Некромант Фай. Часть 2 (СИ) - Инюхин Николай - Страница 42

— Вот ты и познал один из худших сценариев открытия банки газировки, — соболезнуя, помотала головой Ляпургия.

Моника к этому моменту уже опробовала всё на вкус и не могла оторваться. Винсент же немного отпил из банки и предложил Ляпургии:

— Может быть, пощадишь Фая?

— Что на тебя нашло? — спросила она. — Вы же, вроде, не особо ладите, поэтому тебе должно доставлять удовольствие то, как я с ним поступаю.

— Не совсем. Хотя наши точки зрения расходятся, но я уважаю его. Людей с таким крепким стремлением к чему-то можно пересчитать по пальцам.

Ляпургия немного разочарованно поглядела на Винсента.

— Фай, наверно, тебя чем-то расстроил, но не принимай его слова близко к сердцу, он очень часто грубит, — с набитым ртом Моника поддержала Винсента, сидя довольно близко к нему. — Такой человек, что с него взять.

— Ладно, уговорили, я дам ему шанс извиниться.

Она заставила Фая склониться, благодаря чему без труда с него слезла, прихватив с собой пакет с едой. Затем отпустила контроль над его телом и душой, после чего стала с важным обиженным видом ожидать извинений или хотя бы злости с его стороны. Однако на её удивление Фай ничего не сказал, а более того, он выглядел также, как и до всех этих издевательств, будто их и не было. Он спокойно подошёл к лавке и сел, глубоко о чём-то размышляя.

Ляпургия нависла над ним и продолжала, прищурившись, недовольно на него смотреть. После минуты ожидания она заявила:

— Ты самый раздражающий человек из всех, кого я видела.

— Не корректное утверждение, — возразил Фай. — Правильнее сказать: «Ты самый раздражающий человек из всех, с кем я общалась». Ведь именно во время общения я тебя почему-то стал раздражать.

— Какой же ты невыносимый! — топнула ножкой Ляпургия. — Знаешь, надеюсь, ты проиграешь Мору, — она хмыкнула и отвернула от него свою голову.

— Ляпи, — вмешалась в их перепалку Моника, — но это будет означать, что и мы с Винсентом проиграем, а весь наш мир…

— Да я не это имела в виду! А-а-ах, всё, забудьте.

Из множества дверей одна открылась. Оттуда выглянул Иф и поманил пальцем путников к себе. Они подошли к нему, но перед ними встал какой-то зелёный здоровяк и грубовато спросил у Ифа:

— Это ты мне?

— Нет, ваша очередь ещё не подошла.

— А, ну ла-а-адно, — с этими словами здоровяк опять сел на своё место, немного сгорбился и уткнулся глазами в маленькое устройство, похожее на то, что Фай видел у рогатых барменов, и начал тыкать в него толстыми пальцами.

Иф с натянутой зловещей улыбкой себе под нос произнёс, будто обращаясь к здоровяку:

— Как бы я хотел сделать тебе жёсткий массаж, предназначенный для каменных гигантов.

Моника смогла расслышать это, идя мимо, поэтому решила осторожно спросить:

— Мне кажется или вы клиентов недолюбливаете?

— Когда приходится работать с множеством незнакомцев, среди которых частенько попадаются отвратительные личности, невольно начинаешь ненавидеть каждого из них, — всё ещё поддерживая улыбку, произнёс лис, — особенно когда ты не привык придерживать свой язык и не любишь взаимодействовать с незнакомцами.

— Э-эм, может вы и правы.

Путники зашли в комнату с несколькими лежанками и ширмами между ними, рядом стояли три человека, одетые похожим образом, что и Иф.

— Выбирайте себе место, — провёл лис левой рукой в показной манере, а правой тем временем закрыл дверь.

— Мне можно любое место, — молвила Ляпургия. — Главное, чтобы делал массаж именно ты.

— К сожалению, госпожа, вам придётся записаться в лист ожидания. Сегодня я делаю массаж вне рабочего времени исключительно мистеру Винсенту, по просьбе Рэя.

— Значит, его ты называешь по имени, а ко мне обращаешься безлично? Понятно-понятно. Я занесу это в мою копилочку обид.

— Если бы я был вашим телохранителем, то всё было бы иначе. Но вы сами лишили себя всех привилегий, сделав меня массажистом. Ложитесь, — убедительно добавил лис.

