Император без трона (СИ) - Астахов Виктор - Страница 50

Лицо девочки окончательно потонуло в улыбке. Искры в её глазах изменили свой вид.

— Как думаешь, Куза увидится с папой и Ку’сибом?

— Даже не сомневаюсь в этом.

В очередной раз эльфийский взгляд коснулся синего камушка, инкрустированного в кольцо на её правой руке — подарка, оставленного годы назад добрым другом, что в отличие от самого подарка сильно изменился во внешности. Мог ли он привести друзей к ней? Или же кого-то иного — тех, кто шёл по её душу? Могла ли Лиара так рисковать?

— Лиара понравилась Виктору, — прервав задумчивую тишину, промолвила девочка. — Думаю, Вик’тор не захочет отпускать Кузу и Лиару. Но он отпустит. Если Лиара победит в поединке.

— С этим будет непросто… но Лиара сделает всё, что сумеет. Обещаю. Sirlay-Sal.

Куза улыбнулась, услышав как эльфийка, заговорила о себе в третьем лице. Ей было очень непривычно, когда это делал кто-то из представителей других народов, пусть иногда Артемар или Виктор применяли этот элемент речи. В основном, чтобы немного развеселить маленькую орчиху, загрустившую где-то в уголке донжона.

— А Лиаре нравится командор?

Девушка глубоко вздохнула и опустила взгляд в простыню, будто надеясь разглядеть в ней что-то помимо белой ткани с застиранными пятнами.

— Виктор — хороший человек. Он добрый и очень… милый.

— Значит, нравится, — утвердительно произнесла девочка.

— Куз, посмотри, пожалуйста, сюда, — Лиара тяжело вздохнула и провела рукой по предплечью, поверх коего красовалась роза и полная луна. — Эта татуировка… она появилась у меня в день свадьбы. Это символ моей любви и верности одному мужчине. Мужчине, что был мне очень-очень дорог… и отдал свою жизнь, чтобы спасти меня. Как бы мне не нравился командор Фарбрук, как бы я не нравилась ему, я не могу ответить взаимностью. Не могу так поступить с памятью о моём муже.

Лиара уже научилась сдерживаться, когда разговор или мысли касались её семьи. У эльфийки получалось подавлять свои переживания и эмоции внутри, но это совсем не означало, что они не хотели вырваться наружу. Каждый раз, когда ей приходилось вспоминать про Рилана и момент его смерти, сияющие глаза наполнялись влагой, а сердце замирало, словно проткнутое иголой. Около двух месяцев минуло с той поры, как Лиара бежала от горящих стен Лан-Лур, трещащих в оранжевом пламени, но ей казалось, что прошла целая вечность. Вечность без тех, кто был для неё бесконечно дорог и любим.

Неожиданно для себя Лиара ощутила на талии прикосновение двух холодных ладошек. Куза прижалась к девушке что было мочи, приложившись ухом к груди. Лиара не заметила, как её собственные руки легли на тело девочки и прижали её к себе.

— Мы с отцом не позволим никому обижать Лиару! — уверенно пропищала девочка. — Мы защитим тебя! Клянусь!

— Я верю, ia… верю.

Глава 10. Клятва. Часть 2

— Хорошо, допустим, — послышался кряхтящий голос из зарослей густого кустарника, сопровождаемый треском ветвей и шорохом подсохших листьев. — Допустим, что основная сила войск зиждется не на тактическом превосходстве, а, как ты, Крог, выразился, на силе каждого отдельно взятого бойца.

— Да, — в своей типичной немногословной манере буркнул орк.

Минуло два дня с момента исхода из Убежища. Вокруг продолжал царить покой и лесная гармония. Солнце уже возвышалось над горизонтом, испаряя капли росы с древесных листьев. Утренние пташки приветствовали новый день диковинными трелями. Десятки, возможно и сотни крохотных пернатых комков, превращали статичные пышные кроны в подвижную сцену театра.

Последние дни пути прошли в относительном спокойствии, ввиду того, что на территории болот стать проводником гостей вызвался сам Быстролап и банда его люпинов. Волколюди уверенно ориентировались в пространстве, обходя опасные топи и агрессивных жителей болот, повсеместно населявших болотистое пространство. Наконец, путники вновь остались в своём неполном кругу и продолжали движение в сторону юга.

— И всё же, что не говори, я рад, что ты решил принять дары Киры, — продравшись сквозь терновник, прокряхтел Шеймус. — Да и Кусу, судя по всему, ничуть не мешает обновка.

Ныне на левой руке Крога, что тра’вага зачастую использовал как щит, появился соответствующий доспех — набор собранных воедино костных пластин, укрывавших всю поверхность руки, часть спины и груди. Несмотря на то, что основа поддоспешника представляла собой потёртую алую ткань, а изначальный владелец, судя по всему, оставил жизнь в пучине топей, доспех сохранил надёжность и прекрасно вписался в арсенал Духа Песков, а годы, проведённые в окружении мест силы, напитали материал некоторыми магическими свойствами, превратив нарукавье в своеобразный артефакт.

Что же касается Ку’сиба, что уже ожидал товарищей на выходе из зарослей кустов, ныне его шею и грудь укрывало потёртое синее полотно с потускневшим узором в виде плетущихся еловых ветвей, подаренное самой Кирой. Ткань имела ярко выраженные магические свойства — результат соприкосновения с древним и могущественным духом природы — тем самым существом, что наполняло душу Владычицы. Обыкновенно Кус не носил ошейников и принимал лишь ту походную шлейку, на которой восседал старый волшебник, и крепилась часть походных мешков, однако новая часть экипировки, дополненная парой ремней и древесных пластин, которыми зверлюды прикрывали тела своих «питомцев», явно приходилась зверю по душе. Ныне внешний вид серого ак’рик представлял собой сочетание образов дрессированного боевого пса, облачённого в соответствующее обмундирование и таёжного волка, окутанного терновым кустом. Магические свойства реликвии наполняли Куса силами, колкие ремни защищали от клыков иных зверей и шального попадания холодного оружия, а приятная дикая аура завлекала волчий ум и наполняла его спокойствием.

— Шеймус сказал, в предметах есть сила, — пробурчал Крог. — Глупо отказываться от оружия.

— И то верно. Хотя, на месте Киры, после того, что вы там устроили, два раза подумал, прежде чем одаривать вас. Хе-хе! Ну и заварушка вышла! Бесы, зверолюды, ведьмы и пророчества… слишком я стар для всего этого.

Крог улыбнулся.

— Я же верно понимаю, что это нарукавье некогда принадлежало такому как ты? Багатуру или тра’вага. Можешь что-то распознать о ней? Происхождение? Материал?

— Кость виверны, — кивнул орк. — Прочная и лёгкая. Воин пришёл из ранаарских степей. Видишь знак? Багатур из клана «Чёрного Молота». «Чёрный Молот» — сильный клан из города Бояр.

— Бояр? Если я верно помню, твой родной город? Полагаю, это друзья?

— Да. «Кровавый Клинок» и «Чёрный Молот» живут бок о бок. Но каждый идёт за своим вождём.

— И всё же, мир тесен, — волшебник покачал головой и забил в чашу трубки щепотку диковинного табака, раздобытого в Убежище у местного подобия трактирщика. — Уф! Ну, и крепкая зараза! Кхе-кхе! Возможно, кто-то из вашей братии забрёл в топи во время «Десятилетней Войны»?

— Не важно. Тот, кто носил доспех, теперь под защитой Матери-Земли, — на мгновение взгляд орочьих глаз наполнился хмурью. Крог окинул взглядом довольного зверя и волшебника, пустившего в воздух насыщенное дымное кольцо. На клыкастом лице проступила улыбка. — Даже орки не пьют ту дрянь, что зверолюды. Шеймус уверен, что выдержит?

— Ох! Дрянь ещё та! — на глазах волшебника проступили слёзы. — Кхе-кхе! Однако, что поделать. Лучше уж с этой отравой, чем пустым. Главное, чтобы не начались галлюцинации.

— Может быть и хуже, — несмотря на усмешку, лицо орка вернуло уже привычный хмурый вид. — Что теперь? Идём до первой деревни? Потом к следующей?

— Не вижу смысла откланяться от плана. К тому же, пророчество Киры указало нам направление.

— Путь на юг, потом в края лесов во власти тени …?

— Где себя явят те, кто был предан забвенью, — кивнул Шеймус. — Полагаю, речь о Тарладе и тех, с кем мы встретимся там.

— «Шасури»! — оскалился орк. — Что потом? Кровь, два дракона? Золотая птица! Ах! На чём ведьма закончила?