О чем молчит ласточка - Сильванова Катерина - Страница 28

За разговором время потекло быстрее, виски по стаканам – тоже.

– Нет, ну подумать только! – весело возмущался Юра. – Приехал какой-то хлыщ из своей Ма-а-асквы… и все девчонки, как по команде, в него повлюблялись! А Конев что? А хрен Коневу!

Володя не мог не улыбаться, слушая его.

– Да ладно тебе. Так уж и все?

– А скажешь нет? Чего только та троица стоила, помнишь?

– Да ну тебя, дурехи же были. Кстати, Полина сейчас очень даже успешный стоматолог.

– Ты с ней общаешься?

– Нет, просто слышал краем уха. Она с Машей дружит, а Маша работает с Ириной. У Ирины сейчас свой бизнес, верхней одеждой занимается.

– Погоди, какая Маша? Та самая Маша?

– Ну да, Сидорова. Хотя… Может, она уже и не Сидорова после замужества – я не помню. В общем, она работает у Ирины продавцом.

Юра взглянул на него с любопытством, медленно отпил, будто обдумывая, что сказать.

– И какой она стала? Знаешь, после… – Он замялся.

– Хорошим человеком стала. Истеричности и глупости ей, конечно, не занимать, но в целом… – Виски ударил в голову и развязал язык. Володя чуть не сболтнул лишнего. – Вообще Маша, считай…

«…помогла мне с тобой встретиться…»

– …за что боролась, на то и напоролась, как говорят. Тут такая история странная произошла с ней…

Володя рассказал ему про Машиного сына – в общих деталях, не углубляясь в подробности. Умолчав о том, как эта ситуация повлияла в итоге на самого Володю.

Юру эта история развеселила еще больше:

– Надо же, в самом деле какая-то ирония судьбы. Ну, может, теперь она поймет и не будет мешать их счастью, в отличие от того, как… тогда…

Володя внутренне замер. Снова тема их общего прошлого тяжелой недосказанностью повисла в воздухе. Юра, видимо, тоже не решался об этом говорить. Но кто-то из них должен был задать главный вопрос. Нет, не кто-то – его должен был задать именно Володя.

«Почему ты нашел меня?»

Но сам не знал, что хочет или чего не хочет услышать в ответ: «Потому что ты до сих пор дорог мне» или «Я искал другого тебя»?

Они молчали. Виски закончился, отвлечь себя стало нечем, переключить внимание – не на что. Не коньяк же открывать.

– Я полдня сегодня бродил по «Ласточке», – признался Юра спустя несколько минут. Говорил он будто нехотя. – Вспоминал. Я шел под иву и, знаешь… отгонял от себя всякую надежду. Я даже представить не мог, что ты окажешься тут, совсем рядом и… Теперь сижу, смотрю на тебя и никак не могу в это поверить. Там, – он махнул рукой в сторону окна, – все заброшено. Но я все помню. И тебя помню не таким, как сейчас. Логикой я понимаю, что ты изменился, ты уже не тот, ты другой, но…

«Другой, – мысленно повторил Володя. И добавил: – Настолько другой, что, узнай ты меня настоящего, никогда бы не захотел встретиться снова».

А вслух произнес:

– Ты тоже изменился. Конечно, иначе и быть не могло, столько всего…

Юра его будто и не слушал.

– Ты счастлив? – перебил он.

Вопрос застал врасплох. Такой, казалось бы, простой, но Володя не моргая уставился на Юру.

«Нет! – закричал внутренний голос. – Конечно, нет. Конечно, я несчастлив, я одинок. Иногда мне кажется, что будущего не существует, что я застыл в прошлом, что предал сам себя, что собственноручно разрушил самое светлое, что было в моей жизни…»

– Не знаю, – соврал он. – У меня вроде бы есть все: дом, работа, достаток…

– А… Есть кто-то? – Юра нервно потер скулу. – У тебя?

Володя задумался. Не знал, как ответить, чтобы и Юру не обмануть, и не раскрыть подробностей отношений с Игорем.

– Ну… «кто-то» есть.

– Важный для тебя?

– Нет, – усмехнувшись, Володя качнул головой. – Неважный.

Юра никак не отреагировал, лишь продолжил смотреть ему в лицо, но избегал встречаться взглядами.

– А у тебя? – Володя не был уверен, действительно ли хочет узнать правду, но все же спросил.

Юра медлил. Размял шею, устало откинулся на подголовник кресла, прикрыл глаза.

