Наперегонки с темнотой (СИ) - Шабанова Рина - Страница 4

Подпуская негра ближе, я отступал назад и так почти добрался до границы с пляжем, где споткнулся о ящик с рыболовными снастями, после чего громко выругался и наконец встал на месте. Мой план заключался в бегстве, а уносить ноги по рыхлому песку было бы гораздо сложнее.

Выстрелил я, когда между нами осталось около четырех метров. Выстрелил дважды — первый заряд угодил ему в грудь и не остановил, второй попал прямиком в лоб. Следом, как мне в тот миг показалось, произошло невообразимое — заляпав меня чем-то зловонным, уродливая башка негра разлетелась, как переспевший арбуз. С тяжелым грохотом бугай рухнул в траву.

От его лица ничего не осталось, только месиво из костей и дурно пахнущей жижи. Конечности его еще судорожно дергались, но определенно, с ним было покончено. Ко мне он не дошел всего пару шагов.

«Я убил человека… — мелькнула было мысль, но тут же ее перебила другая: — Он не был человеком. Кем угодно, только не человеком».

От тошнотворного, приторно-тягучего запаха, с силой ударившего в ноздри, желудок стянуло в болезненный ком. В глазах помутнело, к горлу подкатила дурнота. Сплевывая скопившуюся во рту прогорклую слюну, я еще какое-то время стоял, отупело уставившись на распластанное в траве тело. В мыслях как на повторе вертелось: — «Это невозможно. Это невозможно. Невозможно…»

Я стоял так до тех пор, пока где-то рядом не послышался уже знакомый булькающий звук. Возможно, то приближались двое с берега или здесь был кто-то еще, а может, мне это просто чудилось — я уже не знал. Собственно говоря, я и не желал этого знать, а потому испытал облегчение, когда услышал, как Роб завел свой пикап.

Преодолевая рвотные позывы, я размазал по лицу отлетевшие от негра ошметки и побежал на свет фар. Пикап уже ехал в мою сторону, так что в него я запрыгнул практически на ходу.

— Где Терри, Роб? Где она? — заорал я, едва приземлившись на сиденье.

От волнения голос у меня сорвался до тонкого щенячьего писка, вдобавок все тело мелко тряслось, а желудок исходил жестокими волнообразными спазмами. На лице по-прежнему сохранялись остатки вызывающей дурноту склизкой массы. Она источала страшную вонь и, как бы я не оттирал ее с кожи — была повсюду.

— Я здесь, — отозвалась с заднего сиденья Терри. У нее зуб на зуб не попадал и, как и меня самого, всю била нервная дрожь. — Папа, ты убил его?

— Ты в порядке? Он не тронул тебя?

Обернувшись, я наскоро ощупал ее лицо, руки, ноги, живот… Все было целым.

— Кто они такие? Чего им нужно от нас? Папа, кто они такие?

Фразы она не произносила — выкрикивала. Сообразив, что в состоянии близком к истерике мы оба сыпем вопросами, но никак не можем выяснить интересующие нас ответы, я выдохнул и придал голосу твердости:

— Успокойся, детка. Успокойся! Ты цела? — Выстукивая зубами барабанную дробь, она кое-как кивнула. — Хорошо. Я не знаю, кто они. Не знаю. Мы потом в этом разберемся, а пока нужно как можно скорее добраться домой.

Говоря это, я хотел успокоить ее, но сам никак не мог справиться со своими мелко трясущимися руками. Внутри все переворачивалось от одной мысли, что я мог не успеть. Стоило прибежать всего минутой позже и кто знает, что та тварь сделала бы с ней. Стараясь отбросить мысль, что было бы, если бы мне пришлось потерять еще и ее, я как заведенный повторял про себя: «Не думай об этом. Все обошлось. Все в порядке. Не думай…»

— Роб, давай поживее выбираться отсюда, — в изнеможении откинувшись на сиденье, проронил я.

— Уймитесь оба. Сейчас выберемся, но, думаю, лучше сразу ехать в участок. Нужно предупредить всех, что здесь творится какое-то дерьмо.

Освещая путь фарами, он гнал пикап по накатанной грунтовой дороге. Ответить ему я не успел. Как раз в тот момент, когда Роб закончил фразу, посреди дороги выросла фигура недоноска, которому совсем недавно я прострелил живот. Он стоял и скалился, ничуть не боясь несущейся на него груды металла.

