И всем мои девять хвостов - Коротич Мила - Страница 11

Продираясь сквозь поплывшую реальность, «на автомате» он добрался до двери здания. Та открылась перед ним раньше, чем он протянул руку к ручке. А местный электрик уже мчался с другого конца корпуса на вызов: как потом оказалось, несколько гвоздей закоротили проводку и вдоль коридора, по которому прошел только что Алекс Ши, дохлыми мошками у стен лежали мелкие винтики. Оторванные металлические пуговицы в тех же кучках выглядели мертвыми жуками.

– И гвозди прямо над этим мусором пробили провода, – рассказывал вечером жене электрик. Та жарила побеги чеснока, и ей было недосуг прислушиваться к бредням мужа. Она лишь поджала губы и взвизгнула, когда масло капнуло ей на руку. – Три шага – кучка, три шага – снова кучка и гвоздь в проводе. Весь коридор пришлось перебирать и чистить. Словно лисы из старых сказок шалили.

– Распустились ваши золотые сыночки! Никакого уважения к учебе, – пробурчала женщина. Её бесила обязанность готовить, когда муж сидит и болтает. Мог бы и сам сварить! – Родители платят, одним рисом питаются, чтоб бестолочи учились, а они не ценят. А ты, старый, уже просто ешь и не рассказывай мне сказки. Тоже мне, нашелся новый Пу Сун-лин*!

Бар «Деньги на посохе»* регулярно от чего-нибудь да сотрясался и позвякивал. Видно, так ему было на роду написано со времен открытия в районе метрополитена. Это сейчас метро Харбина скоростное и тихое, но когда его строили, тряслось всё вокруг. И потому первый хозяин не заморачивался на счет крепких стен и гладких дверей: какой смысл, если всё равно шумно. Кстати, тогда бар назывался «Золотая лошадь» и сразу за стеклянными дверями на резном столике под красное дерево у барной стойки на посетителей пялилась большая пластиковая лошадь, покрытая золотой краской. С пьяных глаз она могла показаться куском золота. По чести сказать, она и сейчас стояла в углу возле барной стойки, но уже не претворялась драгоценным слитком.

Сейчас тонкостенный бар периодически трясся от проходящих рядом строительных работ или тоже проходящих, но уже мимо автобусов. Традиция – основа жизни в Поднебесной. Даже бар это понимал.

Ши тут бывал часто и оставлял много денег, потому что трудно было с больной головой предположить заранее, сколько и чего нужно выпить, чтоб снять боль. Барменша уже не пучила глазки и не улыбалась, чтоб нравится этому посетителю – он и так платил достаточно – просто подливала в стеклянный стаканчик того, на что указывал, да подсыпала сладко-соленых орешков. Потом даже ей это надоело, и она поставила большой бутыль дорогой водки перед Алексом и сказала: «Пей до дна!», а сама ушла за то и дело вибрирующую стойку посидеть под вентилятором.

Парень, как обычно, умело выплескивал в себя водку из маленькой стопки – одну за одной – и после каждой глаз его мутнел, а барная стойка тряслась всё меньше. Остановить это дрожание совсем – вот была цель Алекса Ши на ближайшее время. Он знал – всё это – от взрывов боли в его голове. Водка жгла нутро, от орехов уже чесались десны, но бокалы и бутылки всё ещё позвякивали. Такого раньше не бывало: боль не уходила, а словно свернулась в серый комочек и каталась внутри черепа, ударяясь о кости висков, челюсти, лоб, о корни зубов… Стукалась, мерзко позвякивая. Барная стойка звенела в ответ.

А потом он ощутил удар в спину и в глазах потемнело. Кто-то хлопнул его по спине, Ши отвлекся от перекатов шарика боли в голове и тут же с верхнего стеллажа бара упал пыльный штоф.

– Ши, младший братец, вот мы тебя и нашли! – братьев Фан даже Алекс не различал – близнецы и по одному не ходили, и одевались одинаково. – Ты же не доиграл с нами партию в бильярд! Да нам не жалко тех денег, которые мы честно проиграли, но ты же жульничал, а вот этих денег жалко!

И как положено в собачьей стае, они заходили с флангов. Фан, собачьи дети! Только этих однолицых Алекс Ши никогда не мог провести или утихомирить. И каждый раз пытался. Вот и сейчас, еще ворочая звонкие шарик боли языком, он попытался улыбнуться:

– Братья, я же говорил, что хорошо играю, но вы играете очень хорошо, если умножить ваши умения на вас двоих, – не удержался, не смог Ши справиться с иронией. Очень уж болела голова, а тут ещё надо бутыли от падения удерживать.

– Не беспокойся, малыш, мы решили денег с тебя не требовать, – сказал кто-то из этих одинаковых пухлощеких парнишек, таких добродушных на вид, что сразу насторожишься. – Мы просто приглашаем тебя пожить у нас, пока ты сам всё не отдашь, лисий сын! Поехали. – И один из них положил руку ему на плечо. С силой, как крабовой клешней вцепился.

Даже если бы братья ударили с двух сторон, расчетливо, в разные места, Алекс Ши не испугался бы.

Он просто дал волю шарику в голове лопнуть, а его невидимые ошметки разнесли в дребезги пять бутылок на стеллаже. Ещё две сорвались и полетели дугой прямо в головы собакам – близнецам. Нельзя сказать, что Алекс не знал, что так будет.

– Аааа! Хулиганы, я зову полицию! – сереной заверещала выскочившая из-за стенки хозяйка. Вот лучше бы она молчала: визг лишь усилил боль в голове парня, и новые бутылки полетели вниз, ещё быстрее.

Один из Фанов, дальний от хозяйки, вдруг ловко пригнулся и бутыль просвистела в сторону женщины, разбилась о косяк, обдав ее осколками. Убойный запах спиртного забил ноздри. Второй брат перехватил предназначенный ему «снаряд» и картинно разбил о стойку. Барменша взвизгнула и вереща испарилась в подсобку: полицию можно и оттуда вызвать!

Есть ли смысл описывать драку, если никто из сторон не дерется честно: двое на одного и этот один не совсем вменяем – швыряется бутылками силой мысли?! Головной боли, точнее…

Но пьяному Алексу удача, видимо, на сегодня уже отулыбалась – братья Фан вообще не удивились его способностям и не отказались от намерений испортить лицо молодому Ши.

И тут Алекс уже не стал бы церемониться и думать, что голова завтра отвалится от боли после применения магии – собак стоит проучить, только вдруг остолбенел.

В дверь «Денег на посохе» зашел он сам, Алекс Ши собственной персоной, да ещё и в компании лаовая Антона – его русского друга, да ещё пары однокурсников.

Новый, второй Алекс сощурился, войдя, из харбинского полдня, в полумрак «Денег на посохе» – собаки Фан, наверное, успели выключить свет на входе. Но Алекс-то видел ясно: тонкокостный паренек с его, Алекса лицом. Даже серьга в ухе – его!

Вот тут Ши и пропустил один, но умелый удар! Дальше до лисьего сына долетали только обрывки фраз и то, сквозь плотный красный туман в голове – шарики боли пухли, как дрожжевое тесто. Братья Фан отработанными движениями зажали его с двух сторон, не давая обмякшему телу упасть на пол.

– Валим отсюда! – сказал Антон по-русски. – В Китае иностранец всегда виноватее китайца. Не хочу объяснять, что я просто с другом зашел выпить, – последнюю часть фразы он сказал уже на пекинском диалекте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.