Ведомство. Свежая кровь (СИ) - Озерова Евгения - Страница 7

Попив, Змей протянул стакан аналитику, тот немедленно подхватил его. «База данных» по-детски изобразил кряканье, размашисто утер губы рукавчиком и заявил:

— А тепель куфать давай!

Все умильно рассмеялись, Хватов ткнул аналитика локтем в бок:

— Понял, кого изображает?! Ну дает! Только бороды не хватает!

Все снова помотали головами, умиляясь.

Настя разозлилась:

— Чего стоим? Кого ждем? Ребенок есть хочет!

Снова возникла молчаливая суета, все заозирались друг на друга, потом Хватов сказал, что ему надо позвонить, достал из кармана смартфон и вышел из комнаты.

— Ну?! — спросила Настя. — Вряд ли он юных дев в таком возрасте ест! Не может быть, чтобы у тебя молока и хлеба не было!

— Есть, есть! — с облегчением пробормотал Кот-Ученый и унесся на кухню на всех четырех лапах. На повороте его занесло.

Змей с любопытством оглядывал комнату и вдруг, увидев закрытый ноутбук, потянулся к нему:

— Дай, дай, дай! Новосси!

Настя вопросительно посмотрела на Тхора, тот кивнул.

Через минуту она с наслаждением растерла затекшие руки — ребеночек оказался не таким уж и легким — и, плюхнувшись в кресло, вопросительно посмотрела на рептилоида.

— Ну вот так, в общем, — развел руками он. — Я практически все сказал. Ну… У него два воплощения, да. Мы… Ну, в смысле, создатели… Предусмотрели возможность маскировки, исходя из наиболее вероятного пути развития населения планеты. Ну, кто будет доминирующей расой, все такое...

— Хм… А между вами ему, значит, маскироваться не надо? Три входа для питания там, огнеопасность, то-сё? — живо поинтересовалась Настя.

— Я не программист и не «жестянщик», — развел длиннопалыми руками рептилоид. — Зачем-то ему в нашем воплощении нужно три головы. Не в курсе зачем. И, по-моему, никто из ныне живущих не в курсе — секреты утеряны. А огонь… Ты что, сама не догадываешься? Это выхлоп системы охлаждения. Когда перегревается — разозлится там или перетрудится, — да, огонь получается.

«Офигеть… — Настя, помотав головой, посмотрела на Змея, уже увлеченно листавшего что-то в Интернете. — Ну и денек! Интересно, он сейчас не перегреется? Здесь бумаги много…» Она с тревогой оглядела кабинет: забитые книжные шкафы по стенам, стопки книг и старых газет на обоих письменных столах и даже на полу.

— Я принес, я принес! — влетел в кабинет Кот-Ученый. — На, Змеюшка, покушай!

Он небрежно подвинул стопку книг сбоку от ноутбука и поставил тарелку с бутербродами и чашкой. Змей, не глядя, потянул ручку к еде и воткнул зубки в бутерброд. Настя насторожилась и вытянула шею — с чем хлеб?

— С сыром, с сыром, не беспокойся! Молодому организму полезно! — замахал Кот-Ученый лапами.

— Так почему его украсть-то хотели? — снова откинувшись в кресле, продолжила расспросы она.

Неожиданно вместо рептилоида ответил Кот-Ученый:

— У кого монополия на историю, тот управляет миром! — с пафосом заявил он. — Это очевидно.

— То есть сейчас управляем миром мы, прямо вот из этой страны, ты хочешь сказать? — саркастически спросила она. — О да! Конечно! Оно и заметно!

Кот-Ученый возмущенно набрал воздуха в грудь — явно чтобы разложить ей все по полочкам, но Тхор прервал его:

— Во всяком случае, Насть, он жил здесь почти все тысячи лет своей жизни. Мы знаем, как за ним ухаживать. А это нелегко, между прочим. И мы не можем допустить, чтобы пятнадцать тысяч лет истории Земли случайно погибли просто потому, что ему не обеспечили должных условий вовремя.

«Логично, блин… — подумала она. — Может, даже то, что он с недельку в графине этом посидел, было очень рискованно… Впрочем…»

— А как он здесь оказался, если, говорите, кто-то знает, как за ним ухаживать? Вот кстати, где эти… Рептилоиды, люди, лешие, или кто они там?

— Едут… Едут уже Хранители, — раздался голос Хватова, он вошел в комнату и обратился к Коту-Ученому: —Вот демоны, у тебя не квартира, а лабиринт какой-то! Искал любую комнату, чтобы позвонить в тишине, три двери подряд открыл — все в туалет!