Ляпургия немного надула губки, но послушно легла на одну из лежанок.

Моника с довольным видом тоже легла на свободное место. Затем лёг и Винсент, однако Фай вместо того, чтобы лечь на лежанку, сел на стул возле миниатюрного фонтанчика.

— Думаю, вы понимаете, что это стул, а не лежанка, — предположил лис. — Тогда ваше действие мне нужно воспринять, как отказ от услуг?

— Всё верно.

— Выбор ваш, — молвил лис и отпустил одного из массажистов.

Мастера-массажисты подошли к лежанкам, а Иф снял перчатки, положил их на столик и произнёс:

— Приступаем.

Не успели они начать, как Моника взвизгнула.

— Что такое? — сразу встревожился Винсент.

— Извините, мне стало щекотно. Постараюсь быть потише.

— Ничего страшного, — ответил, массажист. — Это моя ошибка. Я не поинтересовался у вас о такой важной вещи, как чувствительность к щекотке. Многие клиенты в первое время испытывают некоторый подобный дискомфорт от массажа, но не переживайте, я постараюсь быть более последовательным и замедлю темпы.

— Спасибо.

— Тебе нужно разобраться в семейных делах, иначе так и продолжишь совершать ошибки, отвлекаясь на посторонние вещи, что может плохо кончиться, — подметил Иф, обращаясь к массажисту Моники.

— Если бы всё было так просто, если бы всё было так просто, — ответил массажист, тяжело выдохнув. — Я не понимаю, что не так. Я для жены всё делаю, а она ко мне становится холоднее и холоднее. Делаю так, как она хочет, а она меня поливает грязью…

— Если ты сам себя не уважаешь, то за что тебя будет уважать женщина? В твоём случае уже поздно налаживать отношения, они изжили себя, да и смысла не вижу, твоя женщина не ценит хорошее и ни разу не пыталась для тебя хотя бы что-то сделать.

— Я себя не уважаю? Что вы такое говорите?

— Ты всё делаешь так, как она говорит, своё мнение оставляешь при себе, даже когда она заигрывает с другими. Я не вижу в таком твоём поведении уважение к себе.

— Но раньше ведь она милая была…

— Когда просила тебя помочь, а не приказывала что ли? Тебе она свою помощь ни разу не предложила даже в самом начале отношений. Поэтому советую развестись и перестать быть покладистым. Делай ровно столько, сколько девушка заслуживает, но не безусловно, а за её вклад в тебя.

— Вы так просто это говорите, но я же её люблю, не могу так просто взять и всё закончить. Может быть, есть способ как-то всё исправить?

— Способ исправить есть, но твоя избранница не подходит для отношений, и в будущем ты будешь только мучиться, а в итоге тебя она, скорее всего, сама бросит. Поэтому, чтобы не остаться разбитым после такого, нужно уже сейчас разрывать привязанность, всеми способами занижая её значимость в своих глазах, после чего первым предложить расстаться.

— Не знаю. Это как-то неправильно.

— А правильно терпеть каждодневные унижения в свой адрес? Всё ты уже знаешь в глубине души и видишь всю безысходность, просто пытаешься себя обманывать. Тем более я же не предлагаю от неё избавиться, хотя такой вариант был бы проще. Мы продолжим разговор на эту тему после массажа, а сейчас сосредоточься на работе.

— Спасибо босс.

— Как, как он тебя назвал? Босс? — Ляпургия звонко рассмеялась. — Будто ты глава преступного синдиката, который прикрывается массажным салоном.

В ответ она услышала напряжённое молчание, но не придала этому значения.

— Кстати, всё это из твоих уст, Иф, так забавно слышать. Потому что помнишь, как ты когда-то бегал за мной и старался всячески угодить?

— Госпожа, это ваше заявление сейчас не уместно. К тому же в первую очередь я это делал, потому что был вашим мальчиком для битья. Все совершают ошибки, тем более в юности. Поэтому остаётся лишь учиться на них и не совершать впредь.

— Будто то было в первый раз. Ты очень усердно и много пытался, даже когда я тебя освободила от обязательств.

— Это вам просто так казалось из-за моего хорошего к вам отношения.

Внезапно она ощутила боль от массажа, поэтому возмутилась, забыв о теме диалога с Ифом: