Ведомство. Свежая кровь (СИ) - Озерова Евгения - Страница 25

— Да нет, дядь Толь, — покачал головой эксперт. — Вот послушайте.

Настя тоже решила прислушаться к рассказу, который явно собирался поведать учитель, но единый в трех лицах прервал:

— Стоп, граждане! Давайте по порядку. Я так понял, первым вы подозреваете гостя нашего, который по тарелочкам и гиперборейцам, верно? Второй-то кто?

— Выживальщик у вас тут в лесах объявился, — вздохнул аналитик. — С очень специфическим снаряжением. Тот, кто зайцев побил. А вы и не в курсе, вижу…

Не торопясь, он рассказал о визите зайцев и о своих выводах насчет мнимого выживальщика. Настя продолжила — дополнила рассказом о ночном полете и обнаруженном снаряжении. Под конец передали слово дядь Толе — тот заверил подполковника полиции и майора ФСБ, что уверен в его знаниях по поводу секретных разработок экстрасенсибилизатора, но хотел бы пояснить для «присутствующих здесь гуманитариев», в каких целях он используется. Леший, видимо, несколько робел перед высоким начальством, хоть оно и село в лужу на его глазах, и пытался всячески подсластить пилюлю. Заодно Настя узнала, что подлинный экстрасенсибилизатор — не те поделки с лампочкой, которые заполонили рынок в девяностых, — действительно резко усиливал экстрасенсорные способности человека. Он реагировал на изменения магического поля вблизи лей-линий и так называемых «воронок» — возмущений в нем — и благодаря этому вполне мог быть использован как в бытовых магических целях, так и в более серьезных.

— И что же они ищут? — проворчал Черномор, потирая кончиками пальцев виски с благородной сединой.

— А вот теперь — мои личные выкладки, — заявил Кот-Ученый. — Уверен, они верны. Или очень близки к истине. Во-первых, уфолог наш — экспат или репатриант[1]…

— Чо?! — буркнул дядь Толя, Настя тоже озадаченно воззрилась на аналитика, но майору ФСБ эти слова были знакомы.

— Да ладно, Федор Богданыч! Я сам его документы видел! — Виктор Никитич сделал рефлекторное движение, будто потянулся за каким-то досье в ящик стола, но остановил себя, поняв, что лишнего даже бдительным гражданам показывать нельзя. — Сибиряк он, истинный сибиряк, из-под Иркутска! Там и зарегистрирован…

— Ну товарищ майор, ну что вы как маленький, — протянул эксперт. — В наше время любые документы можно сделать! А вот что Зинка говорит — это правда истинная! Культуры он не знает, чекушку с мерзавчиком путает, и даже запомнить не смог, в чем разница, когда она ему сказала. Не знает, какой крем в пирожных «трубочки», что…

— Чекушку с мерзавчиком?! — потрясенно вопросил Черномор. — Верю. Убедил, Федор Богданович! Полностью убедил!

Он застыл на несколько секунд, глядя прямо перед собой, потом встрепенулся:

— А ведь был уже сигнальчик, был… — вспомнил он. — Седьмого, в праздники, выпивали мои ребятки в увольнительной, он примкнул. Усадили, приветили, все такое. Они — поминальный за участников парада в сорок первом[2], а он всерьез — а что такое, мол? Не знает! Не знает, оказалось! Так-то…

— Так-то, Виктор Никитич, — кивнул Кот-Ученый. — Дальше пойдем. То, что он и впрямь уфолог, криптозоолог и только Сами знают кто еще — не сомневаюсь. Такое разыграть, если ты сам не такой, — не поверят. Уфологами рождаются, как говорится, особый склад ума надо иметь! А действительно ли его используют, понимает ли он, что на самом деле тут делает, и кто такой по-настоящему выживальщик, которому он батарейки и продукты таскает — это еще вопрос. Может и впрямь искренне заблуждаться, тут ты прав, дядь Толь.

— Так что ищут-то они?! — не выдержала на этот раз Настя. — Не месторождения же магической энергии!

— Проход, уфолог же сказал, — пожал плечами эксперт. — Только не в Гиперборею и не к предкам. В Китеж.

В кабинете воцарилось тяжелое молчание. Все обдумывали предложенный Котом-Ученым вариант.

— Нет, ты погоди… — начал было дядь Толя, но сам себя прервал: — А логично. И экстрасенсибилизатор для поисков в самый раз. Портал мощные завихрения дает!