Обозреватель развел руками:

— Забыл предупредить, Иван Силантьевич: у меня квартира с неевклидовой геометрией! Не ищи ничего наугад — заблудишься. В следующий раз у меня спроси, потом сможешь сам ориентироваться.

— Понял, понял уже… — проворчал тот, усаживаясь, и вдруг увидел поглощавшего информацию с экрана Змея. — Ему не повредит?

— Э-э-э… Насть, извини, не могла бы ты время от времени лобик у него трогать? — спросил Тхор. — Женщины это умеют как-то определять… Ну, жарок, там, чтобы не сделался… Он теплокровный, кстати — человек же наполовину!

«Ну вот, сделали меня нянькой! — хотела возмутиться она, но тут же оборвала сама себя: — Но откуда-то я ведь знала сразу, что ему пить хочется…»

Она кивнула и потрогала лобик Змея — вроде все в порядке. Заодно посмотрела на экран — он читал Википедию, одновременно во вкладках браузера были открыты архивы новостей.

— В общем, так, — начал видный граалист. — Павел Сергеич, спасибо тебе за службу и дружбу, и поверь, благодарность будет не только на словах. С женой твоей все в порядке, я ее успокоил. Второе. Майкл и Боб твои — те еще фрукты. Мои ребята пробили по базам — очень мутные типы, и это похищение — к сожалению, похоже, не самодеятельность. Странно даже, что пограничники еще в Шереметьеве ими не заинтересовались — у них список послужной очень своеобразный, правда, пока участвовали только в человеческих спецоперациях. Проводимых Цитаделью, значится. Но, видишь, до самостоятельности не доросли: прокололись сразу. Усыпить нашего Змеюшку усыпили, но не знали, что в наведенном сне он все равно сигналы подает, хоть и слабые. Впрочем, откуда им знать-то: на нашей-то памяти он магически никогда и не засыпал… В общем, не поймали этих вредителей: как только отогнал их от тебя наш друг пушистый, так они сразу обратно в Шереметьево, у них билеты с открытой датой были. Уже прошли паспортный контроль, а жаль: люблю, когда у таких вечность свободная внезапно образовывается…

Он расхохотался заразительно, Настя и Тхор тоже заулыбались, но аналитик нахмурил брови:

— Странно… По моим прикидкам выходило, что они отважатся нас повторно атаковать.

— По моим тоже, блин… — снова усмехнулся Хватов, ощерив иглы. — И знаешь, что это значит? Что остальных троих, о которых ты, Павел Сергеич, рассказал, тех, что в Москве остались, надо в оборот брать. Кто-то из них — оставленный ими «спящий» или действующий пособник, голову на отсечение! И мои уже работают, не волнуйся.

— М-н-да… — протянул аналитик, глядя в пространство. — Что-то они еще задумали… Подозреваю, надо Лукоморье проверить.

Настя встала потрогать лоб Змея, молчаливо поглощавшего энциклопедические знания вперемешку с новостями, потом глянула на часы на полке. Поздновато, однако…

— Простите…

Мужчины с тревогой оглянулись на нее, и она заторопилась:

— Нет-нет, все в порядке, не перегрелся еще. Но он же ребенок, а времени… Полвторого ночи уже!

— Непорядок, согласен! — проворчал Иван Силантьевич. — Друг пушистый, есть где дитя уложить?

— Насть, ты знаешь, где спальня. — Кот-Ученый не спрашивал, а утверждал: она уже бывала у него. — Только возвращайся побыстрее: скоро будет самое интересное!

Несмотря на то, что темнота в коридоре не была преградой для вампирского зрения, неевклидова геометрия квартиры требовала повышенной внимательности. На всякий случай Настя еще и посчитала шаги — ровно семь с половиной от двери кабинета. Толкнула плечом дверь спальни — на руках сидел Змей.

— Это вы? — раздался шепот сзади.

Она резко обернулась и тут же расслабилась: позади стоял давешний молодой вампир.

— Извините, что испугал. Услышал шорох здесь, и… Помочь?

— Да. Тут ручка на двери, откройте… Пожалуйста…

Она поймала себя на том, что очень захотелось поправить волосы, хотя прическа была в порядке. «Хорошо, что руки заняты… — пронеслась мысль и сразу сменилась другой: — Какой странный у него цвет глаз! Вроде черный, но на самом деле очень темный серый… Очень темный…»