Мой Мир 2 (СИ) - Юдд Юджин - Страница 55

— Я вас найду!

— Нет, ну ты все-таки дурак, раз так разговариваешь. Встретишь сына, поговорите с ним, подумаете. Когда остынешь — мы свяжемся. За кристаллом зайдем завтра, а то твои олухи без твоих команд теперь штаны мокрые себе поменять не смогут.

Клуня небрежно отдала кристалл Голубым.

— Вы, это, не дурите. Вас убивать не хочется. А придется, если что пропадет. Все понятно?

Они быстро-быстро закивали.

— Хозяин, прогудел я, а бабы мне когда будут?

— Потерпи немного. Ты хороший мальчик сегодня. Столько денег папочке заработал, столько плохих дядей убил. Заслужил.

Мой член поднялся и торчал огромным бугром.

— Мы пойдем, сказал «я». А то сейчас вам бабами придется поработать. У вас на все три часа.

— Конечно идите. Не извольте беспокоиться!

— Сянка, сожги все трупы пожалуйста. Их могут считать.

— Хорошо, Хозяин

Когда мы, в сопровождении Голубых, вышли в темное помещение арены, в воздухе очень сильно пахло паленым мясом. Тентакли, естественно, все втянулись, а на месте погибших были обгорелые пятна. Клуня с Сянкой сидели, обнявшись и прижавшись друг к другу, как воробышки. Ну, никто бы не подумал, что это их рук дело. А рассказать, что по-настоящему произошло, было не кому.

— Слышь, мокрощелки! Заорал «я», на случай если нас кто-то слушал, Скоро ваш выход! А ну бегом! Видите, мальчик заждался!

Мы вышли из здания арены и пошли по улице. Прямо физически чувствовалось, что за ними наблюдают десятки глаз. Когда мы зашли в особо темный переулок, я взглянул аурным зрением и понял, что здесь никому ничего не видно. Тогда я закрыл нас серым колпаком, и мы свободно пошли домой. Для всех мы зашли в переулок и не вышли.

Придя домой, я одним махом снял со всех все личины. Потом сграбастал их:

— Какие же вы все молодцы!

Все засмеялись.

— Ты, Клуня, мне еще за мокорщелку ответишь, сказала Сянка

— А у меня щелка самая мокрая из вас из всех! Сказала Клуня, развернулась и, воспользовавшись тем, что только мы с ней после снятия личин были обнажены, приподнявшись, оделась на мой давно стоящий член.

Мы сплетались и расплетались, мы были одним целым, мы чувствовали друг друга и были друг другом. Я кончал в них, и они наполнялись мной под завязку.

Через три часа мы лежали вчетвером на полу. Клуня и Сянка прикорнули, а Креона, прижимаясь ко мне, прошептала:

— Мне обязательно надо с тобой серьезно поговорить. Я анализировала сегодняшнее. Не то, что произошло на арене, а то, что произошло здесь утром. Это важнее. Я пришла к интересным выводам: я больше сориентирована на тебя, такого как ты есть. Я действительно испугалась тебя, когда ты был в личине. Я поняла, что не хочу тебя таким видеть. Знаю, что это ты, понимаю, что так надо. Но не хочу. Наверное, я слишком долго тебя ждала. А вот Клуне совершенно все равно, какой ты. И кроме тебя, у нее нет ценностей. Этому я рада. А тебе самому, что больше надо? Мне меняться?

— Ни в коем случае! Ты, не только моя ипостась, как, впрочем, и я твоя. Ты — мой самый близкий друг. Надев личину, я немного стал им, Гортом. У меня сместились ценности. Что делать, форма определяет сознание, в каком-то смысле. При этом я не очень-то это почувствовал. Если бы не ты, я легко мог бы по-настоящему скатиться до уровня этого Горта. Я скажу тебе, кто ты для меня. Ты — мой ориентир, маяк в бурном море. Только благодаря тебе, я смог вовремя остановиться. Не смей меняться! Я могу перепутать что хорошо, а что плохо. И никто, кроме тебя, не сможет меня остановить.

— Я знаю это. И я рада, что ты это понимаешь. Если бы ты велел мне поменяться, то я бы, наверное, старалась это сделать. Но тогда, если бы у меня все-таки это получилось, в чем я сомневаюсь, у тебя было две Клуни. А ведь во мне твоего значительно больше, чем в них всех вместе взятых. И всегда будет больше.

— Как-то Тиэлла сказала, что ты — моя совесть. Я согласен с этим. А что ты думаешь о Сянке?

