Эра Алкида. «Перфекция»‎ (СИ) - Ледова Полина - Страница 22

Я боец. И всегда была.

Будь она ещё и конформистом, смогла бы ужиться в Акрополе, но сейчас, глядя на своё лицо в старом зеркале, на фоне белых стен, она ощутила отторжение.

Вдруг Веспер встрепенулась. Странный шум вывел её из оцепенения. В коридоре загудела пожарная сирена. Верхний свет выключился и в комнате мгновенно стало темно. В замешательстве Веспер отворила дверь комнаты. Сирена оглушила её электронным голосом Диктатора: «Внимание! Пожарная тревога. Всем немедленно покинуть здание. Служащим немедленно устранить источник пожара». Блеклый красный свет от индикаторов на стене растёкся по её комнате. В коридоре постепенно нарастал шум суеты от разбуженных посреди ночи сотрудников Акрополя. Некоторые выбегали из комнат прямо в ночнушке и неслись к выходу, но Веспер решила поступить иначе.

«Пора», — решила она, прочитав в ударе колокола некий знак свыше. Сегодня она покинет Акрополь. Но сначала сделает то, что существенно подпортит их планы.

Глава 8. Бриллиант в небесах

Алкид знал, что ему потребуется сделать несколько очагов, осталось только не попасться охранникам. В крайнем случае, он притворится, что бежит в панике от пожара. Может, в суматохе никто не заметит, что он движется в противоположную от выхода сторону.

Он свернул в коридор, где располагался кабинет с «камерой обскура». Первую дверь он уже взламывал ни раз. Ничего сложного, коды на замке не меняли.

За тяжёлой железной дверью стоял непроглядный мрак. Алкид заглянул в окошко, но без источника света не смог рассмотреть там никакого движения. В отчётах не было ни слова о том, что химеры спали по ночам. Скорее всего, они также, как и раньше, двигались в только им известном танце по комнате, тыкаясь в стены слепыми мордами.

В коридоре далеко слышались шаги солдат, прочёсывавших сектор Альфа. Скорее всего в центре безопасности знают о том, что пожар не был случайным. Они ищут сейчас его и очень скоро найдут, если не поторопиться.

Алкид сорвал с себя халат, вывернув содержимое карманов. Он оторвал от халата рукав и, стараясь издавать как можно меньше звуков, смочил его водой из крана. Со знанием дела извлёк ещё одну бутыль с медицинским спиртом. Хорошо, когда у тебя есть заначки по всему зданию. Оставшись без одежды, он принялся натираться мылом, обряд не самый приятный, но это была его единственная возможность справиться с самым рисковым пунктом плана.

Затем Алкид рывком придвинул железный стол ближе к «камере обскура», так, чтобы он оказался прямо под вентиляционной решёткой. Он вскочил на него и, вцепившись в решётку, одним резким движением сорвал с потолка. Поток воздуха ударил в лицо вместе с крошкой бетона, пылью и старой штукатуркой. Тем временем шаги солдат стали ближе. Алкид швырнул решетку на пол, так, что та с грохотом упала на белый кафель.

— Там кто-то есть! Зачистить! — услышал он команду. После этой фразы счёт пошёл на секунды.

Алкид нащупал карту в кармане халата. Не слезая со стола, приложил её к считывателю. Пронзительный писк, вспыхнула зелёная лампочка. Он прыгнул к двери и повернул защитный рычаг, блокирующий ручку. Дверь с глухим шумом раскрылась. Казалось, она вросла в дверной проём, так что Алкиду пришлось приложить усилия, чтобы сдвинуть её с мёртвой точки. Теперь оставалось рассчитывать только на удачу, потому что момент открытия двери пришёлся на появление в лаборатории солдата Акрополя. Алкид распахнул дверь, одновременно загородившись ею. Он врос в стену, прижимая громоздкую ручку к груди. Только волей случая его план удастся.

Я — «Перфекция». А значит, это я и есть случай, судьба и божественная воля. Неудача исключена.

В тишине лаборатории Алкид услышал неторопливую поступь солдата, который крался, подбирая безопасную позицию. Кажется, он не успел осознать, что именно происходило.

— Доложить о положении, — раздался приглушённый приказ по рации.

— Темно, никого не видно, — отрапортовал солдат, продвигаясь всё глубже в комнату и всё ближе к «камере обскура». — Кажется, здесь открыта дверь.

— Какая дверь? — прошипел голос командира по рации.

— Железная тяжёлая дверь, — слова сопровождались звуком снятия предохранителя с пулемёта.

