Бесова длань (СИ) - Ковальский Даниил - Страница 30

Сколько раз брался за эту нашивку Матфей?

Сколько раз он прикладывал ладонь к нагрудному карману, обещая бороться во славу народа и бога нашего?

Сколько раз он чувствовал вину за свой обман.

Это другая куртка. Совсем другая. Лишь нашивка связывала её с той самой.

Но Дэл лишь стащила с себя сапоги, да пошла вглубь дома, оставив куртку валяться на полу.

С возвращением домой вернулась вся та усталость, накопленная долгой дорогой домой. Сколько она шла, сколько она боролась, чтобы в конце концов увидеть свой старый диван, да угол захламленного стола. Дэл тяжело вздохнула и упала на диван, прямо в грязной рубахе.

Она закрыла глаза и… слышала собственное стучащее равномерно сердце. Она была дома. Никто её здесь не тронет. Она наконец в безопасности. Она сможет навестить тёплого Брайса, послушать крики детей на игровой поляне, да снова помочь с уборкой Лексу, которому сложно было этим заниматься самостоятельно.

Дэл мотнула головой, выгоняя мысли прочь, и попыталась забыться во сне.

Звук взведенного курка заставил её распахнуть глаза.

Лекс задумчиво вертел револьвер в руках. Волосы его отросли за то время, что они не виделись. Она оглядела дом — много хлама, как и у неё дома. Кто-то приходил к нему во время её отсутствия? Судя по отросшим волосам и шрамам на подбородке — вряд ли.

— Боже… — пробормотал Лекс себе под нос и наконец правильно взялся за рукоять револьвера.

Он поднял глаза прямо на неё. Хорошо знакомая пустота в глазах. Дэл нервно сглотнула. Слишком хорошо знакомо ей это. В таком состоянии огнестрел берут не для того, чтобы поохотится. Нет. Он не должен был…

— Пожалуйста, Лекс, опусти оружие… — проговорила она.

Парень прищурился, словно вглядываясь в неё, и наконец сделал пробный выстрел в пол. Щепки разлетелись в стороны. Он улыбнулся, но в этой улыбки ни радости, ни счастья, да и в глазах всё та же всепожирающая пустота.

— Какой же я трус… — тяжело вздохнул он.

Она вскочила со своего дивана и… поняла, что она дома. Рядом не было ни Лекса в его коляске, ни того хлама, ни револьвера. Это был сон? Или… она взглянула на свои руки. Что это было? После встречи с колдуном она уже не могла воспринимать сны как что-то обычное и несущественное. А… она на всякий случай в очередной раз задрала рубаху. Ничего не было на животе. Она была свободна. Никто не мог наслать на неё резко сон, если только…

— Бесова магия… — проговорила она, и резко рванула к шкафу.

Рывком стащила с себя рубаху, чтобы надеть другую — на грязное тело, что в любое другое время вызвало бы у неё раздражение. Но в этот раз она лишь сморщилась лишь при одной мысли об этом, но времени не было — она должна была проведать Лекса, просто удостовериться, что с ним всё в порядке. Она натягивала сапоги, бормоча про себя: «Лишь бы сон… лишь бы сон…». И вылетела она из дома, по пути куртку надевая и думая только об этом.

На улице было уже много народа. Большинству было плевать на торопящуюся девушку в тёмной куртке. Кто-то оглядывался ей вслед, смутно вспоминая, что где-то видел. Никто не окликнул. Никто ничего не сказал. Дэл шла с опущенной головой, то и дело срываясь на бег. Лишь бы это и в самом деле был сон…

Она громко постучалась в дверь его дома — излишне нервно, слишком сильно. Невольно в голове пошёл отсчёт секунд. Пройдёт тридцать секунд без шорохов и звуков — она дверь выломает и войдёт. На семнадцатой секунде она услышала, как скрипели колёса его коляски, и наконец смогла выдохнуть. Всё в порядке…

За раскрывшеюся дверью находился Лекс — улыбающийся и совершенно спокойный, на первый взгляд.

— Ох… Дэл… ты вернулась?

Она сдавленно кивнула, осматривая его. Да, ему и в самом деле стоило подстричься, да только она сама могла его лишь отвратительно обкорнать. Позже она обязательно свозит его к цирюльнику. Но это будет позже.