— А что газопровод?.. — затаив дыхание, спросила Настя.

— Ну да! — веско ответил Виктор Никитич. — Газопровод как раз. Там же и гражданский, и грузовой порталы, просто пользуются ими редко. Видимо, не догадалась пока парочка наша спросить, откуда у нас газ.

— Я думала сначала, от плавбазы, — сказала Настя. — Может, подкинуть мысль уфологу?

— В целях обезопасить? — усмехнулся Кот-Ученый. — Дезу подкинуть — раз плюнуть, а наша задача — взять их. Они нам принципиально важны — рептилоиды-то наши смылись, если помнишь, — ну, которые со Змеем Горынычем мутили… Нам выход на шпионскую сеть нужен. Там работа мощная по Китежу идет, видно…

— Все равно пока прикажу ребятам скрытно взять под охрану ввод газопровода и порталы, — сказал Черномор, в этот раз явно перейдя к ипостаси начальника заставы и подполковника полиции одновременно.

Дядь Толя и Кот-Ученый покивали, но Черномор продолжил:

— Но, Федор Богданыч, согласись: по закону брать их пока не за что. Не представляю себе вариантов. Не запрещено у нас нигде по лесу шастать, развалины искать. И даже экстасен… экстралиби… рогулиной этой, в общем, владеть не запрещено. Более того, Самими поклясться могу: нигде в нормативных актах про нее и не написано!

— А разрешение на спутниковый телефон у него есть? — медовым голоском поинтересовался Кот-Ученый.

Настя молча восхитилась. Такое же восхищение она увидела на лице майора ФСБ, но оно, впрочем, быстро угасло:

— А как ты себе это представляешь? Приходит взвод спецназа морской пехоты со мной во главе, и я спрашиваю вежливо: позвольте-ка, гражданин, ваше разрешеньице? Человек-то он человек, а вдруг магией владеет? Тут мои тридцать три богатыря могут бесполезными оказаться… А бесполезный в таких делах — мертвый гарантированно. Хм… Ты же, я слышал, с Хватовым вась-вась?

— Ну, практически. — Кот-Ученый произнес это так, что Настя поняла: втягивать главу Союза реципиентов он в дела Лукоморья очень не хочет.

И Виктор Никитич тоже это понял.

— Тогда хоть позвони, спроси, что посоветует… Я тоже тут подумаю с ребятами своими… Завтра сверим варианты?

Уже когда они выходили, она услышала, как майор ФСБ обсуждает проблему сам с собой:

— Значит, что мы имеем? Выживальщик работает по лесу, уфолог пытается среди граждан про проход вызнать…

Она вздохнула про себя, поняв, что у всех присутствующих вечер точно будет тяжелым: и Кот-Ученый устроит им совет в Филях, и единому в трех лицах Черномору предстоят совещания с доведением до сведения личного состава…

[1] Экспат — человек с гражданством одного государства, работающий в другом государстве. Репатриант — человек, вернувшийся из эмиграции в государство, в котором родился или в котором родились его предки.

[2] Имеется в виду парад 7 ноября 1941 на Красной площади, с которого участники направились прямиком на фронт.

Глава 12

Предчувствия сбылись, но несколько иначе, чем она думала.

На крыльце дома их ждала огромная белая птица с письмом в клюве.

— Ну здравствуй, Вестник, — поздоровался с ней Кот-Ученый. — Давай бумагу, только не улетай, пожалуйста. Может, тоже поручение будет…

Птица с достоинством кивнула и вытянула шею, подавая конверт. Подвинулась в сторону, освобождая им проход, и тут же засунула голову под крыло, будто заснула.

Эксперт раскрыл письмо прямо на ступеньках, быстро пробежал взглядом по строчкам и передал Насте: читай, мол. Сам же серьезно сказал Вестнику:

— Да, будет, не ошибся. Сейчас напишу. — С этими словами он прошел в дом, Настя и леший шагнули за ним.

Птица никак не отреагировала.

В зале Федор сразу уселся за стол и принялся что-то строчить, Настя пока изучила письмо.

«Феденька, внучек! — гласили дрожащие строчки, написанные, как нетрудно было догадаться, лапой Филофея Домашевича. — Я сегодня здесь переночую: Баян премьеру новой оперы дает, представление поздно закончится. Был у Самих, песнь обо всех событиях, о которых вы мне поведали, спел. Долго совещались, приказали мне для вас такую сказку передать: