широкую улицу с ровными светло-коричневыми бордюрами. За что капитан любил Ренимус-Лотинум, так это за строгое следование имперской архитектуре. Одинаковые дома, просторные улицы, большие площади, преобладание сдержанных оттенков коричневого, золотого и медного цветов.

В Ренлоте, как часто называли столицу, не было аляповатых строений, все было построено и раскрашено с исключительно строгим имперским вкусом. Этому же вкусу подчинялись проезжающие экипажи, раскрашенные в оттенки карминового.

Тони остановился, стараясь вспомнить карту столицы. - По-моему, Имперский дворец в правой части города, - Тони сказал это воздуху, но неожиданно услышал подтверждение от прохожего.

Тротуар прямой как железная дорога не оставлял надежды сбиться с пути. Капитан позволил себе расслабиться, распахнул мундир и расстегнул горло рубашки. Темно-красный чемодан с ярким пятном смазки Тони то и дело весело перекидывал из руки в руки, пугая чопорно одетых прохожих. Период хорошей погоды часто вызывал у Тони желание подурачиться. Неожиданно поднялся легкий ветер, поднявший небольшое облачко пыли. Тони нахмурился, вспомнив, что обычно после подобной эйфории всегда случалось что-то плохое.

Квартал строгих и изящных двухэтажных зданий закончился, место им уступили инсулы, они нависали над дорогой и отбрасывали мрачную тень. Шестиэтажные здания выглядели угрюмыми великанами, облицовщики подчеркнули это ощущение, обложив их темно-коричневым камнем.

Тони бывал в Ренлоте всего два раза, и поэтому он, как и любой человек, который не привык к подобным зрелищам, восторгался гигантскими трубами Главного императорского завода. Они возносились над городом на высоту трех-четырех инсул и были выкрашены в тот же светло-коричневый цвет с чередующимися парами темно-коричневых полосок.

Тони прибавил шагу. Времени было немного, но Тони не хотел брать экипаж, наслаждаясь пешей прогулкой после трех дней тряски в поезде.

Вскоре трубы, извергающие дымные тучи, остался позади и открылся вид на Императорский дворец. Дворец возвышался над городом на двух холмах. На первом располагалось главное здание - четыре этажа, множество башенок и карнизов. Древний архитектор наделил дворец огромными стрельчатыми окнами, изваяниями золотых горгулий и химер, а гранитные стены были облицованы металлом цвета темного золота.

Дворец заставлял сердце человека трепетать перед могуществом Императорского дворца, всем видом показывающего простым людям - это дом повелителя.

На втором холме расположилась воздушная гавань Ренимус-Лотинума. Четыре башни возносившееся в высоту на восемь этажей, держали множество площадок для малых дирижаблей и планеров. А на самом верху в сторону от главной площадки отходили посадочные полосы, выполненные из дипетрайра, необычайно легкого камня, обладающего поразительной прочностью. От посадочных полос отходило несколько причалов, где тросами закреплялись большие дирижабли. С посадочных площадок в небо смотрели носы планеров, готовые в любую секунду сорваться в полет над городом. Эта гигантская паутина вокруг четырех башен - главная гордость Империи и сердце Имперских воздушных сил. Два холма были соединены массивными мостами. Все это великолепие и составляло комплекс Императорского дворца.

От главной площади вверх по холму шла широкая дорога, вымощенная базальтом. По бокам высились масштабные изваяния животных - настоящих и мифических. Нижние были из камня, верхние из бронзы, а два льва около ворот Императорского дворца - золотые. Возле каждого льва стояло по два гвардейца. Великолепные сверкающие доспехи, вычурные алебарды, богато украшенные золотистые ружья, шлемы с яркими плюмажами. Когда-то, Тони мечтал попасть в Императорскую гвардию. Но, не сумев этого сделать, он попал в училище ИАМ и уже там ему привили презрение к ярким бутафорским доспехам гвардейцам.

Тони прошел открытые ворота и попал во внутренний двор. Справа Энтони различил несколько офицеров в форме ИВС, которые стояли поодаль и осматривали всех проходящих через ворота. Отец говорил Тони о тайной службе "воздухоплавателей". Именно они должны были защищать императора от настоящих угроз.

Прямо перед ним был великолепный фонтан, украшенный изваяниями обнаженных женщин. Они возвышались из его вод и манили проходящих. Тони внезапно вспомнил имя древнего архитектора. Этот фонтан был творением Антония Ласкарсиса - величайшего мага-скульптора в истории. Он создал Императорский дворец и перестроил здание Атенея в Эндорийском Альянсе.

Тони потратил несколько минут, любуясь фонтаном, прежде чем отправиться в левую часть двора, где возвышались казармы гвардии. Среди невысоких строений, украшенных красными лилиями - знаком гвардии, особо выделялось одно, имеющее два этажа и башню, снабженную магитрониумом, именно здесь жил Нерконтий Азарий - друг его отца и человек, которого сам Тони считал самым надежным в Императорском дворце.

Капитан рассказал о цели своего визита гвардейцу у дверей и вошел через резные деревянные двери внутрь. Внутри все было богато украшено деревом и гобеленами. Дядя Нерконтий был старомоден и никогда не принимал современную моду увлечения металлом и техническими устройствами, которые распространились и на архитектуру и на одежду. За гигантским столом из красного дерева сидел грузный мужчина с пышными волосами угольного цвета, правда, уже изрядно тронутые сединой. Нос с горбинкой и черные как смоль глаза выдавали в нем уроженца Северных островов. Дядя Нерк устало поднял взгляд, заметил капитана и широко улыбнулся.