Архимаг по-приколу (СИ) - Серенко Ярослав - Страница 30

— Но зачем? — верите ли, или нет, у меня в голове всё это как-то не укладывалось.

— По приколу, — улыбнулся Пепел, — и в другой мир из моей вселенной ты попал по приколу, и Архимагом ты стал по приколу. О! "Архимаг по-приколу", так вселенную и назову.

Пепел начал что-то быстро печатать на ноутбуке. Меня разрывали противоположные чувства. С одной стороны, бред-бредом. С другой стороны, моя история действительно напоминает один большой прикол. Ещё и это затмение… Мда, писец подкрался незаметно…

— Так я что, получается, ненастоящий? — практически в отчаянии спросил я.

Пепел оторвался от экрана:

— В том-то и дело, что нет. И мир твой настоящий, и я настоящий, и ты настоящий, и происходящая вокруг дичь — тоже настоящая. Только влиять я на это всё могу сильнее, чем кто-либо другой.

Я тяжело вздохнул, и, вспомнив утренне-ночные приключения, спросил:

— Тогда ответь мне на один небольшой вопрос: КАКОГО ФИГА ТУТ ДЕЛАЕТ УКУР!? ЧТО Я ТЕБЕ ТАКОГО СДЕЛАЛ?!

— Да не ори ты, — поморщился Пепел, — этот хрыч сам пришёл. Сказал, ему вселенная понравилась, и он в гости ненадолго. И его не колышет, что его никто не звал. Так что придётся терпеть. Благо, он только в тонком плане тут действовать может.

Мы вдвоём тяжело вздохнули.

— Ладно, проехали. Давай, что ли, обратно к вам пойдём: ты — на будущее рабочее место, а я — в гости.

— Пошли, — вздохнул я и пошёл будить хомяка, но на полпути обернулся и спросил:

— А зачем тебе это всё?

— Скуучно, — скрючил скорбную физиономию Пепел, — а то тебе, что ли, никогда не хотелось от серой обыденности уйти? Я вот ушёл, мне понравилось.

Мда, было над чем задуматься. А пока я расталкивал хомяка, Пепел выудил из стопки конспектов толстенный чистый блокнот и спросил:

— Я, как туда прибудем, карандаш советский с твоего стола возьму, а? Мой ноут там работать не будет, ибо магия не очень с техникой взаимодействует, придётся своими ручками всё писать.

— А он там откуда вообще взялся?

— Так я и положил.

На языке снова завис извечный вопрос "нафига?", но я снова сдержался и только сказал:

— Бери, мне не жалко.

Пока я расталкивал хомяка, чем-то шуршащий местный демиург воскликнул:

— Ля, точно! Пока помню, ответь, пожалуйста: ты последние две недели тупил?

Я недоумённо повернулся к Пеплу.

— Ну, было дело.

— Чувство всеобщей мировой корявости было?

— Было.

— А внезапные приступы самокопания? Провалы в памяти?

— Тоже были.

— Новые знакомые какими-то мутными или неестественными казались?

— Да, а что?

— Фух, чуть не забыл, — Пепел вновь распахнул только что закрытый ноут и опять начал что-то печатать, — приляжь пока рядом, — махнул он на хомяка, — а то по мозгам может ударить.

Я с постепенно нарастающим чувством тревоги медленно опустился на диван.

— Готов?

— К чему?

— Узнаешь, — уклончиво ответил Пепел и, глядя на меня, прожал "энтер".

Меня резко скрутило судорогой. Голова налилась свинцовой тяжестью. Некстати вспомнилось какое-то документально-бюрократическое описание какой-то советской игрушки: "ноги ватные, тело набито опилками, голова деревянная, глаза стеклянные…"

Тем не менее, моё состояние этот документ определил довольно точно.

В голове возникла туча неясных образов, причём не всегда именно моих. Например, я точно знаю, что рептилоида в огромной самоходной банке из-под сгущёнки я никогда себе не представлял. Образы двигались, сменяли друг друга и смешивались в самых различных пропорциях. Вот синяя курица-несушка отрастила себе страусиные ноги и побежала от гепарда-киборга, собранного в стиле "стимпанк" из говна и палок; вот на горизонте мелькнул получеловек-полузмей, держащий в одной руке — медное копьё, а в другой — электрошокер; вот из-под земли высыпалась куча каких-то ржущих гоблинов, и, вытаптывая редкую растительность, двинулась за гепардом; вот они откуда-то достали розовенький имперский шагоход из "одной далёкой галактики" и принялись палить из бортового бластера по змеелюду; вот он отбивает заряды копьём, как нефиг делать; вот из-за камушков и прочих щелей полезли цыгане в обнимку с медведем…

— Так, где-то я уже вас видел… — Заторможенно подумал я.

