Карнавал (СИ) - Лир Дейзи - Страница 42

Как ни странно, Доминике показалось, что герцогиня просто хотела с ней поговорить… Но зачем? И что вообще ей нужно от нее? К тому же девочка не могла вспомнить ничего про Агнес, кроме того, что говорила о той Альмира.

Повисла некоторая пауза. Доминика и сама задумалась о том, как же все не так получилось, как она представляла — она-то считала, что ей придется бороться с Алой герцогиней… Почему она предполагала именно так, а не по-другому, она не знала.

Но так как молчание затягивалось, Агнес предложила пройти до оружейной мастерской вместе с ней. Разумеется, Доминика послушалась и пошла вместе с герцогиней туда по роскошным коридорам Алого дворца.

Девочка разглядывала красивую, темноволосую молодую женщину, которая, пожалуй, была даже красивее Амелии Каролинг… Но в том, что Агнес была злой, Доминика и не сомневалась. Ведь не зря Альмира говорила о том, что герцогиня желает зла и ей, Доминике.

Но судя по всему, было не похоже на это. Ведь весь путь, что они прошли до мастерской, Агнес на нее даже не взглянула. Не заманит ли она ее в западню?

Сейчас в оружейной мастерской было мало людей — почти все уже ушли домой. Агнес и Доминика смотрели на галерею с небольшого балкончика, где стояли несколько небольших стульев и отлично просматривался вид.

И наконец-то девочка решилась задать вопрос, который тревожил ее уже где-то часа два.

— Когда начнётся пятое испытание? И что оно из себя представляет? Чего мы ждем?

— Пятое испытание зависит только от меня — оно уже началось. Зеркало жребия любит придумывать совершенно странные задание — например, смысл этого испытания состоит в том, что от моего выбора и зависит победитель испытания. Но я уже выбрала. И этот выбор не изменить… — ответила Агнес. — Я отдам победу в этом испытании участнику номер пять. И нет, я, вовсе тебе не желаю зла… Если бы ты выиграла, это было бы справедливо. Но это будет зависеть не от моего решения… Это решит участник номер пять.

— Но кто он?

— Ты прекрасно знаешь этого участника. Но я знаю его гораздо больше, чем ты. Знаю отлично, что им движет. — Немного помешкав, она продолжила: — Знаешь, ведь времени у нас много — иногда просто необходимо выговориться, это помогает всем лучше узнать друг друга. Так ты поймешь хоть немного того, что раньше вызывало у тебя некоторые сомнения насчет меня. Ведь иногда поговорить стоит даже врагам — а я, пожалуй, хоть и являюсь врагом многих, твоим не являюсь. И хотя мои принципы довольно необычны и, можно сказать, жестоки… Я, однако, не вру насчет того по каким законам я живу. Может быть, это — мой образ, ведь не каждый сможет быть той, кем я являюсь сейчас, но… Невозможно понять, где я настоящая, а где надеваю маску. Я не знаю, зачем я это тебе сейчас рассказываю, ведь, по сути, ты всего лишь маленькая девочка — но ты наследница этого карнавала и все же должна чуть-чуть понимать всех жителей города Осени… Даже меня. Я — Алая герцогиня. Я злая и безжалостная — это мой образ и я уже много лет живу, следуя ему. Я пользуюсь людьми и, когда они становятся мне ненужными, бросаю их, — не стоит даже сомневаться. Я ищу побед и выгоды. Ради них придумываю сложные, порой запутанные планы. Я завоевала Эаос и уничтожила почти всех его жителей, а еще… Да, я готова тебе в этом признаться — я поссорила Амелию Каролинг с Жрецом и подстроила ее встречу с Александром, твоим отцом. Да, пускай почти во всем, что случилось с Первой Принцессой, виноват Жрец — но я в этом немного тоже замешана. Да, Доминика, ты можешь считать меня злодеем. Я — Алая герцогиня и, возможно, лишь с одним человеком когда-то была настоящей.