В эту секунду Алкид увидел сквозь окошко едва различимый в темноте силуэт, проскользнувший сквозь открытую дверь.

— Закрой её! — раздался испуганный голос в динамике, — Немед… — но слово оборвалось, потонув в грохоте пулемётной очереди.

В узкой щели между стеной и дверью Алкид увидел, как высветился от череды выстрелов силуэт солдата, отступавшего к выходу. Он всё палил и палил, выкрикивая что-то неразборчивое в рацию. Лаборатория утонула в шуме пальбы. Последним, что услышал Алкид был нечеловеческий крик, который, однако, принадлежал солдату. Казалось, что с этим криком высвободились все злые духи из самых глубин его души. Жуткий вопль перерос в сдавленный хрип, словно кто-то стиснул его горло. Затем всё смолкло. Ещё через одну секунду выстрелы раздались уже в коридоре.

Алкид принял решение покинуть своё укрытие. Времени у него было неумолимо мало. Нужно немедленно выбираться отсюда. Алкид подхватил, оставленный на столе оторванный мокрый рукав халата и повязал его вокруг лица, чтобы закрыть нос и рот. Он треснул бутылкой со спиртом по столешнице, так что тысяча осколков вместе с горючей жидкостью разлетелось по бумагам и медицинским отчётам, по остаткам разорванного халата. Он вскочил на стол, чиркнув спичкой, бросил её в ноги. Пламя занялось немедленно, поэтому Алкид подпрыгнул, зацепившись за стенки воздуховодной шахты и повис на ней. В свете озарившегося помещения лаборатории он увидел одну из химер, замершую в дверном проёме над телом солдата. Пасть, лишенная рецепторов открывалась и закрывалась, словно пытаясь вдохнуть запахи крови. Даже без глаз существо, несомненно, заметило Алкида. Он не сомневался в этом, просто ощущал кожей взгляд малой химеры. Дио вдруг засеменила в его сторону, обходя стороной мебель и предметы, разбросанные по полу. Она передвигалась безошибочно, как если бы могла видеть. Алкид глубоко вздохнул и подтянулся на выдохе, влезая в шахту. Он больше не видел химеру, но мог слышать её утробное рычание, требовавшее больше жертв. Ему показалось, что химера забралась на стол вслед за ним и он приложил ещё больше сил, стараясь выбраться из лаборатории. Пополз вперёд по узкому проходу, в котором едва помещался. Локти и плечи врезались в стенки туннеля, колени едва ли помогали в перемещении. Алкид полз вперёд, а в лицо ему валил густой чёрный дым. Он услышал позади, как Дио попыталась запрыгнуть в люк, слышал скрежет когтей и странный, ни на что не похожий гул в ушах. Он пополз быстрее и вскоре все звуки стихли позади. Только дым, застилавший глаза, поэтому Алкид натянул свою повязку поверх них. На секунду ему показалось, что он сам превратился в химеру. Слепую, глухую ко всему, но точно знающую, куда она движется. Он полз по узкому проходу, чувствуя, как кислорода становится всё меньше, а нос заполняется гарью. Ещё немного. Три метра вперёд, поворот налево, второй поворот направо, ещё десять метров, и он у цели. Только бы хватило сил.

Алкид полз по воздуховоду, в тесном замкнутом пространстве, почти задыхаясь и радуясь от того, что его план постепенно становится реальностью.

***

Веспер побежала по коридору, молясь не столкнуться с солдатами. Акрополь превратился в один большой жужжащий муравейник. Повсюду слышались или мерещились шаги дробного марша военных. Как быстро они потушат пожар? Удастся ли ей исчезнуть, воспользовавшись паникой? Ведь в противном случае её мог ждать трибунал. Веспер прекрасно понимала, что её не отпустят отсюда живой. В рюкзаке за плечами лежала самая важная во всём Элласе папка. Тот, кто её украл подлежит расстрелу.

Добежать бы до лестницы, ведущей к чёрному ходу. Сейчас никто не заподозрит, если я побегу туда.

Шаги солдат в соседнем коридоре заставили её остолбенеть. Револьвер был наготове, а на ежегодных учениях Веспер всегда показывала лучший результат по стрельбе. Ей даже как-то предлагали вступить в армию, отказавшись от исследований за большую плату, но её тошнило при мысли о казармах, в которых придётся ютиться бок о бок с толпой алчных до плоти мужчин и фригидных мужеподобных женщин. Лучше уж терпеть идиотов только в рабочие часы, а не целыми днями напролёт.