Я приду с дождём - Ким Юн А - Страница 4

– Дубликаты ключей есть только у хозяйки квартиры и соседки. Их сейчас нет дома.

– Ясно. Оставайтесь здесь. – Ун Шин достал из-за пазухи пистолет и, выставив его перед собой, на полусогнутых ногах прокрался в гостиную через балконную дверь. Служитель порядка царапал серой фуражкой потолок, хотя тот был не таким уж низким. Поведя широкими плечами, он поднялся по лестнице, ведущей на чердак, и громко произнес: – Полиция! Выходите. Без глупостей.

– Спокойно!

В дверном проеме возникла растерянная физиономия взлохмаченного брюнета, на ухе которого болтался розовый бюстгальтер, и тот тщетно пытался отцепить эту вещь от сережки-кольца. Закончив, молодой человек в спортивных штанах и футболке с пальмовым принтом вышел на лестницу и поднял обе руки.

– Сдаюсь, сдаюсь.

Наблюдая это зрелище через балконное окно, Минна моментально узнала старшего брата. Она вбежала в квартиру, зашвырнула в него зонтом и вне себя от ярости прокричала:

– Тэхён! Как это понимать?

Зонт просвистел над лохматой макушкой парня. От неожиданности он потерял равновесие и, оступившись, проехал несколько ступеней на ягодицах. Младший инспектор Ун Шин закатил глаза и спрятал пистолет во внутренний карман куртки.

– Сестренка, не наводи панику! – сказал Тэхён, поднимаясь на ноги и потирая место ушиба. – Полгода назад, когда я приезжал сюда на пару недель, попадал в квартиру таким же образом.

– Ты в мегаполисе. Здесь нельзя влезать в окна к знакомым и соседям!

Полицейский, который терпеливо ждал, пока его удостоят внимания, наконец, спустился в гостиную и направился в коридор.

– Судя по всему, – сказал он, – мое присутствие здесь больше не требуется.

– Извините за… – Минна опомнилась и окликнула его: – Постойте! Я ведь так и не позвонила в полицию. Почему вы здесь?

– Это сделала ваша соседка с первого этажа. Старушка сообщила, что какой-то незнакомый парень поднялся по пожарной лестнице и карабкается на чердак. Я был неподалеку и решил заглянуть.

– А я думала, что она глухая и слепая.

– Во всяком случае, в этот раз ее слова звучали правдоподобно. Поначалу я решил, что ее снова заклинило.

– Что вы имеете в виду?

– В прошлом году она вызывала меня или кого-то из моих коллег через день. Ей казалось, будто в нее хочет вселиться демон. Сегодня я обязан был прийти в связи с неспокойной обстановкой в Ихва-доне. Вы, должно быть, слышали о том, что из психушки сбежал сумасшедший Хван Сынгу?

– Да.

– Я зайду к старушке через подъезд. Сообщу, что все в порядке, иначе она не угомонится.

Как только младший инспектор ушел, Минна посмотрела на Тэхёна испепеляющим взглядом. Он распрямился и отряхнул спортивные штаны. Футболка натянулась на рельефном торсе. В их последнюю встречу зимой Минна запомнила брата щуплым и бледным.

– Что? – спросил он, разводя руками. – Мой босс арендовал кабинет в другом здании. Раньше я мог жить в его подсобке, но из-за переезда мне негде переночевать. Сначала я звонил тебе, но ты не брала трубку. Потом я поднялся по пожарной лестнице, увидел в окно, что ты спишь, и решил по старинке забраться на чердак. Я же знаю твою привычку расхлебянивать окна. Откуда мне было знать, что ты передвинешь мебель и поставишь сушилку с бельем?

– Больше не делай так. Ты мог до смерти напугать мою соседку.

– Прости, ты же о ней не рассказывала.

– Ко Соён переехала сюда из района Кансогу три месяца назад. Она скрипачка. Вернется с минуты на минуту.

– Отлично, у меня нет девушки. А сестра зонтом размахивает похлеще любого мужика.

– Довольно. Почему ты не с мамой в Лисьих Норах?

– Мне двадцать два, и я свободный человек. К тому же она сама отправила меня из деревни в Сеул. Я работаю здесь уже месяц, но мы с ней решили не говорить тебе об этом раньше времени. Иначе ты бы распсиховалась, прямо как сейчас.

– Как ты мог оставить ее одну? Кто будет помогать ей с гостиницей?

– Ну вот. Началось. Гостиница! Звучит гордо для халупы в два этажа на пять комнат.

Минна училась на юридическом не ради престижа, а для того, чтобы получить хорошую работу и финансово помочь матери, а также защитить ее от пьяных выходок дяди Со Сэгё, старшего брата отца.

Когда они с Тэхёном были детьми, их родители держали небольшую гостиницу в деревне Лисьи Норы. Однажды отец занял у дяди Со Сэгё крупную сумму на реконструкцию этого здания и исчез. Раз в году он присылал поздравительные открытки из разных стран, но никогда не звонил и не появлялся лично. Мама Минны объясняла всем, что муж уехал на заработки, хотя благосостояние их семьи не улучшилось. Напротив, гостиница приносила сплошные неприятности и убытки.

Раньше дядя Со Сэгё получал доход со сдачи полей в аренду, но три года назад этот бизнес просел, и он требовал продать гостиницу и вернуть одолженные им средства. Он ужасно бесился оттого, что не взял с брата расписку. Все, что он мог сделать, так это угрожать и распускать руки. Поэтому Минна уехала в Сеул с тяжелым сердцем, и ей было спокойнее, когда Тэхён находился рядом с мамой. Все равно его попытки поступить в колледж не увенчались успехом, и в ближайший год ничего другого ему не светило.

– Я установил мессенджеры и соцсети на телефон мамы, – сказал Тэхён. – Она уже начала вести блог о том, как найти себе пару. Не все так плохо.

Их разговор прервал хлопок закрывшейся двери – младший инспектор Ун Шин вернулся.

– Странно, – сказал он, проходя в гостиную. – Наверное, старушка уже спит.

– Хозяйка говорила, что у нее бессонница. Жители соседних домов видели, как она бродила по округе ночами.

Ун Шин слушал не очень заинтересованно, присев на корточки и постукивая кулаком по полу. Выглядел полицейский лет на сорок пять, но гнулся в разы лучше, чем Минна на парах по физкультуре.

– А что вы сейчас делаете?

– Да так. – Громила приложил ухо к доскам паркета, и тканевая накладка чуть съехала вбок, открыв белёсую поволоку на глазу. Когда младший инспектор выпрямился, Минна убедилась, что его правый глаз полностью белый – ни радужки, ни зрачка. Мужчина поправил окклюдер и расслабленной походкой прошелся до кухни, оставив квартирантов переглядываться в гостиной. Дважды скрипнув дверцей холодильника, он прошагал к балконной двери, прихватив бутылку воды. – Жаль, соджу[1] нет.

– Я не выпиваю, – полушепотом ответила Минна.

– Обстановку в районе вы знаете, так что не разгуливайте по ночам, детишки. А то еще призрака встретите. Ну, доброго вечера и полной луны!

Ун Шин хохотнул, сотрясаясь всем телом, и вышел через балкон. С каждой ступенькой его фигура все больше исчезала из поля зрения, пока фуражка не скрылась за линией оконной рамы.

– Доброго вечера и какой луны? – переспросил Тэхён.

– Полной. Ну и пьянь.

– Думал, тебе станет лучше, если уедешь. А ты нервная и уставшая. В колледже донимают, или снова мучают ночные кошмары?

– Второе. – Минна обессиленно упала на диван и утонула в его подушках. – Они участились.

– У-у-у, вопрос решен! Слава физической нагрузке! С завтрашнего дня будешь ходить со мной на пробежку, и прекратятся твои страшилки. Есть, чем живот набить? – Тэхён с надеждой заглянул в полупустой холодильник, где его встретили капуста, пара яиц и сыр тофу. – Ты на диете, что ли, или с деньгами проблемы?

– Я засиделась с тестами и не успела отовариться.

Тэхён взял со столика рюкзак Минны и безжалостно вывалил содержимое на ковер. Подобрав лист с незаполненными графами, он потряс им перед лицом сестры.

– Этими тестами? Опоздай я на пару месяцев, нашел бы вместо тебя горстку пепла в колумбарии? Куда смотрит Рыжая?

– У Джиён своих дел по горло.

– Не умеешь списывать просроченные продукты? Лучше бы я вырос до тошноты правильным!

– «Синий дракон» на мели. Госпожа Пак Набом и так сделала мне скидку на оплату квартиры, а я сегодня чуть не подложила ей свинью. Задумалась и пролила кофе на посетителя.