Сломленные (СИ) - Валюшев Дмитрий - Страница 63

— Ставлю все, — заявил ферксиец. Он облизывал губы от волнения; босая нога постукивала по полу.

Укаре склонился над ухом Посредника.

— Кажется, я нашел языка. Нужны деньги.

— Не сейчас. — Посредник мягко оттолкнул телохранителя. — Я почти выиграл.

— Господин, боюсь, что вас обманывают…

Какой же докучливый этот эльф! Целая гора добра почти в кармане. Эти неудачники не догадываются о победной комбинации. Да, сейчас-то он им покажет.

— Выкуси! — Посредник кинул на стол карты. Пять последовательных карт одной масти.

Сутулый виновато открывает свои. Туз, Царь, Княжна, Страж и десятка.

— Эти чудесные револьверы мои. — Под пустой взгляд Посредника бандит сгреб выигрыш поближе.

— Ты что-то говорил про языка? — равнодушно спросил ферксиец.

— Да, он… — Укаре указал на столик, но он был пуст. — …там.

— А наши деньги?

Эльф опустил голову, ругаясь на родном языке.

— Что ж, — ферксиец гордо поднялся и пошлепал в угол к местным куртизанкам. — Раз денег нет, то хотя бы расслаблюсь напоследок.

Укаре вывернул карманы куртки и достал пару серебряников. На выпивку хватит.

Посредник подошел к двум амбалам. Оба смотрели на чудного гостя с подозрением. Один из них вытянул ладонь.

— Герод, Мавр, — прозвучал девичьи голосок, — пропустите бедолагу. Его и так до нитки обобрали.

Громилы противно ухмыльнулись, жестом приглашая Посредника войти. Полуголый ферксиец обомлел от красоты здешних дам: молодые, горячие, в соблазнительных нарядах. Они хихикали, поглядывая на остолбеневшего мужчину.

— Может наверх? — предложила низенькая девушка с короткими волосами.

Точно асторийка! В Ликее женщины тоже нередко состригают волосы, но в неприветливом краю суровых вояк не жалуют шлюх. Мужчина предпочтет отрезать себе руку, чем ляжет с грязнокровкой в одну кровать.

— Всегда готов. — Посредник приобнял двух хихикающих куртизанок.

Женщины проводили его на второй этаж — в роскошную по меркам Илларии комнату. Двуспальная кровать с балдахином, удобные диванчики, фрукты в вазах, ароматный запах свечей и душистых трав.

— Садись, не стесняйся. — Юная девушка лет двадцати усадила ферксийца на диван. — Ангельского Мха? — Она достала колбу с дурманящей отравой. — Или хочешь выпить?

Красавицы обступили Посредника со всех сторон. Он тонул в женских объятиях. «Неужели день еще можно спасти?».

А пока Посредник развлекался, угрюмый эльф выпил уже вторую кружку деревенского пойла. Он не забывал украдкой поглядывать по сторонам — чутье подсказывало глядеть в оба. Уж слишком все подозрительно: сначала отобрали оружие и одежду, затем последние деньги. В подобных случаях надлежит держать руку на рукояти меча.

Укаре коснулся бока, где обычно висит клинок, но его не было. «Что за чертовщина?». Он ощупал себя и с удивлением обнаружил пропажу не только фамильного оружия.

— Потерял что-то? — спросила девушка-менестрель. Рядом встали «игроки». Сутулый направил револьвер на эльфа.

— Не рыпайся, остроухий. Заказчик велел взять вас живыми. — Щелкнул затвор. — По возможности.

Укаре глянул в сторону амбалов. Те пожали плечами. Сверху доносились довольные стоны.

«Чтоб тебя!».

— О да-а-а… — Ферксиец расслабился, прикрыл глаза, запрокинул шею. Три пары рук массировали его уставшее тело. — Вот, где настоящий рай.

— Самое интересное впереди, — шепнула одна из девушек, достав из складок наряда удавку. — А теперь… — Она накинула на шею Посредника тонкую леску и со всей силы натянула ее.

— А-р-к-х-х-х, — захрипел ферксиец, беспомощно скребя пальцами по рукам убийцы. — А-р-р-х-х!

— К-какой же он сильный! — запаниковала девушка, когда Посредник стал подниматься. — Помогите мне!

Девушки всем скопом набросились на жертву.