Он улыбнулся ей, как делал каждый раз, когда она приходила к нему с помощью. Отсутствие обеих ног сильно ограничивало его возможности, как больно не было это признавать. Однако она подняла взгляд чуть выше плеча, и оглядела коридор. Вроде не так грязно, как ей показалось.

— Мне Брайс говорил, что ты очень надолго ушла… с какой-то миссией важной. Ты всё по лесу бегаешь с мечом, да?

Она снова кивнула.

Брайс не стал говорить, что её выгнали из города, что её забрал колдун, что она уходила навсегда. Беспокоился за чувства Лекса? Или сам искренне верил, что это лишь на время, что она вернётся?

— Не удивлён… — он откатился в стороны, освобождая проход для неё.

Дэл аккуратно перешагнула через порог.

Выглядело всё вполне прилично, грязи было не так много. Возможно, Брайс в самом деле недавно сюда захаживал. Лекс наблюдал за тем, как она снимала сапоги, и не выглядел подавленным или апатичным. Всё было обычно. Возможно, это и в самом деле был всего лишь кошмар. Она столько всего пережила, столько всего видела, что рано или поздно это должно было произойти.

— Как у Брайса дела? — спросила она.

Она сняла с себя куртку, повесила её за шиворот. Взгляд скользнул по нашивке Матфея, и сердце кольнуло. Смогла бы ли она принять это всё, если бы он признал ей? Или она бы возненавидела его, чужого среди своих, единственного человека, которому она могла бы позволить командовать? Она честно не знала, но от осознания, что он рассказал об этом лишь Лайзе, было ещё больнее.

— А с каких пор тебя это интересует? — приподнял брови Лекс.

На этот вопрос она лишь пожала плечами. Возможно, с той поры, как она первым делом, войдя в палатку целителя, бросилась обнимать Брайса, чувствуя скорую разлуку. А возможно ещё и раньше, после того как провела с ним несколько дней в одной палатке. Всё могло быть.

— В последний раз от него разило алкоголем… он, как и ты, почти ничего не сказал, я и не стал лезть в душу… — Лекс тяжело вздохнул и проговорил, — Честно говоря, я за него волнуюсь… может, он тебя послушает и бросит это всё… хотя он бесов целитель, должен сам башку включить.

Они прошли в гостиную, где было вроде прибрано и спокойно. Он действительно заходил недавно, значит, с алкоголем проблемы лишь начались. В самом деле, нужно было с ним поговорить… она бросила взгляд на часы. Слишком поздно, через пару часов её будут ждать в палатке Тактического штаба, она просто не успеет как следует поговорить с Брайсом.

Пока что она могла протереть пыль у Лекса, да поговорить с ним ни о чём, чтобы он не чувствовал себя одиноко, чтобы сон в самом деле не стал явью.

— А у тебя как дела? — наконец решилась узнать Дэл.

Он улыбнулся, и в этой улыбке она увидела того самого мальчишку Лекса, с которым они постоянно ругались в Академии и с которым однажды даже подрались. Но вскоре улыбка потухла, и он снова стал тем самым повзрослевшим и уставшим инвалидом.

— Живой. Вот, катаюсь… игрушки делаю детям. Вроде неплохо всё.

Дэл улыбнулась ему — это не звучало это как речь человека, решившего выстрелить в себя. Значит, и в самом деле это оказалось лишь дурацким сном.

Она заметила графин с водой, решила к нему подойти и налить себе воды — горло пересохло. Пара шагов, и вдруг она почувствовала, что носок зацепился за что-то. Она опустила взгляд, и буквально почувствовала холодок, прошедший по спине.

Небольшая дырка в деревянном полу. Та самая. Она подняла уже серьёзный взгляд на Лекса, который бодро опередил её и принялся наливать воду. Она пальцем ноги провела ещё раз. Неровная. Выглядела она как отверстие от пули.

Бес подери… она слушала, как Лекс наливал воду в стаканы, и искала взглядом рукоять револьвера. Он должен быть где-то здесь. Если след от пули в полу оказался правдой, то и его намерения тоже могут быть не из сна… глазами она бегала по комнате, пытаясь отыскать хоть что-то похожее на огнестрел. Она оттолкнула подушку на диване и… она усмехнулась. В промежутке между сидением дивана и спинкой на неё выглядывало дуло. Она нагнулась за ним.

— Тебе хватит столько? — Лекс развернулся и опустил руки с колёс.