От неожиданности Роб снизил скорость и запетлял из стороны в сторону, а я, перекрикивая истошный вопль Терри, заорал:

— Дави его, Роб! Дави, не останавливайся!

Но он уже и сам справился с замешательством. Дернув рычаг передач, Роб вдавил педаль газа в пол, а всего через пару мгновений пикап на скорости влетел в преградившего нам дорогу ублюдка. Последовал гулкий удар, но каким-то чудом тот вцепился в капот, по-видимому, не желая так просто расставаться с нами. Его уродливая физиономия оказалась в нескольких сантиметрах, нас отделяло лишь лобовое стекло и то, что я рассмотрел при свете фар, повергло меня в шок.

Кожа на его лице была опутана сетью почерневших капилляров и вся покрыта темными пятнами. Она имела серый, местами почти синий оттенок. Я заметил это, еще когда Роб зажег свой фонарь, но тогда в его тусклом свете мне примерещилось, будто лица их перепачканы грязью. Теперь же я убедился — это была не грязь.

Разинутый рот обнажал ряд крупных, криво растущих зубов, из-за которых то и дело вываливался до черноты распухший язык. Жидкие замасленные волосы прилипли ко лбу и вискам, на шее проступали лиловые отметины, но самыми страшными были его глаза. Налитые багровым, они светились дикой, безжалостной ненавистью и жаждой убить во что бы то ни стало. Было ясно, что он ни перед чем не остановится, лишь бы дотянуться до нас.

— Я ничего не вижу! Мать твою, Джон, я ничего не вижу! Сними эту дрянь с капота, — не своим голосом ревел Роб.

Он съехал с дороги и петлял между деревьев в попытке сбросить ублюдка с машины, но тот впился в металл поистине мертвой хваткой. Пока мы кружили по лесу, в мозгах у меня проносился целый вихрь мыслей. Роб орал матом, Терри все так же отчаянно визжала, а я как завороженный смотрел на его гнусную рожу и не мог отвести взгляд.

В конце концов я зажмурился, с силой тряхнул головой, затем все еще трясущимися руками открыл боковое окно и выстрелил ему прямо в лоб. Пальцы разжались. Ублюдок скатился под колеса пикапа, оставив на стекле густой буро-черный след.

— Прибавь газу, Роб, — прошептал я. — Вывози нас на хрен отсюда.

Глава 3

Мы втроем сидели в полицейском участке. Добраться к нему удалось без новых происшествий, хотя каждый из нас ждал, что в любую минуту под колеса выскочит очередная злобная тварь. Напрягая зрение до рези в глазах, мы сосредоточенно вглядывались в петляющую сквозь лес ухабистую дорогу, в стоящие у обочин деревья, в малейшее движение, производимое ветром или ночной птицей, даже в саму вибрацию воздуха и только на подъезде к городу смогли более-менее свободно вздохнуть.

По пути Роб и я искали всему объяснение, много и бурно спорили, но сколько-нибудь приемлемой версии о том, кем были те трое, так и не нашли. Нами выдвигались различные, порой самые нелепые предположения, но так же, как и мотив их нападения, это оставалось неразрешимой загадкой.

В итоге мы оба пришли к выводу, что при даче показаний стоит быть осмотрительнее — поверить в нападение на нас банды психов, которых практически невозможно убить, полиции будет непросто. Если бы мне рассказали подобное, я бы точно не поверил. Однако я видел их собственными глазами и даже прикончил двоих.

Прислонившись затылком к холодной, выкрашенной ядовито-синей краской стене, я смотрел на окно дежурного. Впрочем, вряд ли я отдавал себе отчет, куда направлен мой взгляд — я просто смотрел прямо перед собой. Одежда на мне провоняла потом, во всем теле чувствовалась смертельная усталость, а обоняние до сих пор преследовал отвратительный трупный запах. Несмотря на то, что я вымыл лицо и руки, казалось, он плотно прилепился ко мне, впитался в вещи, в кожу, в волосы. Хотелось одного — смыть его с себя, а затем лечь в постель и забыться глубоким сном. Хотелось оставить эту чудовищную ночь позади.

К сожалению, пока о подобном можно было только мечтать — мы дожидались, когда в участке появится шеф местной полиции. С момента нашего приезда прошло уже минут сорок, а он все никак не объявлялся. Обычно меня раздражает долгое ожидание, но сейчас на злость не находилось сил.