Дар! (СИ) - Лэнц Лана - Страница 46

— Снова за меч? Белаторы воюют?

— Оля, ты полагаешь, что рабы приходят добровольно, чтобы поработать? Кроме того, есть воинственные расы, которые могут уничтожить всё, что встретят на своём пути. Того же измерения певчих птиц мы могли больше не увидеть, если бы не сразились с теми, кто на них напал. Этих существ уничтожили бы. За спасение в прошлом и постоянную защиту в настоящем их вожак платит Белатории красивыми девушками, около двадцати-двадцати пяти в год. Это не слишком большая плата за наше покровительство, в их семьях всегда много детей. Живут они недолго, около двадцати лет, а в пять лет их женщины становятся взрослыми, способными отложить около трёх- четырёх яиц каждые полгода в семейном гнезде. Если бы мы не защищали этот мир, от их расы давно бы ничего не осталось.

— А куда деваются эти двадцать пять, которых вы забираете? Они становятся рабами?

Ольга помрачнела.

— Что ты? Какие из них рабы. Это очень нежные создания. Зато голоса у них чудесные, поэтому они поют в увеселительных заведениях.

Он не стал рассказывать про некоторые не слишком приятные пристрастия богатых белаторов к хрупким девушкам из этого измерения.

— А я смогу туда пойти и их послушать, — поинтересовалась девушка.

— Не советую. Там собираются только мужчины в поисках развлечений вне дома, не все красавицы там поют, как девушки этого измерения, некоторые нужны для других забав.

— А люди там тоже есть?

— Люди очень похожи на белаторов внешне, к тому же, измерение их находится далеко.

Он не стал добавлять к своему рассказу того, что многие люди не слишком красивы, поэтому нет смысла их тащить в такую даль, охотники за красавицами не выручат за них приличных денег.

Нит решил постепенно знакомить свою жену с настоящей жизнью мира, где она родилась. Ория не вспомнит, но привыкнет быстро, ведь это её мир. Он решил пока не рассказывать, что когда-то Ория и Кьен сражались с ним плечом к плечу в нескольких битвах. Молодёжь участвовала в боях с четырнадцати лет. Кьен после одного из этих сражений привёз домой трофей, женщину — бабочку. Редкий экземпляр. Старейшины забрали её, чтобы размножить их практически исчезнувший вид, а потом снова заселить мир, который белаторы тогда отбили. Говорили, что у них было целых два самца этого вида, а самочку найти не могли. Кьен продал магам эту редкую красавицу за хорошие деньги с условием, что сможет наблюдать за процессом размножения лично. Ории он про это, конечно же, не рассказал. Напротив, похвастался, что, благодаря ему, население того измерения восстановят.

30.

Когда Нит и Ория вернулись в Белаторию, родители Талны были уже на полпути к месту, где им предстояло жить. Этим белаторам, можно сказать, повезло, хоть они и не смогли попрощаться с дочерью, зато их жизнь после такого назначения должна была улучшиться в разы. Кроме прочих благ, отбывшим на службу в дальние измерения позволяли завести второго ребёнка. Именно поэтому все белаторы рвались на такие должности. Даже если потом их отзывали обратно, передав хорошо оплачиваемый пост ещё кому-то, ребёнок оставался в семье.

Матушка Талны была от этого в восторге, второй ребёнок — мечта всех белаторок, а отец девушки радовался повышению благосостояния, а ещё тому, что там ему было позволено совершенно бесплатно брать сколько угодно рабынь для работы по дому и ещё по одной в месяц для «особых» надобностей. В эти прочие надобности входили любые совершеннолетние девушки по его выбору, обязанные делать для господина то, что здесь он мог получить лишь в доме увеселений. Жаль, что нельзя брать больше одной ежемесячно, но так говорилось в указе свыше, так что тут он был бессилен. Поскольку рабынь «для особых нужд» предварительно делали бесплодными, чтобы случайно не получить крылатых гибридов, то после службы у высокопоставленного чиновника, их отправляли либо в дома увеселений, либо на посильные работы. Чиновник мог оставить их при себе в качестве прислуги, что тоже было очень удобно.

Папаше Талны завидовали все мужчины-белаторы. Провожая, особо близкие приятели похлопывали его по спине и шептали: «Ну, ты уж не посрами нас, везунчик! Девушки в том измерении — одна другой краше».

Его жена только усмехалась, ведь муж, хоть всё ещё и оставался молодым, но на ки с самой их свадьбы особой прытью не отличился. Она знала, что обязательно придумает, как сократить количество рабынь, подаренных ему статусом, втрое, а то и вчетверо.

Суфива, мать Талны, была женщиной властной. Она вырастила дочь точным своим подобием. Зная характер девушки, женихи не толпились у их порога, а когда Нит выразил желание жениться на этой мегере, даже его отец посчитал, что тот спятил. Но потом вспомнил о том, что и сынок у него тоже «не от мира сего»: замкнутый и необщительный.

«Они, словно два крыла одного фонтина, оба никому счастья не принесут, пусть женятся!» — решил господин Морэн.

Никто не ожидал, что из этих двух никуда не годных получится такая идеальная пара.

Папаша Морэн не предполагал, что умудрится даже увлечься той, которая не так давно была никому не нужна, но чем чаще он общался с этой девушкой, тем больше находил сходства с Хельгой и больше был ею очарован.

Теперь он понимал, почему сын выбрал именно Талну. С первого взгляда неприятная и заносчивая, невестка оказалась очень милой девушкой, не показывающей свои острые зубки по пустякам и, в то же время, она могла за себя постоять при необходимости.

Смущало его только одно, грымт признавал Талну, как прежде Хельгу, а вот его, например, и близко не подпускал. Когда-то он не трогал и первую невесту хозяина, Орию.

Люди могут судить о сходстве по внешности, а дикого кота просто так не проведёшь.

Было в этом что-то настораживающее, вот только что?

Как господин Морэн не пытался разгадать эту загадку, он всё равно не мог понять, отчего грымт позволяет Талне на себе кататься, а при его появлении скалит зубы, хотя кот должен был запомнить его, ведь видел уже множество раз, а эта девушка появилась в доме совсем недавно.

Мысль о том, что животное любит лишь женщин, тоже не имела под собой никаких оснований. Двух служанок зверь порвал, когда те пытались накормить его.

Выходит, кот благоволит лишь к тем, к кому хорошо относится его хозяин?

Тогда что же, его родной сын плохо относится к нему, собственному отцу?

Это звучало вообще, как полный бред.

«Нужно будет как-нибудь поинтересоваться у сына, отчего грымт не рычит на Талну, а не выдумывать всякие глупости», — подумал он и оставил этот вопрос без ответа, надеясь обо всём разузнать позже.

Отец Нита слыл ловеласом, но не дураком. Сын пошёл в него, поражая всех своими знаниями ещё в период обучения. Он намного обгонял ровесников, ещё и потому, что не отвлекался на всякую ерунду, по крайней мере, он так считал.

Побегать в догонялки с другими ребятами? Это не для него. Ну, догонит он их, и что ему это даст? У мальчишек заурядные способности.

А вот догнать в открытом поле быстроногого лафна — другое дело. Этот среднего размера олень бегал очень быстро. Развить подобную скорость смогли бы лишь какие-нибудь спортсмены-спринтеры. Нит мог и иначе поймать его, например, поднявшись ввысь, упасть вниз хищной птицей и… Но это ему было не интересно. Хотелось именно догнать.

И однажды у него получилось.

Что тогда творилось в груди юного белатора даже представить сложно. Сердце грозилось вырваться наружу не только от быстрого бега, но и от восторга, подаренного победой.

Отец гордился сыном из-за того, что он лучший во всём, но в то же время был в нём разочарован. Мальчик не стал ему другом. Хотя папаша очень старался.

В то время, когда его друзья гуляли, прихватив своих отпрысков, в доме увеселений, хвастаясь победами мальчишек на ки, он там пил один. Нита не волновали прелести привезённых охотниками рабынь, как и те, что имелись у белаторок. Он был занят победами над самим собой.