– Нет. Важного – точно нет. Был когда-то давно – по крайней мере, так казалось. Но не сложилось.

Прозвучало это очень абстрактно – непонятно о ком. На мгновение Володе даже показалось, что о нем. Но он отбросил эту мысль.

– Ты надолго в Харькове?

Продолжая лежать на подголовнике, Юра снова качнул головой.

– Завтра днем рейс. Надо бы уже собираться спать. – Он зевнул.

– Давай я тебе постелю, – предложил Володя.

Он резко поднялся на ноги и чуть не охнул. Спина затекла от долгого сидения, а воспалившиеся отметины напомнили о себе – его накрыло волной боли и стыда. Медленно, стараясь не кривиться, Володя дошел до спальни. Головная боль унялась окончательно, но осталось тяжелое опьянение от выпитого на голодный желудок виски. Вдобавок пришла растерянность, замелькали мысли. И все – нечеткие. Зароились эмоции, и их было так много, что Володе на пару секунд показалось, будто возвращается его вчерашнее безумие.

Он рылся в шкафу с постельным бельем, когда услышал неуверенные шаги за спиной. Юра показался в дверях спальни.

– Просторно у тебя тут. – Он обвел взглядом комнату. – Не страшно по ночам одному?

– А кого мне бояться? Призраков пионеров-героев?

Юра хмыкнул.

– Духа графини, которая ищет по ночам свою брошь.

– Да-да, точно, – улыбнулся Володя.

От упоминания героини когда-то придуманной Юрой страшилки на душе стало одновременно и тепло, и грустно.

Володя наконец нашел плед, схватил в охапку вместе с одеялом и подушками.

– Давай помогу. – Юра бросился к нему, подхватил стопку постельного белья. На мгновение они случайно коснулись руками. Ощутив тепло Юриной кожи, Володя внутренне встрепенулся, но виду не подал.

В гостиной проснувшаяся Герда широко зевнула, устрашающе раззявив зубастую пасть, но тут же высунула язык.

– Потеряла нас, да? – Бросив свою ношу на диван, Юра присел рядом с собакой, стал трепать длинную шерсть.

Володя раскладывал и застилал диван, краем глаза наблюдая за ласками этих двоих. Умиляло, как быстро Юра понравился собаке. К Володе она привыкала не меньше месяца, то порыкивала, то не давала погладить, грозилась укусить, а тут…

– Готово. – Володя положил подушки и принялся собирать посуду со стола. – Тебя нужно будить утром?

– Я сам проснусь – у меня режим. – Юра присел на край дивана, глянул на Володю снизу вверх. – Спасибо.

– Да не за что. Оставить тебе Герду, чтобы отпугивала призраков?

Юра улыбнулся и пожал плечами.

– А она сама не против?

– Не знаю. – Володя обратился к собаке: – Герда, где будешь ночевать? Или ты уже выспалась?

Собака радостно тявкнула.

– Понял. Ну захочешь – приходи. – Он повернулся к Юре и тихо сказал: – Спокойной ночи.

– Gute Nacht, – улыбнулся Юра.

Сон не шел. В голове шумели мысли.

Юра в его доме, спит на его диване. Хотелось встать, выйти из спальни и проверить – правда ли это? Не привиделось ли? Но нужно было спать.

Володя и так уже пропустил целый день работы. Хорош начальник, Брагинский завтра ему плешь проест, что бросил одного на передовой. И не поспоришь – на Володе вся ответственность, это его бизнес, его компания и его деньги. Но вообще-то он не жалел. Он согласился бы еще пару раз пережить безумие последних дней, пожертвовал бы работой и деньгами, если в итоге его ждала встреча с Юрой.

А о чем думал Юра, глядя на Володю? Каким его видел? Да, выглядел он сегодня не самым лучшим образом. После долгого полунаркотического сна, с кругами под глазами, бледный, растрепанный, нервный… Стоило ли всю жизнь быть педантом, всегда следить за фигурой и внешностью, чтобы в один из самых важных дней предстать перед столь значимым для него человеком вот таким?

Володя даже нервно хохотнул.

Нужно заставить себя уснуть, но без таблеток это бесполезно. Володя и раньше-то не спал без снотворного, а с такими эмоциональными качелями уснуть точно не выйдет. Но новый препарат теперь вообще не вызывал доверия. Вдруг его опять вырубит так, что и выстрел из пушки не разбудит? Он снова ухмыльнулся, глядя в потолок. Действительно – весело будет Юре, когда он не сможет утром его растолкать…