Некромант Фай. Часть 2 (СИ) - Инюхин Николай - Страница 26

Моника рассмеялась, и на вдохе ей в горло тут же попала небольшая градинка, из-за чего она поперхнулась, перестав хохотать, откашлялась, а затем с трудом шутливо сказала:

— Твоя реакция чуть меня не убила… образно говоря.

Сквозь снежную бурю виднелась ледяная невысокая гора, под которой находился проклятый обелиск. Вокруг горы столпилась пара-тройка тысяч воинов и магов с отличительными белыми гербовыми накидками Северо-Западного Королевства. Все они стояли на участке, который буря обходила стороной.

— Приготовься, возможно, нам придётся перебить немало людей, если переговоры провалятся.

— В смысле перебить?! Они же на нашей стороне.

— Не задавай вопросов, говорить буду я.

Путники вбежали в поле. На них сразу же обратили внимание смотровые, которые оперативно сообщили всем остальным о приближении посторонних. Воины достали оружие наизготовку, а один из них выступил вперёд и громко потребовал:

— Назовитесь, немедленно!!

— Мы из гильдии мастеров, — Фай достал из-под робы искусно смастерённую подделку жетона гильдии мастеров и показал воину. — Под горой находятся некроманты, мы пришли с ними разобраться.

— Нам не отсылали предупреждений, тем более об этих некромантах мы ещё не сообщали остальным королевствам, в силу сказанного требую объяснений!

— Ещё не успели. Разведывательные группы вчера обнаружили магический обелиск в Юго-Западном Королевстве. Тогда же было выяснено местонахождение ещё трёх таких же. Их надо уничтожить, иначе все люди в королевствах умрут. Мы — особая ударная группа гильдии. Советую как можно скорее пропустить нас, чтобы мы уничтожили обелиск, пока не стало слишком поздно.

Воины стали бурно обсуждать слова Фая, а затем из толпы, как назло, вышла королева Юнона, которую Фай не заметил в большом скоплении душ. Однако он сразу же попытался магией разума подчинить её своей воле, но необычный амулет, висящий на её груди, поглотил весь посланный импульс.

— «План не удался, будь готова атаковать», — мысленно сообщил Фай Монике.

Как только Юнона увидела Фая, то сразу же переменилась в лице и заявила:

— Наглости тебе не занимать, некромантское отродье. Я предупреждала, что если ещё раз увижу тебя в своём королевстве, то казню на месте.

— Ты слышала, что я только что сказал?

— Слышала, а ещё я слышала от своих детей, каким подлым образом ты поступил с ними. Теперь же ты соврал о своей принадлежности к гильдии мастеров. Такой гнусный человек, как ты, уже мог сто раз переметнуться на сторону Мора, поэтому твоим словам более нет веры. Приготовься к смерти.

— Постойте, пожалуйста, это правда! — воскликнула Моника.

— Убить их, — отдала команду Юнона своему войску.

— «На тебе маги», — мысленно Фай сказал Монике, сформировал в своих руках меч, покрылся чёрной кожей и, разрывая воздух, рывком сократил дистанцию с Юноной.

— Это неправильно! — успела крикнуть Моника, перед тем как Фай обезглавил Юнону, которая не успела даже заметить его приближение, а затем врубился в кучу бойцов, безжалостно разрывая губительным клинком их тела и души на части. Из толпы слышались крики и вопли, а сверху этой мясорубки плескались кровавые брызги, обогревая ближайших бойцов и заставляя их терять боевой дух.

Ошарашенная спутница стояла и не собиралась вмешиваться в происходящее, ведь она считала, что вступила на путь добра, а то, что делал Фай, совершенно не вписывалось в эти рамки.

Наконец маги почти подготовили мощное ледяное заклинание, но в их сторону влетели чудовищные кинетические волны, одна за другой, сметающие и разламывающие тела заклинателей, будто ураган тоненькие веточки.

Войско стало разбегаться, растеряв весь моральный дух, однако кровь, расплескавшаяся по всей округе, быстро сдвинулась к краям толпы и сформировала купол, отрезав им путь к отступлению.

Моника попыталась встать на защиту людей, но своевременная команда Фая тут же её парализовала, поэтому ей оставалось только мысленно достучаться до него:

— «Прекрати! Этого уже более чем достаточно, они не хотят сражаться!».