Ты ведь, увы, не сможешь представить себе, что мы с Альмирой были когда-то подругами. Лучшими подругами. Она не говорила этого тебе — возможно, она уже не помнит, ведь, как я слышала, она умеет стирать воспоминания и тренировалась делать это на себе — но я помню все отлично. Пожалуй, я была единственной, ради кого фея выходила из своего дома, ведь раньше она вообще не покидала свой волшебный шар и совсем не любила реальный мир. Я была внутри стеклянного шара — да, там прекрасно и, наверное, если бы он мне принадлежал, я бы так же грустила бы по нему, как она. Без него она как будто потеряла часть себя. И я понимаю ее, чего она лишилась…

— Но зачем же ты разбила его, если он был так важен?

— Слушай дальше и все узнаешь. Я говорила тебе, что времени у нас много — даже больше, чем нужно.

Итак, мы с Альмирой были лучшими подругами. И, возможно, это выглядело очень красиво — черное и белое, светлые волосы и темные… Но мы не хотели выглядеть противоположностями — и поэтому каждая из нас покрасила свои волосы в другой цвет — цвет волос своей лучшей подруги…

— А-а-а, — понятливо протянула Доминика. — Так вот почему у Альмиры мелированные волосы.

— Это может показаться мелочью, ненужной мелочью, которая не учитывается, но для нас это тогда было действительно важно. Немного белого на черном и черного на белом — это отражало не только наш облик, но, наверное, наши души… Ведь я точно знаю, что хотела бы Альмира сделать со мной сейчас.

Но тогда мы были счастливы. Мне казалось, что я навсегда останусь той доброй и веселой Агнес, которой я была тогда. А Альмира всегда будет той милой, немного странной девочкой, постоянно носящей с собой свой любимый шар… Но потом моя судьба изменилась.

Иногда судьба приходит в виде некоторых событий, иногда — конкретных людей. Но есть тот, кто способен управлять судьбами так, как сам пожелает. Это и есть Великий Оракул. В один день он явился ко мне и обманом заставил меня принять именно ту судьбу, которую он сам выбрал для меня. А для него не важны судьбы отдельных людей — для него все они всего лишь мимолетные актеры, жизни которых не важны.

Оракул предложил мне выбор — либо я разбиваю шар Альмиры и навсегда принимаю образ Алой герцогини, ношу ее маску и становлюсь злой и бессердечной — одним словом, той, чью роль он присмотрел для меняя, — либо Альмира умрет.

Я понимала, что, так или иначе, все равно все произойдёт так, как захочет Оракул, и незачем ему перечить. Но тем не менее, я не хотела, чтобы Альмира пострадала из-за меня. Выбор был невелик — мне было все равно, что будет со мной, и поэтому среди того, что по воли Оракула должно было произойти с Альмирой, я все же выбрала потерю ее шара. Я не хотела, чтобы из-за меня она лишилась жизни… Шар был ей важен. Теперь я даже и не сомневаюсь, что она обязательно мне отомстит. Но это уже моя проблема и мне за нее отвечать. Мне тогда было важно, чтобы Альмира была жива. Я, конечно же, согласилась на то, чтобы разбить ее шар — я, наверное, могла бы сделать что угодно, лишь бы не быть виноватой именно в ее смерти.

С тех пор как разбился стеклянный дом, я перестала быть Агнес. Я стала Алой герцогиней и приняла тот образ, что подарил мне Оракул. Я стала жестокой и с тех пор придерживаюсь этого образа долгие годы. Оракул был тем, кто изменил мою судьбу — о, ему подвластно все, но, если он решил, что я нужна именно для этой роли, значит, он действительно увидел во мне тогда, в маленькой девочке, которая так боялась за свою подругу, Алую герцогиню. Он предрек все, что мне потом нужно было совершить — и завоевание Эаоса, и смерть Амелии, и множество лиц, брошенных мной и проклинающих меня… Он знал, что потом все будут считать меня злой… Знал и то, что Альмира когда-нибудь отомстит мне…

Теперь ты видишь, Доминика, что я как раз тот самый злодей, которого герою нужно победить. Главный герой — это ты, не так ли? Но мы с тобой не станем врагами, даже если бы ты этого захотела.

Если Альмира отомстит мне, это будет справедливо. Я ведь не сказала, почему разбила ее шар. Не хотела, чтобы она переживала за меня. Пусть она думает, что я просто изменилась и забыла ее. Что стала злой и погналась за властью… Ведь Алая герцогиня не сможет быть с ней, а этот образ я давно стала считать собой.

Может быть, Оракул не виноват в том, что случилось — все это давно было предрешено и то, что будет потом, многим уже известно.