Картинка резко изчезла, заслонённая какой-то тенью. Прищурившись, я увидел огромного розового слоника, довольно взиравшего на меня с высоты своего роста; вот он наклонился ко мне и мягко сказал густым басом:

— ЗА ПРОЕЗД ПЕРЕДАЁМ!

После чего развеялся прахом; вот прямо на меня идёт крайне злой мужик с кувалдой на плече, бормоча что-то вроде "понаехали тут…"; вот он замахивается; я на остаточных рефлексах пытаюсь закрыться, но тело меня не слушается; кувалда с громким хрустом входит в мою черепушку, сознание затапливает океан боли… А потом я очнулся.

Эмоции накатили нескончаемым потоком: я в ярчайших подробностях вспомнил всю свою жизнь в другом мире, сам про себя подумал "чё ж я такой тупой?" и наконец вспомнил, куда положил потерянный полтора года назад курсач…

Сознание вновь захотело меня покинуть, но резко вернулось обратно после чьей-то мощной оплеухи. Когда зрение немного прояснилось, я увидел склонившегося надо мной Пепла, с интересом вглядывающегося в моё лицо.

— Что чувствуешь? — осторжно спросил тот.

— То, что я конченый придурок, — еле разлепил губы я, — блин, две недели как будто обдолбанный ходил…

— Ну почему "как будто"? — пожал плечами Пепел. — Я тебе эмоциональный фон активно глушил. Так сказать, во избежание. Сплошные плюсы — и твоя тонкая душевная организация цела, и с другими существами отношения налажены.

Я задумался, и, придерживая больную голову, спросил:

— А остальные, получается, адекватно отреагировали, потому что я там не первый такой попаданец-обдолбанец?

— Верно, — кивнул Пепел, — я таким, и тебе в том числе, всегда в упрощённом варианте освоиться даю. И количество суецидников резко сокращается, и психиатр по окончании реабилитации не требуется.

— А если всё-таки самовыпилиться?

— Тогда сам дурак, — пожал плечами Пепел.

— И то верно…

— Кстати, — начал он, — вы зачем приходили-то?

— А я теперь — админ старшего звена. Если честно, не знаю, что это значит, но звучит солидно. И ты мне должен был объяснить, что я теперь такое и с чем это едят.

— А-а, — протянул тот, — короче, если в общих чертах, то тебе теперь доступна вся системная инфа.

— И что?

Пепел странно на меня посмотрел.

— Вообще вся. И о себе, и о других. У тебя там сбоку в интерфейсе поисковая строка должна была появиться, там много чего найти можно. Попробуй туда забить что-то вроде "моё состояние здоровья", или чего-нибудь подобного.

Скосив глаза набок, нашёл небольшое поле с полупрозрачной подписью "поиск", и ввёл, что просили. Перед глазами развернулось обширнейшее текстовое полотно, аж в глазах зарябило. Тут тебе и количество сахара в крови, и кардиограмма, и состояние печени с почками, и много чего ещё.

Пепел продолжил:

— А теперь наверху выбери вкладочку "дебафы", она там на первом месте. И я тоже посмотрю заодно.

Нажал. Текст сократился до удобноваримого:

Утомление

Эмоциональное истощение

Тремор конечностей

Потливость

Судорога левой трапециевидной мышцы

Головная боль

Пониженное содержание магния

Лёгкое похмелье

Внимание! Аномально высокая мозговая активность! Использование оперативных ресурсов мозга: 104,52 %. Имеется угроза жизни!

Не понял сейчас, — я аккуратно согнул шею, постепенно растягивая связки. Дебафф "судорога" мигнул и пропал.

— Что именно? — спросил Пепел, скосив глаза к носу и совершая ими поступательные движения вверх-вниз (видимо, в интерфейсе роется), — А! Всё, увидел. А как так?