Как же ему повезло, что его пытаются прикончить очаровательные женщины, которые в своей жизни еще никого не задушили и не зарезали. Посредник собрался и перебросил через себя миниатюрную девчушку, случайно проломив ее телом гнилой пол. Перекрытия не выдержали, и она грохнулась прямо посреди зала. Растолкать остальных не составило труда: им хватило пары простых оплеух.

— Укаре-е-е! Ай, ой, уф-ф… — Голый Посредник кубарем скатился с лестницы, пока остальные с разинутыми ртами глядели на дыру в потолке. — Где… — Он поднялся, потирая ушибленный бок. — Где мои револьверы?

— Тут. — Сутулый оскалился.

Бах! Густой дымок показался из дула.

Эльф закатил глаза.

— Пресвятая Нилея…

Посредник медленно наклонил голову. В груди зияла дыра размером с кулак.

— Ох, — устало выдохнул он. — Опять…

****

2152 год Новой эры. Имение семьи фон Лимбургов.

— Ты как был неудачником, так и остался. — Статный мужчина в черном дублете с позолотой сидит во главе обеденного стола. По левую руку три его дочери и супруга — досточтимая герцогиня Матильда фон Лимбург, по правую, по традиции, — два сына. Он отпивает вина из бокала и продолжает:

— Столько сил в тебя вложено, а ты не удосужился выполнить простецкое поручение — отобрать книжку у старика.

— Кларенс, не будь так строг. Он смог остановить мятежников.

— И за это получил титул бумажного генерала, — с насмешкой вставляет Отис — старший брат. — А еще я слышал, что он учинил настоящую бойню в Фоусте.

— Чушь! — восклицает Гретта — любимая младшая сестра. — Она тыкает вилкой в сторону брата. — Он хотел остановить предателя.

— Ах-ха-ха, и снова сел в лужу!

За годы забываешь, насколько омерзительны семейные склоки. И насколько отвратителен суп. Куча ингредиентов, которые не сочетаются друг с другом. А Отис не изменился — все такой же тупица. Видите ли, командир Стражей Креста! Вот пусть бы и стоял истуканом у спальни императора. Гретта смотрит. Неужто лицо залилось краской от насмешек?

Натянутая улыбка появляется на губах. Ах, Гретта. Доблестная защитница в этой гнилой семье.

— Ты вообще слушаешь? — Отец с презрением окидывает взглядом. Ни крупицы любви, ни признания. — Уже дважды тебе преподали урок, а ты… — Герцог вытирает губы тканевой салфеткой и бросает ее на стол. Тотчас подбегает слуга и быстро все убирает. — Третьего раза не будет. Закон общий для всех.

Выживает сильнейший. Превосходный предлог убивать! Хочется стукнуть кулаком по столу, высказать отцу правду в лицо, плюнуть и уйти подальше от этой пещеры с гадюками. После стольких усилий вновь в дураках. Ирония судьбы или бездарность? Да к черту все!

— Спасибо за обед. — Ножки стула заскрипели по каменным плиткам.

— Мы еще не закончили! — Отец угрожающе сжимает кулак.

— Да, братец, ты еще не рассказал о том, как тебя чуть не изрубил дикарь, — говорит Отис, ковыряя кусок мяса.

Две сестрицы-близняшки захихикали.

Недоумки!

— Иди на хер, Отис, продолжать охранять выгребные ямы.

Новоиспеченный командир стражей поперхнулся.

— Кха-кха, ах ты, кха-кха. Воды, кха-кха, быстрее!

Пусть и дальше играют в свои интриги и лижут друг другу зады.

Дверь за спиной захлопывается; впереди балкон, который всегда закрыт. Никто из семьи на него не выходит. Суровый северный ветер сбивает с ног. Опасный, холодный и жестокий, как сама империя, как знатные семейства, как люди в этой стране.

Стремления стать таким же не увенчались успехом. Сначала ты беспрекословно веришь в идею, с пылом отстаиваешь истину, рубишь врагов, а потом замечаешь, что люди похожи. Поставь ферксийца рядом с иллариецем — разница лишь в цвете волос и кожи.

«Все прогнило, Курт. Пора взять все в свои руки, и спасти родину, спасти возлюбленную. Я могу унять твою боль. Отринь сомнения».

Кольцо на пальце стало одним целым с ним. Оно причиняет страдания, но разрушительная мощь, коей мечтает обладать каждый, постепенно наполняет тело. Скоро он станет совсем другим. Так сказала Видящая.