Однако высший некромант не слушал. Он остановился в центре, превратил меч в осколки и принялся развеивать вокруг себя магию смерти, смешанную с болезнями.

Одиночные выстрелы и заклятия, пущенные в него, с лёгкостью отбивались парящими осколками, а воины, пытавшиеся к нему приблизиться, только ускоряли свою смерть и растекались в груду мяса, костей и различных неприглядных телесных выделений. Наконец смертельное поле, сгустившееся вокруг Фая, резко расширилось, поглотив в себя и умертвив сотни, тысячи людей, которым повезло остаться в живых после рубки. Затем оно рассеялось вместе с кровяным куполом, оставив посреди трупов одного лишь Фая, на котором не осталось ни пятнышка крови. Заклятие, защищавшее от бури, рассеялось, и в лицо путникам вновь полетел ледяной град.

Фай, идя по телам, наткнулся на ещё живого бойца, лежащего посреди зверски убитых товарищей.

— «Один выжил… случайное везение. Нужно его добить», — посетила очередная бесчувственная мысль высшего некроманта.

Боец тяжело и нервно дышал, держась за свою гниющую от заклятия руку. Его лицо отражало неподдельное чувство страха. Боец будто не верил в то, что с ним сейчас происходит, но когда Фай начал к нему приближаться, он опомнился и начал истерично умолять:

— НЕТ!! НЕ НАДО!! Не убивайте меня!! Моей семье нужны дорогие лекарства! Они без меня не выживут! Я не могу здесь умер… — не успел он договорить, как через него прошла волна смерти, посланная Фаем.

Хладный труп, гремя бесполезной латной броней, свалился на тела товарищей. Теперь вся королевская гвардия была мертва.

Затем Фай приблизился к трупу Юноны и бесцеремонно снял амулет с обрубка её шеи.

— Зачем? Даже души уничтожил. Они же были невинны… — ужаснулась Моника.

— Ты ошибаешься. Не зная человека, нельзя судить о его невинности. Свидетели нам не нужны, тем более они могли вернуться и помешать нам уничтожить обелиск. А магией разума менять их память пришлось слишком долго, — спокойно ответил Фай, будто ничего такого только что не случилось. — Можешь не волноваться, их убийство спишут не на нас, а на слуг Мора. В этом королевстве дриад нет из-за неблагоприятных условий, поэтому никто произошедшего определённо не увидел. По магическим остаткам вычислить меня не смогут, так как из-за специфики моего нового магического ядра они попросту не остаются.

— Ты только что своими руками убил столько человек, сколько мне и в страшном сне не приснится, и вот так просто рассуждаешь, видел это кто-то или нет?! Ты совсем ничего не чувствуешь после такого?! — Моника с горечью посмотрела на горы трупов и покачала головой. — Мы же хотим сделать мир лучше, избавить его от Мора. Тогда почему твои поступки такие бесчеловечные!? Теперь я понимаю, почему один работник из ковчега сказал, что вы с Эдмундом похожи…

— Похожи мы или нет, мне без разницы. Твоё инфантильное мировоззрение не даёт тебе видеть реальную картину мироустройства. Это ужасное место, полное жестокости, смертей и несправедливости. Мирные попытки изменить такой мир к лучшему попросту никогда не работали и не сработают, потому что всегда найдётся тот, кто не разделяет мирный путь решения конфликтов. Только лишь сильная жестокая и беспринципная позиция способна хотя бы что-то изменить. Но сейчас это не важно, а важно лишь то, что ты не выполнила мой приказ и даже хотела мне помешать. Это не приемлемо. Если такое ещё раз повторится, то я буду с тобой взаимодействовать по-плохому. Идём, мы и так потеряли слишком много времени на болтовню, — высший некромант развернулся и направился к входу в гору.

Безжалостная позиция Фая въелась в голову Монике, зарождая тревожную мысль:

— «Винсент, не знаю, почему ты выбрал именно его, но это точно не тот человек, который достоин стать одним из богов, он настоящее чудовище».

Путники зашли в пещеру и начали спускаться вниз. Фай на этот раз не стал применять кинетическую магию, так как в ней не было особой необходимости, но зато более детально изучил амулет, пропустив сквозь него чистую магию, и понял, что он защищает лишь от воздействий на разум.