— Хм… Она никак не может определиться, к кому она ближе, к Клуне или ко мне. Наверно ее ипостась еще не определена. Думаю, надо ждать и наблюдать.

— Согласен

Мы надолго замолчали. Вдруг Клуня раскрыла глаза:

— Хозяин, прошло три часа. Они должны были закончить.

— Точно! Чуть не пропустили.

— Дон Консус!

— Да, Юджин

— Вы определились с местом?

— Да, я договорился.

— Представьте, пожалуйста, очень точно это место и, по возможности, план города — с вашими теперешними способностями, это не сложно. Завтра в 12 там окажется гора денег, я не могу сказать сколько, но точно больше 6 миллионов. Пусть кто-то из Ваших людей присутствует при приемке. Чужих рядом быть не должно! Берите эти деньги в управление. По поводу нападений, я думаю, что их пока не будет, но к провокациям все равно надо быть готовым.

— Я недавно проклеймил всю охрану. Отказались только двое — так, что теперь немного попроще.

Потом перед моим взором представились все планы. Судя по проработке картинки, Дон сильно прибавил в уровне.

Мы встали.

— Девчонки, потренируйтесь с вашими Хранителями. Думаю, теперь вы можете покрываться защитным пузырем самостоятельно, по своему желанию.

Свой Хранитель я снял и обмотал вокруг Хлыста.

— Когда я в личинах, я должен быть в нем.

— Я прослежу, сказал Хлыст

У Креоны и Клуни серый пузырь получился сразу. Он был ровным и плотным. У Сянки же все получилось не так быстро и качественно. Она действительно еще не определилась со своим местом. Это чувствовалось. К чести девчонок, ей никто ничего не сказал.

Мы вышли и направились к площади. Вдруг со мной связалась Клуня:

— Я слышала, о чем вы говорили с Первой. И я согласна с ней. У каждой из нас в вас свое место. Я хочу быть Тобой. Твоими руками, твоей защитой, твоей ипостасью, твоей членом, наконец. Когда я была в твоей личине, я тоже поменялась. Я трогала себя за член и представляла, что вхожу в меня. И мне этого хотелось. А Первая… Она твоя совесть. Не моя. Моя совесть — ты. Первая права — утром выбор был только у Сянки. Ни у меня, ни у нее выбора не было. Мое предназначение — делать все, что ты считаешь нужным, даже если твоя совесть тебе этого не велит. Нет у меня ничего и никого, кроме тебя в этом мире. Нет и быть не может. Ты сам меня такой сделал.

Мне вдруг дико ее захотелось. Она остановилась, прикрыла глаза и прошептала:

— Да… Так… Я хочу чувствовать то, что ты хочешь раньше, чем ты это сформулируешь, полусказала-полувыдохнула она.

Мы дошли до площади. Около центрального фонтана стояло 15 ящиков с деньгами. Около них находилось несколько человек со стрелометами. Но, судя по общему аурному фону, что-то украсть не было ни у кого даже мысли — наше шоу передавалось из уст в уста. Также, как и то, что все Черные уничтожены. Откуда это узнала народная молва? Никто не знает… Но шила в мешке не утаишь. Я создал качественную иллюзию этих ящиков, затем покрыл настоящие ящики серым куполом. На всякий случай решил проверить сам и попросить девчонок:

— Посмотрите на предмет всяких маячков. Вдруг кто что почувствует

Они кивнули и стали сканировать. Я нашел 20 маячков. Под некоторыми ящиками было по 2 — черный и паучий. Клуня тоже нашла 20, Креона почувствовала 24, а Сянка только 15. Мы сверились. Оказалось, что Креона обнаружила еще 4 паучьих маячка.

— Как?

— Не знаю Любимый. Наверное, по запаху… Не могу тебе объяснить. Я этот паучий дух нутром чую. Видимо, он как-то взаимодействует моим с Зеленым. Портит его, что ли… Я применила метод глубокой диагностики, когда определяешь начальную стадию заболевания по изменению цвета ауры органов, даже если сам носитель ею не обладает. Вкачиваешь чуть-чуть и смотришь на отклик. У здорового органа он один, у больного — другой. Я занималась разработкой этого метода почти перед своим уходом из этого мира в источник. Не успела его опубликовать, хотя, мне кажется, этот метод достоин доверия

— Подойди.

Она подошла и я, взяв ее за виски, подстроил свою чувствительность, считав ее опыт. Посмотрел и тоже увидел 24 маячка. Все-таки она была Великой Зеленой волшебницей, о чем я ей и сказал: